Я - темный властелин

Глава двадцатая

Яйцо весило килограммов пятнадцать. Я прижимал его к груди и даже сквозь мешковину и скорлупу слышал мерные толчки сердца не родившегося дракона. Яйцо было горячее, причем не нагретое лучами безжалостного солнца, а просто горячее по факту, со всех сторон горячее, впрочем, не настолько, чтобы обжигать руки. Я подумал, что метаболизм драконов, раз уж они огнедышащие, таков, что тело постоянно генерирует высокую температуру, может, сорок – пятьдесят градусов, или даже выше – хотя если выше, то драконьему всаднику будет затруднительно сидеть на спине волшебной рептилии, поскольку обожжет он себе седалище и шенкеля.

Тик-так… Тук-тук… Мне казалось, что я прижимаю к груди бомбу с заведенным спусковым механизмом. Сейчас зазвенит, боек долбанет по капсюлю, и - ага.

Гулдар нес рабыню, держа ее под спину легко, играючи, словно она ничего не весила. Мы транспортировали нашу добычу к выемке, где должно было состояться финальное совещание перед попыткой выйти из Кирраха.

Мой телохранитель обернулся всем корпусом, показал девушку, чьи босые ноги и обнаженные до самых плеч руки вызывали у меня некоторое волнение:

- Похож я на Тарзана?

- На зеленого обезьяна. Топай молча.

- А ты стало быть цивилизованный белый человека, который поможет нам найти выход из этих песчаных джунглей. Доблестное рыцарское изящество, все такое… Голимар-р-р! Ты что, на девку уже облизываешься, рыцарь? Слушай, я этот твой блудливый взгляд еще с Земли запомнил! Ты это брось! Даже и не думай! Эльфы и Темные – кровные враги! А еще она рабыня Света, и не думай, что рабство прошло для ее психики даром… Она ломаная, психически ломаная, пойми это… Охота тебе с ломаной возиться? Никогда не знаешь, что она выкинет! Возьмет и ткнет тебя в брюхо ножиком, когда из Кирраха выйдем.

- Топай молча.

- Ох, босс… Не было у Фродо девки, Сэм был – девки не было, как сейчас помню!

Я поудобней перехватил яйцо, чьи горячие бока скользили по мешковине.

- Не умничай. Мы идем против канона. И вообще я не Фродо, а Саурон-младший!

- Ну, приятно познакомиться!

- Взаимно.

- Ну вот, нарушена мужская дружба. Если женщина вклинивается между мужчинами – жди беды, если только это не порносцена.

- Такое бывает в мексиканских борделях.

- Не важно, где бывает, а только в целях ментальной гигиены призываю ее здесь оставить.

- Никто никого бросать не будет. Или ты решил, что я – как мой отец?

Варк пробурчал что-то неразборчивое. Похоже, он, как телохранитель, с прошитой программой охраны моей темной особы, ожидал от девицы лишь неприятностей, я это понимал, и поэтому не особенно кипятился.

- Кстати, эльфы не телепаты?

- С чего решил, хоб-хоб-хоб! Такие же как мы… ну, вернее как ты, белый человека. Они даже не эльфы, не бессмертные… Светлые лишили их бессмертия, вроде ж говорил уже, так что кроме острых ухов и изячного сложения ничего у них эльфийского больше нет. Ну, поют недурно, танцуют прилично, а так люди людьми, такие же сволочи… Говорю – брось, потом проблем не оберешься.

- Никого бросать не будем. Это последнее мое слово.

- Угу, перед казнью.

Мы расположили свою добычу на песчаном склоне низинки. Девушка спала, голова, повернутая в сторону, демонстрировала испорченный профиль с расплющенным носом и упрямым подбородком в ссадинах. Не сказать, что эльфийка такая уж красавица, даже с прямым носом, даже если и с косметикой – а она была, конечно, без марафета – она не потянула бы на Мисс Мира, но обаяния ей было не занимать. И еще эти голые руки и ноги и ошейник, на сексуальном языке моего мира обещающий полную женскую покорность…

Рядом с ней я уложил на бок тикающую бомбу яйца, подставив его бок лучам солнца. Думаю, дракону внутри это будет полезно. По гладкой скорлупе разошлась легкая радужная побежалость, чуть заметная, как на металле, покрытом окалиной.

Тук-тук… Тик-так…

Девушка мирно спала, иногда веки с длинными ресницами подрагивали – верный признак, что сон максимально глубокий.

Гулдар снова вылез на бруствер и начал хватать битым носом воздух. Спрыгнул вниз, гулко стукнул кулаком о раскрытую ладонь:

- Полчаса на разговоры. Потом, если не выйдем – можно сушить весла. Мой клан взял след.

Несмотря на жар песков, меня пробрал холод. Но я не позволил панике распространиться по телу. Самообладание – ключ к победе. Я это знаю. И где-то на фронтире моего разума родилась, но еще не оформилась до конца идея безопасного выхода из Кирраха.

Совершенно безумная идея.

Абсурдная идея.

- Ладно, еще раз пробежимся по всем пунктам, касаемых башен. Они установлены по всей границе песков…

- Угу.

- Внутри сидит голем.

- Ага. Ты что, склеротик? Во всех башнях големы.

- И, как гласит слоган детективного агентства Пинкертона - We Never Sleep.

- Угу-ага. Никогда не спят. Раньше, когда там сидели чародеи...

- Стой! Значит, раньше там дежурили чародеи?

- Ну да, а я тебе что, не говорил?

- Нет.

- Ну, лет двести пятьдесят назад там несли службу чародеи и их присные. Так вот они раньше, случалось, засыпали, и кое-кому из наших удавалось просочиться… Но големы решили проблему человеческого фактора. У них не забалуешь.

- Големы, големы…

- Примитивнейшие глиняные роботы-автоматы, ширпотреб массового изготовления… У них извилин, считай, нет – просто элементарная программа: не выпускать тех, кто хочет выйти, двуногий ты или четвероногий. Убить. Все. Но службу они несут исправно: никто не может выйти из Кирраха. У Светлых не лошки у власти.

- Да уж… Есть зона, где лучи двух башен перекрещиваются?

- Да, примерно посредине между башен, каждый луч перекрывает другой метров на сто.

- Значит, идти нужно, стараясь не попадать в этот зазор.

- Ну, где-то так, да. Если не попасть в зазор, то тебя развеет в прах только один луч, а не два. Только чем нам это поможет?