Я тебя никогда не забуду...

Глава 9. Ника.

Приехал с работы к дому Тани и ничего не пойму, полиция, скорая. Что случилось? Сердце заколотилось как подорванное, как будто почувствовало беду. Народу сколько, подошёл ближе и обмер. Соломон Михайлович лежал на каталке, на виске запеклась кровь. Господи, рядом плакала Таня, Ева ревела ещё сильнее.

— Что? Что случилось, Таня? Ева? Пытался узнать что-нибудь, что же с дедушкой случилось? Упал, что ли? И виском на камень? Ничего не пойму.

— Он... он... он... Ева не могла выговорить ни слова. Плакала ужасно.

— Девочка испугалась, всё случилось на её глазах. — Доктор отвёл меня в сторону. — Очевидцы рассказывают, что кто-то сильно метнул камень, вероятно, попасть в девочку хотели, но в это время дедушка наклонился к ней, и камень попал ему прямо в висок. Это невероятно, но он, получается, ценой собственной жизни спас девочку, да кто же такое сотворил?

Меня объял ужас! Девочку кто-то убить хотел... Маленькую, мою дочку... Кто? Кто этот зверь? Я подошёл к Тане.

— Таня... Таня... — Не реагирует. С минуту тормошил, потом только посмотрела на меня взглядом, в котором был ужас и который лился вместе со слезами.

— Я предупреждала, Павел. Предупреждала, добром это не закончится. Вот видишь результат. Это не просто так, это кто-то специально.

Я обнял её одной рукой, другой держал Еву. Таня, да что же это такое? Кто мог это сделать? Это мог сделать только один человек, и, кажется, я знаю кто.

***

Соломона Михайловича увезли в морг, а я просто не мог в себя прийти. Кто? Кому понадобилось погубить девочку, мою дочку? Кто? Ника? Да неужели? Впрочем, я уже даже удивляться перестал на неё. Но на ребёнка поднять руку? На это только конченный человек мог решиться.

Полиция опрашивала всех во дворе, я держал Еву на руках, она потихоньку успокаивалась, Таня, убитая горем, ничего не могла сказать.

— Я ничего не видела, дома была, ужин готовила, а Соломон Михайлович за Евой пошёл. Потом постучала в дверь соседка и... Не помню, как добежала до места происшествия. Когда увидела Соломона Михайловича, он уже был без движения, врачи, приехавшие на вызов, констатировали смерть.

— У него были враги или недоброжелатели? — Лейтенант задал вопрос.

Таня удивлённо посмотрела на него.

— Да какие враги? Он со всеми в добрых отношениях был.

Она всё плакала, и это было невыносимо.

— Кто мог желать смерти вашей девочке? — спросил лейтенант.

— Что? — Таня замерла, я успел её подхватить. — Еву? Но зачем?

— Именно это мы и пытаемся понять. Сейчас проверяем записи с камер видеонаблюдения из соседнего магазина и парковки. Возможно, кто-то подозрительный попал на них. Один мальчик сказал, что видел здесь очень красивую девушку, которая пряталась в тени дерева.

Мальчик видел? Какую девушку?

— А где этот мальчик? — Нехорошие предчувствия закрались мне в сердце.

— Вот он. — Лейтенант показал на мальчика, который сидел на лавочке, и позвал его. — Дима, иди сюда.

Мальчик подошёл.

— Скажи, а где ты видел девушку ту, красивую? — поинтересовался я.

— Вон там за клёном пряталась, она в очках тёмных была и в шляпе. Правда, один раз она очки сняла, и я увидел, что она очень красивая.

— Посмотри, похожа та девушка вот на эту? — Показал фото Ники.

Он задумался, нахмурил бровки, внимательно смотрел на фото.

— Да... Очень похожа. Только волосы короткие у неё были и цвет рыжий, а здесь на фотографии чёрный. Она внимательно так следила за всеми во дворе.

Неужели? Неужели это сделала Ника? Она конкретно помешалась. Я посмотрел на Таню. Та округлила глаза и стояла, как будто застыла на месте.

— Ну, возможно, парик надела. Так эта девушка вам знакома? — Лейтенант пронзительно глянул на меня.

— Знакома, это моя бывшая невеста, мы собирались пожениться, но... Я узнал о ней много нехорошего и... В общем, отменил свадьбу. — Честно признался полицейскому.

Таня тоже посмотрела на фото.

— Это наша одноклассница, Вероника Махнова, дочь известного бизнесмена. — Добавила информации Таня. — Когда-то давно она и её подружка подставили меня по-крупному, и я лишилась всего, вот теперь всё выяснилось, и она... Неужели она Еву убить хотела? — Таня снова заплакала.

— Так, успокойтесь, пожалуйста, и давайте всё по порядку. Сначала вы. — Предложил он мне.

Я рассказал всё как было, подписал протокол, там всё с моих слов записал сержант полиции. После этого он опросил Таню. Когда формальности закончились, Таня спросила:

— Когда можно тело Соломона Михайловича можно будет забрать, чтобы похоронить?

— Мы сообщим вам. Примите мои соболезнования. Всего хорошего. — Полиция уехала.

***

Мы трое остались во дворе, все разошлись, горестно качая головами.

— Пашка, это ведь она всё из-за тебя, что делать, а если бы Еву... Дочка моя. — Таня прижала Еву к себе. — Неужели правда, это сделала Ника? Она что, помешалась на почве ревности?

Меня самого дрожь била от страха за дочку, но я старался успокоить Таню.

— Тань, пожалуйста, не надо, я никак в себя не приду, мне так страшно стало. Ева не только твоя дочка, но и моя. Ева, иди ко мне, мама не говорит тебе ничего, дело в том, что я твой папа.

— Папа? — Ева долго смотрела на меня. — Мам, Павел сказал, что он мой папа. Правда?

— Да, правда. Он нравится тебе? — Таня посмотрела на меня глазами, опухшими от слёз.

Ева улыбнулась.

— Нравится. — Дочка обняла меня за шею. — А думала, у меня нет папы, только дедушка, а у меня тоже папа есть, такой красивый.

Минуты три все молчали, дочка не отлипала от меня. Маленькая моя девочка, знала бы ты, что сегодня чуть было не произошло, тебя чуть...