Я стала злодейкой в романе, но не помню в каком

Глава 3

Это ещё хорошо, что я стояла к двери вполоборота и вовремя успела отвернуться, прижав руки к груди. Самое интересное он не увидел.

Вошедшего ничего не смущало, он разглядывал мою голую спину, а я, обернувшись, — его. В упор не помню такого персонажа. Впрочем, не удивительно, моя память очень избирательна, мягко говоря. А персонаж явно ключевой: блондин был дьявольски красив и хорошо сложен. Его тонкие губы растянулись в усмешке, подчеркнув аристократическую холодность его правильных черт лица. Голубые, яркие глаза сверкнули интересом. Он перенёс вес с ноги на ногу. Узкие штаны подчёркивали подтянутые мышцы бёдер. Рубашка, наоборот, была свободной, с широкими рукавами и с вырезом, как у Джека Воробья. Я, не стесняясь, в ответ тоже рассматривала блондина, словно сошедшего с обложки журнала.

Может быть, в этом мире все так красивы? Всё же, это второй мужчина, которого я здесь вижу, и опять выглядит как сошедшая с обложки модель.

— Что, сестрёнка, сильно ушиблась головой? Совсем стыд потеряла? — блондин, наконец, насмотрелся и решил поговорить.

В следующий миг горничная кинула в него белую тряпку, похоже, мою ночную сорочку. Ткань с тихим шлепком врезалась в голову наглого блондина, как раз полностью закрыв глаза. Я была зрителем в этой сцене, словно меня это не касалось. Отметила только обращение блондина ко мне — сестрёнка. Этот проблемный тип теперь мой “брат”? Этого ещё не хватало.

— Молодой господин, отвернитесь, пока госпожа переодевается, — ровным голосом, почти без интонации сказала горничная, как там её… Эшли?

Тряпка медленно сползла с лица блондина. Горничная оказалась настоящим профи, и к моменту, как кусок ткани открыл пылающий гневом взгляд “молодого господина”, на мне уже была рубаха, и мы взялись надевать платье.

— Ты! — гневно выплюнул он, глядя на горничную.

Он грязно выругался и перешёл к угрозам. Неужели так расстроился, что не дали досмотреть представление до конца?

Горничная молча, слушая эту ругань, продолжала помогать мне: поправила платье, завязала пояс и взялась за мои волосы. Я вспомнила, каково это — пытаться работать, когда на тебя орут, и посочувствовала. Пора переключаться из режима “зритель” в режим “актёр”. Что ж, попробуем сыграть свою роль…

— Брат, — обратилась я к блондину.

Тот сразу замолчал и слегка вздрогнул. Я постаралась подавить раздражение и смягчить выражение лица. Буду милой. Ссориться ни с кем не хочется: мало ли какие это будет иметь последствия?

— Эшли просто делала свою работу. Не кричи, — подумав, я добавила: — Пожалуйста.

Он молчал и таращился на меня. Руки горничной, держащие мои волосы, тоже замерли. Я что-то сказала не так? Точно, раз я злодейка, то, наверное, была более стервозной и резкой. Не надо было быть вежливой.

— Или ты хотел продолжить любоваться моими… кхм, панталонами? — насмешливо приподняла я бровь.

Блондин расслабился: явно, такая сестра была для него привычней.

— Было бы чем любоваться, — смерил он меня надменным взглядом, чуть дольше задержав его на всех округлых местах. — Ты, видимо, сильно ушибла голову. Удачи со своим ненаглядным.

И “брат” развернулся и вышел из комнаты. Можно даже сказать, ретировался: подозрительно быстро он это сделал. Я выдохнула: этот контакт с аборигенами можно считать удачным.

— Ты в порядке, Эшли? — чуть повернула я голову к горничной.

— Я Энн, госпожа, — ответила та.

По её выражению лица ничего нельзя было понять. Наверное, угрозы блондина задели её меньше, чем мне казалось. Впрочем, сейчас важнее думать о себе, а не о других. Я обещала Энн, что запомню её имя, и расспросила о том, как положено приветствовать здесь принцев. Получив инструкцию, я посчитала, что готова к встрече с “женихом” и направилась к выходу. Перед смертью, как говорят, не надышишься.

За дверью оказалась ещё одна комната, напоминающая гостиную. Так это у меня что, личная двушка в этом доме? “Вот и решился квартирный вопрос”, — нервно хихикнула я про себя. Энн повела дальше, к резной двери. А вот за ней уже оказался коридор и… тот сексуальный маньяк-косплеер.

От неожиданности я вздрогнула и замерла. Он стоял спокойно, не тянулся к мечу на поясе, просто цепко и внимательно смотрел на меня. Но почему-то я всё равно ощущала опасность. Из-за взгляда? Или из-за бронированного костюма рыцаря, словно он подготовился к бою?

Интересно, кто же он? Страж, рыцарь, нанятый охранник?

Энн совершенно не чувствовала ничего необычного. Она прошла вперёд и даже не посмотрела на этого рыцаря. А он, в свою очередь, не произнёс и слова, продолжая буравить меня взглядом. Я не рискнула о чём-либо его спрашивать, отвернулась и последовала за Энн. А маньяк последовал за мной.

Он не отставал, молчаливо держась шагах в трёх от меня, словно так и надо. Он кто? Мой личный надзиратель? Или всё же охрана? И что он тогда делал в спальне?

Теряясь в догадках и чувствуя спиной его пристальный взгляд, я дошла вслед за горничной до лестницы.

Мне казалось, что я готова ко всему. А вот к лестнице я оказалась не готова. Видимо, для этого тела трёхдневная отключка не прошла даром. От слабости ноги дрожали, а идущий по пятам грозный сопровождающий заставлял нервничать. Нога соскользнула со ступеньки, я покачнулась и испугалась, что упаду. Судорожно вцепившись в перила, я замерла. Следовавший позади рыцарь-надзиратель приблизился. Я не видела, но чувствовала это.

— Леди, позвольте, я помогу, — низким вкрадчивым голосом произнёс он в опасной близости от моего уха, заставив толпу мурашек пробежать по моей спине. Только вот от страха ли?

Я не успела даже пискнуть, как оказалась у него на руках. Поднял, как пушинку. Я замерла, боясь пошевелиться и доставить ему неудобство. Рыцарь даже не смотрел на меня, а упёр взгляд в какую-то одну точку впереди и шёл, как танк. Я разглядывала его чётко очерченный, словно высеченный из камня профиль и постепенно успокаивалась.

Ну, не убил же он меня. А опасность и общее напряжение, которое я чувствовала по движениям его мышц, могли быть направлены не на мою персону, а на возможную угрозу. С каждым его плавным шагом дышать становилось легче. К концу лестницы моё сердце почти успокоилось.