Я - темный властелин

Глава шестнадцатая

Я, конечно, тут же решил посмотреть, и заковылял к гребню дюны, из-за которой и доносились залихватские вопли, но Гулдар схватил меня за локоть пальцами, крепость сжатия которых напоминала тиски:

- Стой, куда прешь!

- Туда!

- Убьют, коль увидят. Ну, опомнись! Повторяю для контуженных: разбираться с тобой никто не станет, сразу башку проломят и освежуют. Или шаманы заклятием шмальнут и поджарят – так даже лучше будет, в собственном соку приготовишься… Нет, ну Печать тебя, может, и спасет – но от дубины убережет вряд ли, слишком мало у нее энергии.

Я посмотрел на ладонь с Печатью. Печать спала сладким сном, свистела и похрапывала. За ночь она не набрала сил… А жаль, я втайне надеялся на это.

- Мда…

- Сейчас они пройдут, построятся как надо, а потом уже мы из партера будем смотреть на представление… Знаю, зачем они тут.

- Зачем?

- А не скажу. Мучайся. Я скверный типус, варкус-вульгарис, матерщинник, полигамщик и деспот. Но честно – лучше бы ты не видел. Подумай дважды, а лучше трижды. Будешь?

- Конечно, - сказал я.

- Ну, не наблюй потом себе на рукав.

- Было бы чем… Есть, кстати, хочется.

Гулдар присел на песок и жестом предложил следовать его примеру.

- А нечего есть-то, Игорек. На первое у нас песок, на второе песок, и на третье – тоже песок. Тут Плюк, Арракис и что-там-еще... Бесплодные земли, аридный климат. Впрочем, на! – Он порылся в котомке и протянул мне горсточку вялых вишнево-красных ягод. – Чеббра. Ешь, жуй хорошо. Она не ядовитая, невкусная, правда, но тут, в Киррахе, все такое… Если только не получится добыть вкусной человечинки, ха-ха-ха!

- Очень смешно, - сказал я, присев на корточки. Ягоды оказались кисловатыми и вяжущими, с очень тусклым, словно его солнце выпалило, вкусом. Я терзал ягоды зубами, разглядывая усохший труп песчаного упыря. Возле него виднелось что-то длинное и маслянисто-блестящее. Вроде бы, змея-трупожорка, нашедшая себе поживу.

- Ничего, ничего, Игорек, - сказал Гулдар мягко. – Соберись. Скоро выйдем из Кирраха, напьемся чистой водички, соберемся с силами и проберемся в Жабий край, а там и в Штромхолд наладимся. А там ждет-поджидает нас Браскинор…

- Браскинор? – слово отозвалось в голове смутной, туманной болью. Вдруг выплыл из тумана глумливо скалящийся не вполне человеческий, вытянутый, с огромными глазницами череп, который свободно левитировал над мраморным полом. Глазницы черепа сочились зеленым, крайне неприятным огнем… Я моргнул, отгоняя дурное видение.

- Фамильный замок твоего папаши. Надеюсь, его не разрушили. Там ты, стало быть, воссядешь на Багровый трон, станешь полноправным Владыкой.

- Тьфу ты! Не хочу я быть Владыкой. Уясни себе наконец!

Взгляд орка задумчиво скользнул по мне.

- Да кто ж тебя будет спрашивать…

- Хок! Хок! Хок! – доносилось из-за гребня, кажется, совсем близко. Варки фанатично и злобно скандировали это восклицание.

Я поежился, подавив в себе желание инстинктивно вжать шею в плечи. Из туманной дали снова выплыл череп и, крутанувшись вокруг своей оси подмигнул мне левым глазом.

- Варки твои… Они сюда не заглянут, а?

Гулдар звонко щелкнул по выступающим клыкам.

- Это почему они мои? Они твои больше, о великий черный босс… Ну, нет, не заглянут, разве что шаман какой за драконьей костью, но это потом, после боя… Но вообще они все заняты делом. Сейчас пройдут, построятся и мы выглянем. Но приятного мало, сразу говорю.

- Ну хоть какое-то разнообразие…

Зря я это сказал.

Когда мы выглянули из-за гребня дюны, устроив наблюдательный пункт меж драконьих ребер, жадно обглоданных солнцем и ветрами, я увидел обширное утоптанное поле, розовато-белое, будто усыпанное снегом и подкрашенное лучами встающего солнца.

- Соль, - поведал Гулдар, втискиваясь в реберную клетку рядом со мной. – Соленое озеро тут было. Типа Мертвого моря в Израиле, только оно, ясно, давно высохло. Киррах – умирающие пески. Вода отсюда уходит, жизнь уходит. Еще два-три поколения и оазисы высохнут… Наши шаманы говорят – это Светлые так устроили, ну, чтобы нас, варков, гуманной смертушкой постепенно уморить… Но я тебе скажу, мы и сами неплохо справляемся, сейчас поймешь, как да почему…

Площадь поля составляла примерно два километра, и большую его часть заполняли варки. С пятидесятиметровой высоты дюны они казались игрушечными миниатюрами из какой-то настольной игры типа Warhammer 40.000: блестящие лысые головы с розовыми бликами, мускулистые плечи, короткие портки и тяжелые дубины на плечах. На поле собрались два отряда, варков по двести в каждом. Те, что были ближе к нам, имели на правом плече нашлепку в виде красной пятерни, те же, что дальше – щеголяли нашлепкой из синей краски. Это было ясно: нашлепки нужны, чтобы не перебили своих же, friendly fire ведь никто не отменял. Ну и, конечно, едва заметив нашлепки, я сразу понял, что мне предстоит увидеть.

Смертоубийство.

Варки выстроились в два примерно равных вытянутых прямоугольника, который разделяло метров десять ничейной территории. За каждым отрядом виднелись еще варки – эти стояли россыпью, и было их почти столько же, сколько в передовых отрядах; я увидел на головах некоторых птичьи перья, в руках – костяные жезлы.

Над полем стоял гомон сотен голосов, шорох ног, чей-то злобный хохот.

- Ну, понял, чего будет? – прошептал Гулдар.

- Да уж не дурак…

- Те что ближние – это мой клан, Браэрран. А противостоит ему Дрохк-арр. Драться будет молодняк.

- А за их спинами кто?

- Старейшины, вожди, шаманы и матерые варки… Я уже матерый, считай, должен был просто смотреть… Хоб-хоб-хоб, я же и буду смотреть. Точно! Ну да, я ничего не потерял… Те, что с перьями, как папуасы, это шаманы, видишь? Самые крупные и плечистые – главные вожди, им много годков, есть даже сорокалетние… Ну и матерые – вроде меня, двадцатипятилетки…