Я тебя никогда не забуду...

Глава 13. Шаховы.

В доме Шаховых поселился страх, хозяин потерял чувство долга. Он с ума сошёл.

— Борис, ты вообще ничего не соображаешь? Ты что творишь? Какое казино? И так уже всё там оставил, эта квартира — всё, что есть у нас! О дочери подумай! — Лидия Викторовна заплакала.

— Она о нас думала? — Борис Кириллович посмотрел на жену.

— Она... Ты вообще о чём? — Насторожилась Лидия. — Девочка только устроилась на работу, её приняли в труппу театра.

— Артистка... — Хмыкнул Борис Кириллович. — Ну она всегда умела спектакль разыграть, это у неё ещё со школы. — Ты хоть знаешь, что она натворила? И не одна!

Что натворила дочь, мать не знала, ерунду, наверное, какую-нибудь.

— Не говори загадками, что случилось? — Лидия сникла, она поняла, что муж узнал о Марине что-то нехорошее.

В это время зазвонил телефон, Борис вздрогнул и дрожащей рукой поднял трубку.

— Шахов. Слушаю. — Коротко ответил на звонок.

— Знаю, что Шахов. А вот ты забыл, что за тобой должок. Завтра в это же время, если не будет денег, пожалеешь. — Всё. Звонок сбросили.

— Что?... Что?... Кто звонил? Борис, мне страшно. — Лидия закрыла лицо ладонями. — Кому ты там ещё должен? Господи, за что мне всё это?

Борис молчал, сосредоточенно о чём-то думая, потом спросил:

— Дом твоей бабки в посёлке цел?

Лидия медленно поднялась с кресла, сердце заколотилось как подорванное.

— Что? Дом бабушки? Зачем он тебе? — подозрительно спросила она.

— Не мне, а вам с Мариной. Вы должны сегодня же туда уехать. — решительно взглянул на жену Шахов.

— Уехать? Ты спятил? У Маринки работа, и я никуда не поеду! О дочери подумай, ещё раз говорю, ей надо налаживать жизнь, какую-то карьеру делать себе.

Вот это удивил Лидию муж. Куда ехать? В какой колхоз?

— Артистическую? — насмешливо спросил Шахов. — Значит, я должен о дочери подумать. А она обо мне думала, когда вот это делала на пару с Махновой. Смотри.

Шахов показал ей заезженный ролик, который половина Москвы видело.

— Это... это же... они же... Ты где это взял? — задохнулась Лидия.

— С незнакомого номера пришло сообщение. Видела? — съехидничал Борис. — Вот так!

— Значит, девочка Краснова ни в чём не виновата? Её, господи... зачем? — Лидия снова медленно, теперь уже села в кресло. — Зачем они это сделали?

— Махнов вчера звонил, сказал, что они специально подставили девчонку. — Хмуро ответил муж.

— Я понимаю, что подставили, не пойму причину, по какой подставили. Где теперь эти Красновы? Ох, да как же так? — Покачала Лидия Викторовна головой. — Ну ладно, думаю, за границей они хорошо живут, и Таня...

Борис прошёлся по комнате из угла в угол.

— Они, может, и живут, только не девчонка их, Таня, значит, её зовут? — Лидия кивнула головой. — Так вот, Краснов её из дома тогда выгнал со страшным скандалом, в чём была, без денег, без документов. С позором.

Лидия во все глаза смотрела на мужа, не веря своим ушам. А когда он рассказал, где и как жила Таня, и о том, что дочку родила от Павла, и про убийство Вайсера, и кого подозревают в убийстве, и кого на самом деле хотели убить, Лидия просто схватилась за сердце.

— Ты... сейчас правду говоришь, Борь? Да это же... детектив какой-то. Ника? — Лидия кивала головой, слов не было.

— Не знаю, что за причина, Игорь не распространялся, но догадываюсь, что Нике Павел нужен был, она своего добилась, но... как показало время, ненадолго, он бросил её в день росписи, и Махнова отомстить решила. Жестоко... но... снова промахнулась. — Горько усмехнулся Борис Кириллович.

— А ты бизнес отжал у Краснова... вот тебя бог и наказал, эх, Маринка, зачем же ты так? Не будет им счастья за это, ни Маринке нашей, ни тем более Нике. — Покачала головой Лидия. — Что же вы натворили, все. И ты тоже.

Борис посмотрел на плачущую жену, ему не было жаль ни её, ни Марину.

— Всё. Закрыли тему, собирай вещи и езжайте в посёлок. Вам нельзя здесь оставаться. Опасно. — Муж дал понять, что разговор окончен.

— Никуда я не поеду! Надо тебе — сам поезжай, мы с Мариной остаёмся здесь! — Неожиданно для него жена вдруг враждебно посмотрела прямо в глаза.

— Поедешь, квартира моя, я её продаю...

Она поднялась с кресла и снова села.

— Что?... Зачем продаёшь? — Лидия поняла, что шокирующие новости, которые свалились на неё сегодня, не последние.

— Затем, что это не твоё дело! Пошла вон! Надоели вы мне: и дочка со своими интригами, и ты...

— Надоели? Значит, сам уходи...

Борис с ненавистью посмотрел на жену.

— Значит, квартиру вместе с вами продам! — Резко ответил он.

***

Маринаа возвращалась домой из театра, спектакль закончился поздновато, ей хоть и доверили небольшую роль, но она и этой была рада. Работа есть, она сейчас очень нужна. Ника права, отец проигрался в пух и прах. Надо бы действительно бежать, вопрос: куда? Марина вздохнула. Ника. Она Вайсера убила, с ума сойти. Интересно, отец знает, что это мы тогда всё сработали? Марина боялась, узнает — убьёт её.

Вышла на остановку, народу никого, аж страшно, вдруг почувствовала страшную боль и... ничего больше, голова загудела, чем-то ударили по ней, Маринка потеряла сознание.

***

Пришла в себя в каком-то подвале, где-то капала вода, хотела закричать, но рот был заклеен лентой, руки и ноги связаны. Где она, что с ней, кто притащил её сюда?

— Очнулась? — К ней подошёл здоровый детина в маске. — Жива? Хорошо, сейчас я тебе рот освобожу, и ты с папочкой своим поговоришь, и без глупостей мне, а то на ленты порежу.

— Что?... Что вам... надо от меня? — Просипела Марина.

— От тебя? — Заржал детина. — Ничего, что надо, мы и сами возьмём. Отец твой должен нам деньги, заметь, большие деньги, отдавать не хочет. Так что, пока он нам их не отдаст, ты здесь посидишь.

— Я... пить хочу.

Воды ей дали, и с отцом поговорить тоже. Он пообещал заплатить, но просил неделю отсрочки. Похитители были неумолимы. Завтра, и всё, иначе дочь получишь по частям. Марина зажмурилась от ужаса и закричала.