Я тебя слышу

Глава 7

Майя

Мои тихие шаги отражались от стен в пустом коридоре, их эхо преследовало меня. Я свернула в туалет и сложила книги на подоконник. В библиотеке нашлись не все, и я купила новые. Пусть будут, не пропадут. Нам ещё четыре года учиться.

Фыркнула, посмеиваясь сама над собой. Похоже, я и правда была настроена решительно. Не могла отказать себе в удовольствии и заглянула в книгу, пробежала глазами пару глав, мягкие страницы приятно щекотали пальцы.

За спиной скрипнула дверь, и зашли две старшекурсницы подкрасить губы перед зеркалом. Когда дверь открылась ещё раз, я уже не оборачивалась и с досадой закрыла книгу. Нужно найти место для чтения поудобнее, а сюда я не за этим пришла.

Повернулась к раковине и увидела Котову. На миг замерла, прислушиваясь и осматривая воздух вокруг неё в надежде что-то заметить. Но ничего, только тишина. Невидимая Алиса молчала и не звала меня. И я выдохнула с облегчением.

«Может, мне всё это показалось и вчера ничего не было?»

— Девчат, а у вас нет запасных штучек? — Алиса обратилась к старшекурсницам, но не преминула покоситься и на меня.

— Извини, — посочувствовали девчонки.

— Какая-то невезуха.

Девчонки выпорхнули наружу, и мы остались с Котовой одни.

Я включила воду.

— А у тебя есть? — надменности в голосе Алисы было хоть отбавляй.

— Что? — не сразу поняла я и, вскинув голову, посмотрела на Котову в отражение.

— Ты слышала, что! — всплеснула руками она и тут же запнулась. Сменила позу, прибоченившись от неловкости, и сразу стала ниже, будто сдуваясь и нисходя до моего уровня. Продолжила спокойно: — Прокладки у тебя есть?

— А, да, конечно.

Я достала из кармашка тонкую упаковку. Алиса нетерпеливо забрала её и скрылась в кабинке. А я попыталась уложить в рюкзак новые книги. Получалось с трудом, их было слишком много.

Снова зацокали каблуки за спиной, но потом звук замер. Алиса споткнулась об меня взглядом, будто не ожидала увидеть.

— Ты не слышала, я тебе сказала «спасибо». Ты меня спасла. — Она махнула рукой на кабинку.

— Вообще-то слышала.

Котова прищурилась и хмыкнула. Прошествовала к раковине, наверняка, думая, что я не ответила специально, заставив её лишний раз отблагодарить меня. Она буравила меня недовольным взглядом в зеркало, споласкивая руки.

— А почему не ответила? — спросила с вызовом Алиса, поворачиваясь ко мне.

Я пожала плечами и закусила ручку. Опустила взгляд в расписание, делая пометки. Алиса вытянула шею и с интересом заглянула в мой блокнот.

— Ты же со мной не разговариваешь, — ответила я не глядя.

Котова усмехнулась, причём прозвучало это скорее как одобрение.

— Почему ты не на парах? Прогуливаешь? — От взгляда Алисы не укрылся мой рюкзак, который я так и не смогла застегнуть.

— Я привыкла заниматься одна. Четыре года училась дистанционно.

— Почему? — Котова склонила голову, будто ей по-настоящему стало любопытно.

Я наконец подняла на неё взгляд, изогнула бровь от удивления (Она и правда не понимала, почему?) и указала ручкой на своё ухо. Маска заинтересованности сменилась растерянностью. Алиса быстро взяла себя в руки и вытянула губы в тонкую линию.

— Понятно. Ладно, пока.

Взмахнув волосами на повороте, Котова ушла.

Решив не пропускать ещё одну лекцию по зарубежке, я перекусила бутербродом, пока в кафетерий не набежали голодные студенты. Когда со звонком зашумел коридор, в столовой зашуршали бумажные стаканчики и целлофановая упаковка, зажурчала вода из термопота, я стала сомневаться в том, что студенты пришли сюда есть, потому что количество разговоров и эмоций в разы превышало количество еды на подносах. И хоть все поголовно брали кофе, никто не выглядел сонным. Студенты спешили скорее поболтать в приятной компании.

Почти перестав слышать, я стала уделять много внимания звукам и жестам. Могла подолгу наблюдать за людьми. Обычно я это делала дома из окна, когда на меня никто не обращал внимания и даже не знал о том, что я смотрю. Иначе я стеснялась.

Я не стала занимать стол, когда на кассе уже образовалась приличная очередь, и пошла к аудитории.

«Фух, в общем, кое-какие мысли у меня появились, почему ты можешь меня слышать».

Я моргнула и, как вкопанная, остановилась на пороге.

Не приснилось…

«Давай, бери ноги в руки, Алису и пойдём — будем разбираться».

— Девушка, вы проходите или нет? — Голос преподавательницы зарубежной истории вывела меня из оцепенения.

— Прохожу, — буркнула я и прошмыгнула внутрь.

— Громова, верно? — спросила Евгения Витольдовна, проходя к кафедре.

— Да.

Она надела очки и склонилась над столом, ища в списке группы мою фамилия.

— Проходите, — кивнула она. — И почему же вы прогуливаете?

Её лицо оставалось бесстрастным. Застывшее, как у восковой фигуры, оно не выражало ничего, только руки и ноги двигались. И ничего удивительного в том, что она меня запомнила. С таким характером она вообще вряд ли хоть что-то забывала.

— Простите.

Я скользнула за парту. Охнула от того, как тяжёлый рюкзак упал на колени.

— Каждый прогул, даже если он по болезни, должен быть отработан. — Евгения Витольдовна окинула группу таким взглядом, будто мы были ничего не значащими для неё существами, не способными выбиться в люди. Не мы, так следующие. Продолжила, возвращаясь к своим записям: — С моим расписанием приёма отработок ознакомьтесь на кафедре.

Мы с ребятами переглянулись. Прозвучало так, будто непременно кому-то кроме меня придётся отрабатывать.

Лебёдкин склонился к Карине и что-то зашептал на ухо, показывая какие-то пометки в расписании, которое он распечатал и уже разрисовал маркерами разных цветов. Не удивлюсь, если он уже позаботился и узнал, кто и в какое время принимает отработки.

Впрочем, Карину, кажется, это мало интересовало.

— Лебёдкин, ты как всегда. Только начали учиться, — шикнула она, привычно отмахиваясь от своего парня.