Я тебя никогда не забуду...

Глава 5. Ника и Марина.

Павел ушёл, хлопнув дверью. Ника и Марина сидели молча, не в силах прийти в себя. Кто-то видел их тогда, записал на телефон и все эти годы знал их тайну. И вот она выползла наружу, как змея, и ужалила, причинив сильную боль. Последствия могли быть разрушительными. И скорее всего будут. Ну почему? Столько труда потрачено чтобы завоевать Пашку и всё зря. Почему? Ника не понимала.

— Чёрт бы побрал эту Краснову! Она меня переиграла. Что он там сказал? У неё есть дочь? Где она жила все эти годы, если родной отец выгнал её? В какой-нибудь ночлежке? Грязной и вонючей? Интересно, каково там её жильё? Стерва! Кто её просил рожать? Сначала нужно было спросить, нужна ли её дочь Павлу. Ника злилась на Таню и её дочь за то, что они не исчезли, не пропали.

Марина сидела с таким видом, как будто обиженный ребёнок, у которого отобрали любимую игрушку, слёзы капали из глаз, она сейчас больше всего боялась, что отец узнает обо всём, и тогда... Её так же, как Краснову, выгонят из дома.

— Ты об этом сейчас думаешь? Ты хоть на минуту пожалела о том поступке, Ника? Ты бездушная! Хоть понимаешь, что мы лишили Таньку всего? А из-за чего? Из-за твоего каприза, бзика, Пашка тебе нужен был, ну вот и радуйся теперь. Вы никогда не будете вместе, да он всегда Таньку любил, не сомневаюсь, что и тебя не раз её именем называл.

Ника мрачно посмотрела на подругу, которой переплатила миллион, наверное, за эти пять лет, чтобы только она молчала. Никому не рассказывала о той подставе.

— Не твоё дело. Что касается Таньки, мне плевать. А ты? Он ведь и тебе нравился, я помню, как ты на него смотрела, только он на тебя забил и ни разу не взглянул. А знаешь почему? Потому что ты ему на фиг не нужна! — Усмехнулась Ника.

Маринка издевательски поддела её.

— Как время показало, и ты на такой же фиг ему нужна. Не меня он в день свадьбы бросил, и не об этом я сейчас думаю. Если это видео попадёт к папе, то я не знаю, что будет, по меньшей мере, инфаркт. Предполагаю, у твоего тоже, и что-то мне подсказывает, что так и будет, Пашка информацию предоставит. Значит, давай всё это тихо разрулим с меньшими потерями, ты скажешь отцу, что сама отказалась от свадьбы, потому что поняла, что это не твой человек. А я... А что я? Мне-то всё равно.

Ника с таким раскладом дел не согласилась, от Пашки она отказываться не собиралась. Ещё чего! Никто Лучко не получит.

— Ты думаешь, я дура?! Колье твоё было, значит, и вина на тебе! Откуда я знаю, может, это вы с отцом по сговору решили разорить Лучко или Краснова? Я просто помогла и в принципе ни в чём не виновата, твой отец бизнес у Краснова отжал, Краснов Таньку выгнал, отслеживаешь цепочку событий? А я и мой отец здесь ни при чём. Так Паше и объясню, и думаю, он поймёт меня.

Подруга покивала головой, она знала Нику, та ни перед чем не остановится, выкрутится, только в этот раз вряд ли у неё что выгорит. Лучко тоже с характером, и так просто с ним не справиться.

— Снова врать будешь? Слёзами обливаться: «Пашенька, Пашенька...» — передразнила Марина Нику. — Только теперь-то он знает, какая ты. Ника, это всё ты! Если бы не ты, сейчас краснеть бы не пришлось, и Краснова бы никто не разорил.

Махнова как была в белом платье, так и сидела в нём, теребя подол.

— Откуда я знала, что до большого дойдёт, думала, Пашка бросит Таньку после того случая, и всё. А тут отец твой алчный вмешался, решил Красновыми денежками попользоваться. Что? Чужие деньги в пользу не пошли? Думаешь, никому не известно, что твой отец игрок? Все знают, что он проигрался в пух и прах. Беги из дома и мать прихвати, а то он и вас проиграет. Поняла? У меня уже денег не хватает на тебя, и так последний год твою учёбу оплачивала. Артистка, тоже мне.

Маринка взорвалась!

— И должна была оплачивать, иначе Пашка бы узнал, какая ты! Думаешь, как себя чувствует девчонка в семнадцать лет, когда её в воровстве обвиняют, которого она не совершала? — Разозлилась не на шутку. — Да, я артистка, меня, между прочим, в театр работать берут.

— Смотрю, это у вас семейное — деньги чужие тянуть шантажом, обманом. В какой театр тебя берут? В любительский? Смех. А за меня ты не беспокойся, я сумею Пашу переубедить, и Танька умоется.

Шахова зло рассмеялась.

— Сомневаюсь, не забывай, у неё ребёнок от Павла. Это веский аргумент, так что мой тебе совет — смирись и повинись, бог простит, так умные люди делают.

Сейчас прямо я смиряться начну, делать мне больше нечего, подумала Ника, а вслух сказала:

— Ребёнок от Павла? Ты уверена? А вот я нет. Если она жила где попало, значит, и спала со всеми без разбора. Этим и давить на Пашку буду.

— Кто тебе поверит? Тем более сейчас не проблема узнать, тест ДНК сделает, и всё разъяснится. Мой тебе совет, сиди где сидишь, ещё раз говорю, сейчас надо думать, как выкрутиться из этой ситуации, что-то надо делать, а что — непонятно. — Марина задумалась.

Ника горько усмехнулась.

— Слушай, а ты сразу меня Пашке сдала: «Это не я, это всё она». — Передразнила её Ника. — Какая ты после этого подруга?

А ты-то какая подруга? Такая же.

— Ты хоть платье свадебное сними, «подруга», в ближайшее время оно тебе не понадобится. Короче, облом у тебя с Пашкой получился. — Ехидничала Марина. — И у меня есть подозрения, что ничего уже не исправить.

В дверь постучали.

— Ника, можно к тебе? — Мать Ники заглянула в дверь.

— Мама, мне сейчас не до разговоров, пожалуйста, уйди. — Ответила Ника. — Прошу тебя.

Нике сейчас и правда не до разговоров было, она ещё не могла принять того факта, что оказалась брошенной прямо в день свадьбы, Пашка, её любимый Пашка, отказался жениться. Горечь переливалась через край, снова Краснова стоит на пути и не одна, а с прицепом, и прицеп этот — родная Пашкина дочь. Это конец!