Я стала Злодейкой Второго плана

Глава 11. Перед концом

Новость о падении Шала-Баам дошла до дворца Хайнин лишь спустя неделю после рокового события. Войска, что всё это время находились вдоль новой границы Андары и Хайнин были отозваны в срочном порядке, и братья выдохнули впервые за полтора года. Отношения с Андарой были натянутые, и в любой момент могли закончится новой войной, чего мы хотели избежать любой ценой. Благодаря союзу с Шала-Баам, Аскар стал слишком влиятелен на политической арене, и мелкие страны вынуждено склоняли головы. Дальние соседи придерживались строгого нейтралитета, и у Хайнин не осталось верных союзников. От объявления войны Аскара удерживали только контракторы, которых на нашей стороне была ровно половина от общего числа. К тому же, Идрис с остальными считались пропавшими без вести, как и Хон Чжань, а значит Андара была ослаблена без своего сильнейшего мага. В итоге, им удалось заключить перемирие, и даже собрать объединенный поисковой отряд. А Лин, с которой мы могли обмениваться информацией через Духов, сказала, что обязательно сообщит, если узнает что-то о ребятах. Я же была вынуждена сидеть во дворце и надеется на лучшее.
 Поэтому, когда в наш обеденный зал ворвался бледный министр, я нутром почуяла, что мирным дням пришел конец. Шала-Баам был стерт с лица Земли, ни одного выжившего. На месте городов и деревень осталось только пепелище и черные камни. Мир замер, словно в затянувшейся траурной паузе. Правящая семья, за исключением Самеры, была объявлена погибшей, что ударило по здоровью девушки, которая, как стало потом известно, уже была на втором месяце беременности. Никто не мог объяснить, что или кто стал причиной катастрофы. Волна беженцев потекла в Андару, начались волнения. Все внимательно следили за происходящим, в ожидании повторения инцидента.
— Я не позволю тебе отправиться туда! — Хон Тао ударил кулаком по столу, заставив чернильницу подпрыгнуть.
— Но брат! — Хон Сяо покраснел от волнения. — Нам нужно исследовать те территории! Андара слишком занята внутренними проблемами, чтобы тщательно изучить их. Вдруг там будет подсказка?
— А если нет?! — Хон Тао был в гневе. — Если что-то пойдет не так? Я не позволю никому из вас рисковать собой.
— Какой смысл нам сидеть и ждать? Чтобы эта штука случилась с нами? Чтобы мы повторили их судьбу?
Хон Тао молчал.
 Я стояла за дверью со свитками в руках. Я не собиралась подслушивать, просто так совпало. Набрав в грудь побольше воздуха, я шагнула в кабинет.
— Сестра…
— Хон Юи, — кивнул старший брат. Он был императором, но в семейном кругу мы не сильно заморачивались на тему имен.
— Старший брат, младший, — я поочередно кивнула обоим, перекладывая кипу свитков на небольшой столик у стены.
— Сестра, скажи ему! Нам нужно сделать первый шаг!
— Прости, Хон Сяо, — я покачала головой, краем глаза посматривая на хмурое лицо Хон Тао, — ты же знаешь, старший брат прав. Мы понимает твое желание, и в твоих словах есть смысл, но мы не можем рисковать кем-то из нас. Даже если закрыть глаза на то, что ты наш брат, без тебя Хайнин будет ослаблена в военном плане. Если на нас нападут, не будет гарантии, что мы справимся без тебя. К тому же, нас могут устранить по одному, если мы разделимся.
— Слушай сестру, Хон Сяо.
— Я… Я понял. Прошу меня простить.
Хон Сяо склонил голову и вышел из кабинета, оставив дверь открытой. Хон Тао тяжело вздохнул и потер переносицу.
— От поискового отряда нет новостей? — тихо спросил брат, уставившись куда-то в пустоту.
— Увы, — я принялась раскладывать свитки по полкам. — От А Лин тоже нет вестей.
— Ты же не думаешь, что они могли… Что Хон Чжань…
— Нет. Я уверена, что они живы. Идрис справится с чем угодно.
— Ты так в нём уверена.
На самом деле, моя вера жила на знании, что главные герои не могут умереть в середине истории.

