Я тебя верну

Глава 53

Мира…

Вот уже больше двух недель мы с Ярошей дома, но спокойствие меня не посещает. Чувство, что что-то еще будет, не дает дышать спокойно.
Когда папа приехал за нами, то пытался еще раз отговорить ехать домой пока, но меня это уже все достало. Да и тем более, кому я теперь нужна? У Макса скоро будет еще один ребенок, точнее сказать - законный, так что теперь нет никакого смысла вообще от кого-то прятаться. Родители остались недовольны, но больше темы не поднимали.
По приезду мама несколько раз пыталась заговорить обо мне и моих чувствах, я же попросила больше не поднимать этой темы.
— Мама, у меня есть кого любить. — ответила сухо, но постаралась выдавить из себя улыбку, — Яроша, ты с папой, Катя с Гришей и Женей. Я счастливый человек. Твои намеки на то, что я чувствую себя несчастной беспочвенны. — хотя в тот момент даже меня передернуло от того с какой интонацией я сказала последнюю фразу, мама же просто побледнела, — А то, что ошиблась когда-то, так от этого никто не застрахован. Теперь я уже понимаю разницу между многими вещами. И да, опережая тебя добавлю, я бы тоже хотела научиться на чужих примерах, но вышло, что вышло.
— Мира…, — я видела, что маме больно, мне тоже было больно, но остановить свою холодную речь, в тот момент не могла.
В тот раз мама просто все оставила и подошла ко мне, молча обняв и постояв так какое-то время. Я же просто позволяла ей это делать. В душе уже не откликалось от маминых объятий. Я чувствовала себя просто ледышкой. Как будто меня заморозили внутри.
В первых числах марта к нам приехали девочки. Аня сначала долго меня отчитывала, потом плакала вместе с Лизой, далее долго обнимались уже в четвером. Вика просто плакала со всеми и старалась почаще обниматься, что было очень на нее не похоже. Девочки остались тогда на несколько дней у родителей. И мы решили каждый день устраивать девичники с маленькой поправкой. Яроша был всегда с нами.
Аня пыталась мне что-то рассказывать о ребятах, но как только тема заходила о Максе, я сразу старалась обрубить любые разговоры в эту сторону. Аня злилась и очень, Лиза старалась смягчить всю эту ситуацию, но я оставалась непреклонна.
И вот в последний вечер перед их отъездом, Аню все таки рвануло:
— Ты в своих горах стала полностью отмороженной! — начала она злиться на мою просьбу перестать говорить о Максе.
— Ань, уймись. — попросила подругу. — У меня нет никакого желания выяснять отношения опять. Тебе не надоело? — решила перевести в шутку все, потому что сама уже закипала.
— Мира, ты не выносима! — чуть ли не крича, прорычала подруга.
— Так не выноси, тебя же никто не просит. Я здесь хочу посидеть. — опять постаралась пошутить, но по выражение подруг поняла, попытка не удалась.
— Мир, ну правда. — уже и Вика вступила в разговор, — Ты же ничего не знаешь, чтобы быть такой категоричной. Мы тебе пытаемся рассказать…
— А я вроде не просила вас, мне, что-то рассказывать. Так? — я поняла, что нормального разговора не выйдет, потому что сама уже стала закипать.
— Мира, ты не права. — вот и Лиза уже вступается.
— Согласна. — решила уступить, потому что понимала что если продолжим, поссоримся все. — Но свое мнение менять не собираюсь. По крайней мере сейчас!
— Да какое мнение? — о, вот и крики пошли. Аня завелась окончательно. — ТЫ себе даже представить не можешь, как тяжело Максу! И Ден с Матвеем постоянно в напряжении с ним. Они борются как могут, а ты тут пытаешься что-то доказать! — она даже с места подскочила и заходила взад-вперед. Краем зрения заметила, что в гостиную заглянула мама, но только горько покачала головой, — Ты думаешь тебе тяжело? Или я чего-то не понимаю? Что ты постоянно колючки свои выставляешь? Ты даже не соизволила сказать, что уезжаешь! Бросила нас и уехала в горы. И пока ты там отдыхала, он здесь боролся! — от такой проникновенной речи подруги даже опешила немного, но не в том плане что растаяла, а в том что начала злиться уже по-настоящему.
