Мира…
— Пап куда мы едем? — вот уже полчаса мы с папой едем в сторону области, но куда мне не сообщается.
— Мира, потерпи. — отвечает папа с улыбкой, — Когда ты успела стать такой нетерпеливой?
И вот вроде понимаю, что просто нужно подождать и все пойму, но какое-то непонятное предчувствие просто кричит мне, что все не то, чем кажется.
— А как зовут твоего товарища? — решаю уточнить у папы, а может и на чем-то его поймать.
— Андрей его зовут. — отвечает спокойно и без запинки, родитель. Но вот эта его улыбка хитрющая не дает мне покоя. — Дочь, скажи, я когда-то желал кому-то из своих детей плохого?
— Да при чем тут это? — меня прямо подкидывает от негодования, от папиных слов. — Папуль, не обижайся. Ну не могу я тебе объяснить, что со мной сегодня. Вот такое чувство, что что-то должно произойти, понимаешь?
— Доня, все что должно произойти, произойдет в любом случае, а вот как мы к этим событиям отнесемся, уже совершенно другой разговор.
— Папа меня напрягает, когда ты начинаешь философствовать.
— Все будет хорошо, родная.
И вот вроде папа меня и успокоил, но что-то скребло внутри.
Спустя еще полчаса мы уже въезжали в дачный поселок, за областью. Небольшие аккуратные домики, просто тонули в еще голых ветках, плодово-ягодных деревьев. Весна еще только начинала вступать в права. Местность пустовала, так как дачники еще не готовы были выбираться на свои участки.
И вот в этой местности нам с папой предстоит помочь одному дедушке, который тут живет почти круглый год. Отец папиного товарища, как мне сказали. Только я о нем ни разу не слышала и это меня и напрягло вчера вечером, когда за ужином оказалось, что кроме меня, сегодня все оказались заняты.
Папа сказал, что мне нужно будет убраться в доме, а папа займется участком. Мы даже продуктов накупили этому дедушке по списку, который был у папы. Хотя, как для меня, список был довольно странный: мясо, колбасы разных видов, сыры, фрукты., овощи. Но это еще не предел. Пределом стало две бутылки сухого вина! Прямо набор для романтического ужина, а не для дедушки в обычном дачном поселке.
Подъехав к домику мы с папой начали оперативно выгружаться. Что-то заставляло меня напрягаться. Да еще и домик оказался крайним в поселке этом. Место конечно красивое, но тут что-то не то!
— Пап, давай как-то поактивнее, что ли? — решила подогнать папу немного, — Дома Яроша ждет.
— Ничего с нашим пацаном не случиться. — отмахнулся папа, насвистывая какой-то незамысловатый мотив, — У него там целых четыре няньки.
Ладно, согласна. Мне, наверное, нужно успокоиться. Просто перестать думать и всякой ерунде.
Хотя после визита Максима, больше двух недель назад, мне тяжело вернуть себя в прежнее русло. Первую неделю я вообще была сама не своя. И мне это не нравится. Я никогда не страдала такой эмоциональностью. Взрывной характер у нас только у Аньки, но она со мной уже две недели не разговаривает. Хотя я после нашего последнего разговора звонила ей, чтобы извиниться, но меня послали. В общем я не обижаюсь, потому что понимаю, за меня волнуются. Но только правда у каждого будет своя.
С этим роем неспокойных мыслей я вошла в дом и замерла от шока.
— Па-а-ап! — заорала во все горло. — Это что? — указала головой, когда папа подошел сзади и удивленно приподнял брови, как бы спрашивая “чего я ору?”
— Это, дочка, дом. — папа меня продвинул дальше по коридору, — И в нем нужно убраться. — после этого у меня забрали пакеты и понесли их, как я поняла, на кухню.
— Папа! А здесь, что живет какой-то не простой дедушка, да?
— Почему не простой, самый что ни на есть простой. — ответил мне голос папы со стороны кухни.
Вот только я что-то очень в этом сомневалась. Теперь у меня, уже точно, было ощущение, что меня загоняют в какую-то четко спланированную ловушку. И этот дом только подтверждал, что мои внутренние колокольчики вопят не зря!
