Я тебя сломаю

Глава 6

Агния

— Подожди, пожалуйста, — я нагнала отца, когда он уже вышел из дома. – Пап!

Замедлила шаг. Только слова, которые собиралась сказать, так и застряли комом в горле, стоило наткнуться на мрачный взгляд. За три прошедших дня только так он на меня и смотрел.

— У меня нет времени, Агния, — говорил он не резко, но так жёстко, что внутри всё оборвалось. Объяснений я так и не нашла, очередное «прости» выглядело бы жалким, а этого Владимир Каширин не терпел.

— Что у тебя? – он дождался, пока я подойду.

— Ничего, просто… — замялась. – Просто хотела пожелать тебе хорошего дня.

— Спасибо, — так же сдержанно.

— Пап, — позвала, поняв, что он сейчас сядет в машину и уедет. Отец задержался ещё на секунду. – Я тебя люблю, — тихо, со всей искренностью.

— Поговори с матерью, — немного помолчав, сказал он вместо того, чтобы ответить на мои слова хотя бы обычным «и я тебя».

Я бы и рада была поговорить с ней, только мама разговаривать отказывалась. За прошедшие дни она сказала мне не больше десятка слов, да и то только для того, чтобы дать понять, что на большее я могу не рассчитывать. Родственники разъехались. Когда я вернулась в родительский дом на следующий день после несостоявшейся свадьбы, там была только Агафья Семёновна. Бабушка по линии отца, хотя бабушкой я её никогда не называла. Не знаю почему, но между нами, несмотря на тёплые отношения, всегда оставалась дистанция.

Владимир уехал, а я медленно поплелась обратно. Увидела, что Агафья Семёновна смотрит из окна второго этажа. Наверное, она так до конца и не приняла нас с мамой, хотя никогда в открытую этого и не показывала. Как бы кто ни считал, я знала, что мама ни за что бы не стала лезть в семью. Брак отца с первой женой развалился ещё задолго до её смерти, и как-то мама сама сказала мне об этом. Она, действительно, была его любовницей, но уж точно не лезла к нему в постель, как это вывернул Данил. Скорее, это его собственная мать не смогла сохранить семью. А может быть, виноваты были оба: и она, и отец. Этого я не знала, да и не хотела знать.

— Можно к тебе, мам? – я постучала о дверной косяк и остановилась в дверях кухни.

Мама сидела за столом с фарфоровой чашкой в руках. Возле неё на блюдце лежало несколько долек шоколада, и мне очень хотелось составить ей компанию за утренним кофе. В отличие от отчима, мама никогда не завтракала, но спускалась вместе с ним каждое утро. Каждый день, сколько они жили вместе. Сегодня выглядела она уставшей и бледной. Видно было, что эти дни измотали её, даже обычное домашнее платье стало как будто свободнее.

— Не стоит, Агния, — остановила она меня, когда я, не дождавшись ответа, хотела всё-таки подойти. Это было пощёчиной, такой же хлёсткой, как и та, которую я получила от неё после возвращения из ЗАГСа.

— Конечно, — с шумом втянула воздух. – Ты только скажи, долго собираешься меня игнорировать?

— Я не игнорирую тебя, Агния, — она посмотрела на меня всё с той же усталостью. Отпила кофе и поставила чашку на стол. – Но пока разговаривать с тобой я не готова. Даже не знаю… — покачала головой. – Я даже не знаю, что сказать тебе.

В этом я с ней была согласна, потому что, как бы ни хотелось мне с ней поговорить, что сказать тоже не знала. И всё-таки мне хотелось побыть рядом, поэтому молча приготовила чашку кофе, пить который не хотела. Но садиться за стол не стала – вышла на улицу и, обхватив чашку ладонями, присела на каменную скамейку возле дома. Телефон в кармане пикнул. Я вздрогнула. Данил не давал о себе знать, и чем больше проходило времени, тем сильнее я нервничала. Но сообщение оказалось не от него. Это была Наташка.

«Встретимся сегодня?» — пришло вслед за тем, как я ответила на её приветствие и вопрос о том, как у меня дела. Я, было, принялась писать ответ, но дожидаться подруга не стала – перезвонила.

Атмосфера в доме была такой напряжённой, что её предложение стало для меня глотком свежего воздуха. О том, где я провела ночь, родители так и не спросили. Я сама начала врать: сказала, что мне нужно было побыть одной, подумать. Подумать…

— Только хотела тебе написать, — ответила я на звонок. – Да, давай.

Уже через два часа мы с Наташей сидели в одном из кафе в центре Москвы.

Официант принёс мне кофе, и я, размешав сахар, отложила ложечку.

— Ты похудела, — заметила подруга.

Я ответила многозначительным взглядом. Не на одной маме вещи стали болтаться. Сама я тоже почти не ела все эти дни. Чувствовала голод, но стоило сесть за стол, аппетит куда-то исчезал, и всё, что я могла, пить кофе с сахарным печеньем.

— Вы с Игорем поговорили? – задала подруга вопрос, поблагодарив официанта, выставившего заказ и перед ней. Посмотрела на меня.

— Вряд ли мы теперь вообще будем когда-нибудь разговаривать, — вздохнула, вспоминая последнюю встречу.

Навязчивой Наташа не была, но вопросы её всё равно выбивали меня. Я уже успела пожалеть, что согласилась встретиться с ней. Лучше бы погуляла одна.

— Да уж, — она тоже вздохнула и состроила гримасу, очень подходящую ко всему, что произошло за последнее время. – Данил надолго вернулся?