Я – табу для дракона, или Монстры вместо игрушек

17

Аларис

В сгустившихся сумерках на полях засветились кислотно-зеленым маки. Отравленные скверной цветы — чудо природы, редкая диковинка в империи, а здесь сродни сорняку. Они сияли ярким ядовитым сиянием, приманивая мохнатых бражников и освещая поздним путникам дорогу.

Спасенная невеста молчала и не пыталась сбежать. По крайней мере, пока не пыталась.

Аларис ощущал ее напряжение, острое желание дать стрекача, но она ограничилась оценивающими взглядами по сторонам. Выжидала? Или понимала, что от мага далеко не убежать? Ей ведь неизвестно, что его дар заблокирован.

Что ж, повезло, что спасенная девушка не теряет голову даже в состоянии аффекта. Сейчас доведет ее домой, сдаст с рук на руки родным и пойдет дальше, в ближайший город, где раздобудет все необходимое для сложного путешествия.

Пятнадцать дней... Невидимые часы зловеще тикали у него в голове.

Дрянной лес встретил их стеной запахов: ароматом спелой малины, влажной от вечерней росы травы и хвои. Светящиеся маки здесь росли редко, и дорогу он видел благодаря драконьему зрению. Девушке с ее обычным тяжело — уже дважды она споткнулась.

Увы его магию все так же сковывали браслеты, и он не мог создать даже обыкновенного «светляка». Ощущение беспомощности ново и отвратительно, как и чужие доспехи, пропитанные некромантией и дыханием скверны.

С нагрудного щитка сорвался бирюзовый огонек и, взмыв вверх, вклинился четко между ним и девушкой.

Ого! Стоило только пожелать, и доспехи сами создали элементарную лампу.

Какие удобные… и дико подозрительные. Их угодливость хуже открытой враждебности и неприятия нового хозяина. Поскорее бы от них избавиться.

Высматривая потенциальную опасность, Аларис уверенно шагал вперед. Где-то здесь неохватный дуб, возле которого нужно свернуть направо, чтобы по звериной тропке направиться к скрытым иллюзиями домам.

Девушка боялась. Спасителя и того, что он уготовил, но сохраняла присутствие духа.

Страх витал вокруг нее легким облаком, смешиваясь с решительностью.

А хорошая все-таки девчонка: сдержанная, умненькая, боевая...

…и отчаянная.

Девица рванула во мрак леса. Ее белое платье мелькнуло призрачным пятном и растворилось в черноте.

Все-таки не утерпела, глупая.

— Стой! — крикнул он, не надеясь, что послушается. — Там монстры!

— С ними безопасней! — с бравадой крикнула из темноты девица.

И болезненно ойкнула.

Аларис бросился на пугающий звук.

— Мелисса, ты цела?

Беглянка провалилась в яму. К счастью, не ловчую, без кольев. Какую-то старую, обвалившуюся нору.

— Меня зовут Лисса, — глухо произнесла девушка, сидящая на ворохе дубовой листвы. Ее голос в яме прозвучал приглушенно и обреченно.

Позор, он не запомнил правильно имя, которым ее называл женишок. Маленькая оплошность в череде больших проблем?

Став на колени, Аларис наклонился и протянул ладонь.

— Ухватись за руку, вытащу.

Удивительно, но девчонка гордо не отказалась.

Ан нет. Она резко дернула к себе!

Аларис усмехнулся, благо магический капюшон и темнота скрыли пугающую ухмылку. Свалить дракона может лишь другой дракон.

Без усилий вытащив ее из ямы, поставил на ноги и принялся осматривать, скользя затянутыми в перчатки ладонями по крутым изгибам тела. Действие машинальное, отработанное на полях сражений и в лазарете академии. Фигура у девицы сформировалась, а мозги, как обычно, в этом возрасте, еще не выросли.

— Что вы д-делаете?! — заикаясь, взвизгнула беглянка.

Он замер. А на что похоже?

Со стороны, что лапает… А ведь он всего-навсего проверял, не сломала ли она чего-нибудь.

— Ударилась? Что-то болит? Скажи сама, если не хочешь, чтобы я ощупывал.

— Нет, я в порядке, — с облегчением выдохнула девушка.

— Хорошо.

В шоке человек может и не понять, что серьезно ранен, но продолжать осмотр он не решился. Ничего, дома мать проверит резвую и бесконечно глупую кровиночку.

Вздохнув, Аларис подхватил пискнувшую девушку на руки. Действие лишено какой-либо романтики — просто самый эффективный способ транспортировки.

Тело девушки, гибкое и крепкое, но все равно невесомое и нежное, вмиг напряглось. Глаза, огромные и блестящие от непролитых слез, крепко зажмурились.

— Греджев потрох! — выругался от души.

До него дошло…

Раненных студентов с боевого так осматривают, невзирая на пол, и ни одна магичка не закатывает истерик. Но она же не адептка, знающая, что строгий ректор увольняет преподавателей за попытку неуставных отношений. Она всего-навсего деревенская испуганная девочка, вырванная из лап извращенца. И теперь все мужчины вокруг точно такие, как охотник.