Добротная деревянная мебель, под стеной красивый и, самое главное, настоящий камин, небольшой светлый ковер с толстым ворсом, темный кожаный диван, тяжелые темные гардины со снежно белой вуалью под ней. Шикарные картины с пейзажами, явно рисованные, а не сделанные с помощью современных технологий. Справа от меня дверь. И вот хочется подойти к ней и посмотреть куда она ведет, но что-то останавливает.
— Так, дочь, ты приступай, — папа вышел с лева от меня, как я поняла с кухни. — а я пошел во двор. Пойдем покажу тебе, где ванная, чтобы могла воды набрать и …
— Папа, кто тот дедушка, что здесь живет? — перебив отца, спрашиваю с нажимом.
— Мира, перебивать нехорошо, это раз! И два, — папа все таки протолкнул меня левее показывая что рядом с кухней есть дверь в… ВАННУЮ!, — это ванная, здесь разберешься сама.
— Папа! ТЫ издеваешься?! — зашипела на родителя, пытаясь глазами просканировать его, потому что с каждым шагом и действием в этом доме я чувствовала себя обманутым ребенком, который узнал, что Дед Мороз, это на самом деле переодетый дяденька из соседней улицы, — В этой ванной купается обычный дедушка?! — мое возмущение достигло пика.
Сейчас я смотрела на ванную размером с две наших: угловая, глубокая и явно с функцией джакузи. В углу душевая кабина, все с подсветкой. Да что тут происходит блин?
— Мира, выдохни. — папа поцеловал меня в лоб и пошел на улицу даже не удостоив ответа.
А я хотела рвать и метать. Присев на край этой несчастной ванны решила все таки провести ревизию своих мыслей.
Ну папа же не может меня так подставить. И если даже мама сегодня провожала нас улыбаясь, значит всё нормально, так? Может я просто наоборот жду, что что-то должно произойти потому что мне хочется этого? Или меня настиг тот знаменитый гормональный бум, который девушки переживают в шестнадцать, а я, как уникальное создание, только сейчас?
Или… да ну его все!
— Так, где мои наушники? — выдохнула и решила приступить к делу, — Чем быстрее начну, тем быстрее закончу. Тем более дома меня ждет сынок.
Наушники нашлись в сумочке, в коридоре. Телефон быстро перекочевал в карман спортивных штанов. Ведро с водой и тряпкой перешло в руки и я отправилась протирать пыль и наводить порядок.
Хотя сначала я все таки выглянула в окно, чтобы успокоить свои нервы окончательно и заметила как папа занимался с деревьями.
Мне нужно перестать себя накручивать, а сосредоточиться на своей жизни. Хотя каждую ночь, как только мои глаза закрываются, я слышу голос, который говорит, что вернет меня, вернет нас. Который говорит, что любит. Которому хочет верить… опять.
После того как я ощутила Макса рядом, как опять вдохнула его запах, после того как просто оперлась о него, мне теперь хочет еще раз ощутить его рядом!
И вот в таком темпе, под любимую музыку и калейдоскоп мыслей я даже не заметила как быстро пробежало время. Когда глянула на часы, поняла, что прошло больше двух часов с момента как я приступила к уборке. Хотя здесь было чисто, но все же воду я меняла несколько раз.
Зайдя на кухню, чтобы попить воды, я поняла что что-то, упустила. А когда посмотрела в окно, чтобы проверить, как идут дела у папы, чуть стакан не выронила.
Никого не было в саду! И ладно если бы хотя бы ветки валялись, ну или инструмент лежал на видном месте, показывая что папа просто отошел куда-то. Но в саду было чисто, будто и не делалось ничего.
Злость, неверие, отчаяние, предвкушение и это еще не все чувства, которые я испытала в этот момент, просто смешались в коктейль, подгоняя меня на улицу.
— Ну папа! — шипела вполголоса, — Если ты меня обманул, то я…
— И куда ты собралась, Колючка?
А вот теперь пришел черед шока, ступора, опять же неверия и полного принятия ситуации.
— Значит, предчувствие не обмануло меня.
Проговорила я глядя в такие знакомые глаза, в которых сейчас плясали искры предвкушения, счастья и еще чего-то теплого. Напротив меня стоял Максим Старостин, сложив руки перед собой и подпирая косяк входной двери, тем самым давая понять что я уже не выйду отсюда.
Отредактировано: 15.07.2023