— Я думаю, нам пора расходиться по домам. — сказала подругам вполне спокойно, откидываясь на спинку кресла в котором сидела, но по удивившимся лицам подруг поняла, что мое спокойствие осталось только в моем воображении, — Мне завтра рано вставать. Да и вам тоже завтра уезжать, так что каждой нужно отдохнуть. — поднялась с кресла и пошагала в сторону прихожей, показывая, что наш разговор закончен. — Я там приготовила вам с собой пирожки, что делали сегодня. Передадите своим гостинцы и …
— ТЫ что совсем охренела?! — Аня просто заорала мне в спину, а Вика с Лизой сразу стали шикать на нее и пытаться успокоить, вот только когда ее это останавливало, — ТЫ нас выставляешь? Нас?! Мира, что с тобой произошло? В кого ты превратилась? — я развернулась к подруге и остановила взгляд на ее мокрых глазах, но меня уже не трогали ничьи слезы.
— Аня, если вы сейчас не уйдете — мы поссоримся, и сильно. — выдавила из себя, стараясь еще удержать спокойствие внутри, — Я этого не хочу. И объясняться с вами в данный момент, не горю желание. — решила все-таки пояснить свою позицию, — Я никому не сказала, а последние дни считаю, что правильно сделала! Вот только НИКТО, даже не сможет представить себе, что происходило со мной! Ни одна душа. Потому что у каждого свой путь, и «тапки» у каждого свои. Так вот, со своего пути, я вижу все со своей стороны. Вы же смотрите со своего пути, и вам видно все с другой стороны. Так что здесь и сейчас нет правых и виноватых. А вот обидеть еще сильнее друг друга сможем запросто! Готова? — на последнем вопросе киваю на подругу, которая даже побледнела немного, но все равно зла.
— Я поняла. — прошипела Аня, — Пойдемте девочки, мы уходим. Нам тут не рады!
Я просто промолчала. Сзади подошла мама, тоже пытаясь что-то вставить, но мне уже было все равно. Вика с Лизой сами подошли и обняли меня перед выходом, Аня же прошло мимо даже не взглянув. Ну… не критично. Больно, но все пройдет.
Я молча развернулась и пошла на кухню, где ел Яроша, точнее его пытались накормить его дяди, и это выглядело так забавно, наблюдать детей всех возрастов, в каше с ног до головы. В груди потеплело, но чай я себе все таки сделаю.
«... В данный момент известно только то, что Руслан Старостин находиться в специальном медицинском учреждении. Его состояние удалось стабилизировать, но прогнозов никто не дает. Пресс-центр МВД заявили, что суд не будет перенесен из-за критического состояния подсудимого и окончательно заседание будет проходить, как и планировалось после восьмого марта. С вами был…» — меня как холодной водой окатило! Я так и застыла посреди кухни с чашкой смотря на телевизор. Мой мозг просто не мог воспринять всю информацию, но он уже начал активно работать!
— Надеюсь, он выживет и останется в таком состоянии на долго. — я повернула голову в сторону папы и просто замерла.
— Гена. — прошептала мама, стоя в его объятиях вроде и с упреком, но с каким-то таким ясным облегчением, что у меня аж мурашки побежали по коже.
— Доня… — мама протянула ко мне руку приглашая в объятия к ним, а я не могла даже заставить ноги сдвинуться с места.
Мои чувства были сейчас самыми разными: от неверия и счастья, до полного расстройства и ненависти. И какому из них отдать свое предпочтение я не могла решить.
А еще я поняла, что теперь опять начнется то, что я так хотела уже вычеркнуть из нашей с сыном жизни. И слезы жалости побежали по щекам. Да и жалость эта была направлена на саму себя, что меня только разозлило сильнее.
Я выскочила на улицу быстрее ветра. Никаких разговоров сейчас заводить не планировала ни с кем. Мне нужно было побыть одной! Просто выдохнуть и переварить все то, что услышала.
А память, как назло, начала подкидывать мне момент, когда Макс усердно добивался моего внимания. Что он делал и как. Меня опять передернуло.
— Не хочу. Не хочу. Не хочу. — шептала я тихо, пытаясь заглушить рыдания, — Я не хочу этого.
Не нужен он мне! Не смогу я! Я же только свыклась с мыслью, что мы с сыном вдвоем, что у нас все получиться, а тут опять это все. Когда я смогу выдохнуть уже спокойно?
А может он и не начнет ездить? — эта мысли просто озарила. У него же должен родиться ребенок от Насти, так вот пускай туда и едет. А я уж как-то сама. Без всего этого дерьма.
Но сердце билось так сильно, что даже больно было. И билось оно не от злости с такой скоростью.
Обмануть можно всех вокруг, но себя — никогда!