Я тебе не верю

Глава 29. Мы все делаем неправильный выбор

 В навороченном смартфоне Кирилла я слышала только гудки, папа не брал трубку. Несмотря на то, что я звонила с незнакомого для него номера, он все равно должен был взять трубку. Гудки меня напугали и, когда он все же взял трубку, я не сдержалась и со всхлипом крикнула в телефон:

– Папа!

– Даша? – услышала голос отца на фоне какого-то шума. – Что случилось?

– Пап, я хочу домой! – призналась сбившимся от рыданий голосом. – Очень, очень хочу!

Послышался какой-то шум и монотонный голос, похожий на молитву священника.

– Даш, сейчас не время, – прохладно буркнул отец, и обида захлестнула меня с головой.

 – А когда будет время, папа?! Ты хоть представляешь, что эти… эти волки со мной делают здесь и что собираются сделать?! – закричала, не подумав, и тут же закрыла себе рот.

Это было эгоистично, очень эгоистично с моей стороны. Папа у меня немолодой, болеет часто, тут и до инфаркта довести могу. В трубке слышалось монотонное чтение молитв.

– Все хорошо, пап, – нагло врала я, стараясь выровнять голос, – я со всем справлюсь и за Ваней присмотрю.

– Хорошо, – услышала короткое от отца, и сердце полоснуло болью.

– Я хочу поговорить с мамой, – после паузы попросила.

Шуршание, папа, судя по звукам и шепоту, попытался дать маме трубку, что меня обрадовало, но потом он снова заговорил:

– Она сейчас не в состоянии говорить, Дашенька.

На заднем фоне священник что-то говорил о жизни после смерти, и что нас всех рано или поздно ждет один конец – смерть.

– Вы что на похоронах? – сглотнула, чувствуя нехорошее предчувствие. – Кто умер?

– Ничего не случилось! – жёстко ответил отец, повышая на меня голос. – Что ты ещё хотела?

– Пап, я хочу узнать... – слегка растерявшись от такой реакции на вопрос, я зависла, пытаясь сформулировать волнующий меня вопрос.

Ну и как мне спросить-то? Папа, не продавали вы меня с дедом ради квартиры и его операции страшным волкам? Как-то это уже совсем по сволочному звучит, все-таки у них, возможно, не было выбора, может было какое-то разумное объяснение, кроме денег?

– Пап, – собралась с духом, – тут такое дело… – а он вообще знал, что Юра со мной учился и что это был именно он? – здесь есть парень один, он говорит, что я его пара еще с детства, ты что-то об этом знаешь?

На том конце была тишина, которая прервалась словами нескольких голосов: «Пускай земля ей будет пухом». По телу прошли мурашки, как будто это меня хоронят.

– Это не правда, – после долгой паузы все же ответил отец, и я зависла в растерянности.

Это что получается, он мне солгал? Зачем?! Нет, конечно, хорошо, что родители и дед меня не продавали, но так и хочется спросить, а откуда взялись деньги на квартиру и операцию? Да и зачем Юрке было такое придумывать? Про деда и все остальное? Откуда он вообще о нем узнал?

– Пап… – мне захотелось задать все эти вопросы отцу, но я не смогла найти в себе нужных слов.

– Дочка, я дам тебе один ценный совет: слушай только себя и свое сердце. Никого ближе родных у тебя никогда не будет, потому береги брата, – отец тяжело вдохнул и, мне показалось, что он плачет, всего на мгновение, но показалось.

– Так Юра соврал? – тихо спросила немного ошарашенная.

– То, что было в прошлом, останется в прошлом. Ренат и его внук не имеют никаких прав на тебя, и никогда не будут иметь, как и любой из них! – надо же! Юра таки не врал! Подавила истерический смех, не имеют никаких прав?! С каких это пор я даже для отца стала каким-то товаром?

– Пап, – начала было я и осеклась, закрывая рукой лицо.

– Нам пора ехать домой, Дашенька. Береги себя, – и папа бросил трубку.

Так меня получается, все же, продали. Шикарно.

Подавила желание разбить об стенку смартфон Кирилла. Все это как-то странно, особенно папины слова о том, что ни у кого из волков нет на меня прав. Он что не знает их тупых законов? Хорошо хоть Юрка еще не во всеуслышание заявил, что меня продали в его стаю, как кобылу какую еще много лет назад. А почему, кстати, он этого не сделал? Да и Ваня должен был оказаться в стае Рената, но папа его специально вывез за пределы города к старушке. Неужели папа посчитал, что самовлюбленный индюк лучше Рената? Мне он показался самым зрелым по сравнению с остальными. Несмотря на то, что выглядит как молодой парень, а на самом деле старик с почетным званием «дедушка». У меня слишком много вопросов, которые неудобно задавать, как и рассчитывать на то, что мне ответят правду.

– Даш, – позвали меня, и я уставилась на брата.

Высокий, в черной футболке и темных джинсах он смотрелся обаятельно, несмотря на то, что ноги были босые. На лице слегка глупая улыбка и прищуренный взгляд, как когда он врет.