Я тебя слышу

Глава 3

Квартира встретила тишиной. В комнате, которую мы делили с сестрой, было темно. Диана как всегда собиралась последней и так и не открыла шторы. Одеяло, отброшенное в угол кровати, так и валялось. На дверке шкафа, где хранились вещи сестры, висели мятые кофты и юбки.

Впрочем, на моей половине порядка было не больше, но, по крайней мере, кровать была заправлена, и вещи аккуратно сложены.

Вообще мы с Дианой очень отличались друг от друга. Особенно это стало заметно в последние несколько лет, когда она из кожи вон лезла, чтобы… быть максимально непохожей на меня во всём.

Если я прибиралась на своём столе, то она разбрасывала свои учебники и ручки. Если я снимала со стены фотографии, то она завешивала свою половину так, что свободного места не оставалось. Если я на домашнем обучении усердно занималась, то моя сестра, когда-то бывшая отличница, скатилась на тройки.

Я зажгла настольную лампу. Переоделась, поменяла батарейку в аппарате и сложила ровной стопкой выданные учебники.

С потерей слуха все мои радости закончились. Я убрала почти всё, что когда-то радовало меня. Над столом осталась висеть только одна фотография: в блестящем платье, с ярким макияжем и небольшим пучком на макушке тринадцатилетняя я держу медаль, рядом тренер. Мама не позволила снять эту фотография. Остальные, на которых мы с группой, уже давно перекочевали в коробку на балкон.

Когда-то я занималась танцами, ездила на соревнования, но за несколько лет, кажется, уже забыла, как это — двигаться под музыку. По крайней мере, публично я этого не делала.

Тренер сразу сказала, что возьмёт меня, но времени на индивидуальный подход нет, помогать оттачивать движения не будет. В первых рядах мне уже не танцевать.

С мамой же она была более откровенной — брать на себя такую ответственность не хотела.

После того как дома попробовала станцевать наш конкурсный танец и подвернула ногу, я оставила все попытки вернуться в студию. Теперь о прошлом напоминало только фото, и от взгляда на него снова навернулись слёзы.

Я включила диктофон и принялась за расшифровку лекции, дописывала всё, что не успела записать на занятиях.

Когда хлопнула входная дверь, я уже знала, кого ждать.

Не разлучаясь с телефоном, сестра, не сказав ни слова, плюхнулась на кровать. Включила музыкальную колонку над изголовьем.

Громкая мелодия и голоса ребят из «Честити» наполнили комнату. Диана закивала под биты и начала подпевать.

— Я занимаюсь, можешь потише сделать? — попросила я.

— Я тебе не мешаю.

— Диан, мешаешь. — Я обернулась к сестре.

— Так вытащи свои аппараты. Чего ты ко мне прицепилась? — бросила она, развязно жуя жвачку.

Я насупилась. Ответить было нечего. Эту пятнадцатилетнюю хамку не переспорить.

— И когда ты успела такой стать? — пробурчала я под нос.

Собрав учебники, я ушла в кухню. Поучиться и там не дали, групповой чат не замолкал. Те несколько человек, которые всё же собрались в кафе отметить первое сентября, закидывали снимками на зависть остальным. Что удивительно, Ярослав был активным участников барной фотосессии. И мне пришлось признаться самой себе, что на фото с ним мой взгляд задерживался дольше.

Когда в дверях появилась запыхавшаяся мама с тяжёлым пакетом продуктов, я поспешила убрать телефон. Закрыла учебник и поднялась, чтобы ей помочь.

— Сиди-сиди. Давай, зови Дианку, будем ужинать. — Заметив мой недовольный взгляд, мама спросила: — Что, опять поругались?

— А когда-то было иначе?

Маме оставалось только вздохнуть.

— Ужин. — Я заглянула в комнату к сестре.

На что она, как всегда, сделала вид, что не слышит меня, и даже не взглянула в мою сторону. Впрочем, когда запахло вкусненьким, всё же явилась в кухню.

— Диана, сегодня только первый учебный день! — Мама всплеснула руками, в одной из которых была тарелка с салатом. — А мне уже звонят по поводу твоей неуспеваемости!

Сестра села за стол. Вытащила жвачку и прилепила её на клеёнку на столе. Я закатила глаза.

«Фу…»

— Тебе даже не интересно? — изумилась мама отсутствию какой-либо реакции у Дианы.

— Что опять?

— Звонила твоя преподаватель с курсов английского. Диана, первый тест на проверку, что у вас отложилось в голове с прошлого года, — и ты умудрилась его провалить! Я не понимаю, как так. Как можно было сделать такие элементарные ошибки? — Мама накрывала на стол и расходилась пуще прежнего. — Ты должна хорошо учиться! Сдать экзамены!

Сестра потянулась ложкой к кастрюле, чтобы положите себе картофельное пюре.

— Зачем? — удивилась Диана. Мама села за стол и опустила плечи. Сладить с упрямицей ей не удавалось. — Чтобы тоже потом как ты сидеть до глубокой ночи и пахать? На неё?

Сестра посмотрела на меня.

— Вы сёстры! У тебя ещё все впереди! Вся жизнь! А она уже не сможет выучиться и чего-то достигнуть! — Мама всплеснула руками, и сразу прикусила язык, поняв, что ляпнула.

Ди изогнула бровь и ухмыльнулась, а я опустила взгляд в тарелку. Сделать вид, что не услышала, не получится. Честно, было обидно это слышать от мамы, после всех моих стараний. Обидно, что, несмотря ни на что, у неё не было никакой надежды на то, что я смогу выучиться и закончить вуз.

Салат показался безвкусным, я перестала жевать.

Да, по моей вине мама была вынуждена много со мной возиться. И много работать тоже из-за меня.

— Ох, Майя, прости, — спохватилась мама и накрыла мою ладонь своей. — Я не хотела так говорить, — виновато добавила она.

— Я понимаю. Это же… правда, — сдавлено проговорила я, заталкивая эмоции поглубже.

Случившееся — только моя ошибка. А справляться с этим приходилось всей семье.

Так и не отпустив мою руку, мама повернулась к Диане:

— Доедай и иди готовься, я договорилась, завтра будешь переписывать тест. — Она устало опустила голову.

— Мама переживает за тебя, — сказала я сестре, за что получила суровый взгляд исподлобья.