 Для меня трагедия Шала-Баам была лишь знаком, что мы вошли в заключительную арку. Был ли это знак начала войны с Забытыми, или она уже давно идёт — чёрт его знает. Не удивлюсь, если Каен и Идрис сейчас готовятся к финальному бою в какой-то закрытой части мира. Перед битвой с главным злодеем герои должны стать сильнее, так всегда бывает. Надеюсь, Хон Чжань с ними.
 Я же сама просто ждала у моря погоды. Моя судьба сама за мной придёт. Даже Иви была согласна с такой позицией и говорила не дергаться лишний раз. Хайнин в любом случае будет втянута в войну, осталось лишь понять, на чьей территории.
— Столкновение Духов и Забытых — это буквально война миров, — Дух красила длинные ногти в ярко-фиолетовый цвет, сидя на краешке стола. Ей это было не нужно, но Иви нравилось делать вид, что она осязаема. — Скорее всего она пройдет именно в мире смертных, поскольку это нейтральная территория. И им всем будет плевать на то, что станет с окружающим миром. Лучше бы перенести бои в мир Забытых, чтобы не навредить смертным. Духи это понимают, но без прямого приказа Царя делать ничего не будут. Они разделились на несколько лагерей, и лишь малая часть обеспокоена Землей.
— Я ожидала чего-то подобного. Если бы могли вычислить, где будет место прорыва, могли бы отправить туда силы, и предотвратить вторжение, но мы не можем даже связаться с Идрисом и Каеном. Без них это пустая трата сил.
— Прости, Юи, даже я не могу сказать, где они сейчас. — Иви виновато взглянула на меня. Я покачала головой.
— Ничего, я понимаю, не переживай. Они сами разберутся. Просто переживаю, что придется отдуваться за них. Герои так любят приходить в последний момент!
Мой смех показался фальшивым даже мне самой.
 По-правде, с тех пор, как стало известно про трагедию, у меня начались приступы тревожности. Спать по ночам стало сложнее, и в голове роились неприятные мысли, от которых сердце заходилось в бешеном ритме. Сколько бы я не твердила себе, что мне должно быть всё равно на этот мир и его жителей, что это всего лишь чья-то сказка, я всё равно уже успела привязаться к её героям. Я не хотела с ними расставаться, не хотела смотреть «конец». Ведь в конце всегда разбивается чье-то сердце, и стекло хрустит на зубах.
— Грустно, скажи?
— М?
— Мне уже второй раз «за двадцать», а ни разу не было отношений. Я даже не целовалась никогда, на свидания не ходила. Зато успела умереть и воскреснуть. Смех, да и только.
— Милая, неужели, жизнь без «отношений» кажется тебе бессмысленной?
Я на секунду задумалась. Кажется ли? Нет. Совершенно искренне я могла сказать, что «отношения» едва ли когда-то были целью в моей жизни. Мне вполне комфортно быть одной, что раньше, что сейчас. Но выбросить те чувства, что заставляют улыбаться при упоминании одного конкретного мальчишки, нельзя. Это просто несправедливо по отношению к ним, они ведь не виноваты, что появились. Поэтому, пусть будут, пусть растут, я не против. Даже если не взаимно, даже если мы с ним больше никогда не встретимся, всё в порядке. Они останутся со мной, занимая небольшой уголок сердца.
— Знаешь, любовь похожа на книгу, — протянула я, сильнее укутываясь в одеяло. — Она остается в нашей памяти, даже если закончилась, даже если плохо.
— Жаль, что человеческая память столь несовершенно, что, как правило, остаётся только плохое.
— Действительно, жаль.
Я взглянула на лимонное дерево за моим окном. Оно уже дало плоды, но они ещё совсем маленькие. Буду ли я здесь, когда они созреют?