Я - темный властелин

Глава двадцать вторая

Самое интересное, конечно, это была реакция варков Гулдара. Они суетливо бегали подле периметра и не понимали, что происходит. Они подбежали к периметру слишком поздно, чтобы понять мой финт, послуживший спасению. Они поглядывали на нас, стоящих у башни, в тягостном и безумном недоумении. Варк, человек, эльфийка – как они смогли выйти? Почему не превратились в горсти пепла? Шаманы – я даже с расстояния в километр видел это – потрясали жезлами. Наконец один из варков не вытерпел и устремился за периметр. Со стороны башни шваркнула хрустально-голубая молния, составленная как бы из сотни переплетенных нитей, и песок Кирраха пополнился новой кучкой дымящегося пепла.

Варки начали бесноваться с новой силой. Мда, по-всему, ума у них было немного…

Гулдар хохотал, глядя на это непотребство – похоже, родственные чувства не были его сильной чертой. Эльфийка взирала на варков с кривой улыбкой – немного печальной, мне кажется, что ясно говорило о ее уме – только высокие натуры способны сочувствовать даже врагам, а она несомненно сочувствовала варкам, триста лет запертым в концлагере и давно искупившим прегрешения предков.

- Если бы только они знали, как легко отсюда выйти… - проронила она.

Ну, начинается…

- Придет время – и я освобожу их, - сказал я. И сам не поверил тому, что говорю. Придет время? Придет ли? Что откроет мне Болотный замок? Что расскажут мне недобитки Темных в замке? Если из меня захотят воспитать клон моего папаши – я однозначно откажусь… Если у меня вообще будет возможность такая – отказаться. Но потомков варков моего отца нужно освободить… Хотя бы из соображений гуманности. Подыскать им место жительства, принудить к справедливому, честному труду. Вон, мышцы какие: пусть дробят камень, пашут друг на друге, работают, не знаю, акробатами, охранниками, короче, пусть работают там, где нужно применять физическую силу.

Глаза эльфийки, карие до черноты, взглянули на меня пытливо:

- А чего ты хочешь, сын Владыки?

- Не понял?

- Ты вышел из Кирраха, ты выжил. К чему ты стремишься теперь? Вернуть себе Штромхолд? Возродить Царство Мрака? Уничтожить Светлых?

Голос у нее был твердый. Грудь – выпячена. Даже сломанный нос – и тот, мне показалось, выпятился. Гордячка с характером… С другой стороны, кого еще могли выбросить в Киррах на смертные муки? Только такую вот неуживчивую, гордую колючку.

- Я хочу разобраться во всем, что происходит, досконально. И навести порядок, наверное, навести порядок… если получится.

- Уничтожив Светлых!

Фанатичный огонек в ее глазах мне очень не понравился. Хотя враг моего врага – мой друг, я, все же, опасаюсь фанатиков…

- Если получится у меня… Если получится, - сказал я, осторожно подбирая слова, - я хочу восстановить справедливость. То, что я услышал, то, что я увидел, то, что я уже знаю – мне не нравится. Я хотел бы восстановить справедливость.

- Покончив с Конклавом и Ложей!

- И это тоже… И освободив твой народ из рабства…

Ее ноги утопали в песке, сквозь рубище просвечивали коленки, но кивнула она с царственным величием, словно восседала на троне в каком-нибудь дворце в богатых одеждах.

- Эльфы Рэдроса помогут тебе! Уничтожь ошейники, освободи нас – и ты получишь верных соратников!

Она не сказала – «слуг». Соратников. А вернее – ситуационных партнеров.

- Я постараюсь. А пока… Ты свободна.

Она молча, красноречивым жестом потрогала ошейник, при каковом жесте я почувствовал себя идиотом.

- Гулдар, ты знаешь, как снять эту штуку?

Мой телохранитель прервал увлекательное занятие – прыжки возле башни с попеременной демонстрацией варкам правого и левого локтей, на сгиб которых он укладывал кулак.

- Какую? А… Магия, босс… Там сложное заклятие. Чтобы снять ошейник, нужно знать изначальное запирающее заклятие – это как пароль с логином на «Винде»… Если не знаешь – можно попытаться взломать заклятие, но это сложно, опасно и могут забанить пожизненно… Заклятие не дураки программировали.

- То есть, в нашем положении остается только взлом?

- Да, хакнуть можно… Нужен или могучий хакер, тьфу ты, чародей, или вот твоя Печать – но с ней работать желательно, только когда она прокачается энергией до упора, да и потом – нужно усвоить хотя бы основы магии… А ты их не ведаешь, и ведать не будешь до Болотного замка. Вот в замке, разве что…

У меня мелькнула презабавнейшая мысль: а что, когда и если Печать зарядится, и мои информационные блоки восстановятся, я открою направленной магией путь домой, на Землю, и просто сбегу от всех проблем и ответственности, и груза вины за действия моего отца? Кстати и эльфийку можно прихватить, и, наверное, Гулдара – вот он прославится на Земле… Сможет играть Халка без грима и компьютерных технологий. «Марвел» с ним сразу многомиллионный контракт заключит.

Соблазнительно. А с другой стороны – если энергии хватит только на мой персональный переход? Это будет даже не поступок сына Темного, а так, слизняка. Серегу-Гулдара брошу, девчонку, и кучу нерешенных дел, и стагнирующую Эквилирию, где правят бал неправедные Светлые…

Но соблазнительно, черт, как же соблазнительно!

Я постарался спрятать этот соблазн в максимально темный угол своего разума. По крайней мере, до Болотного замка.

Мой взгляд смерил девчонку от голых коленок до кончиков острых ушей. Она суетливым жестом накинула на уши пряди волос. Засмущалась, что ли? Стесняется почему-то острых ухов?

- Ты слышала… Снять ошейник возможно только в Болотном замке. Пойдешь с нами?

- А у меня есть выбор?

- Действительно.

Она выпростала из песка изящную ножку и покачала ею в воздухе.

- Но я босиком. Мне не уйти далеко.

Я выругался про себя. Свои кроссовки я отдавать ей, конечно, не стану. Я чертов Темный, эгоист, я не рыцарь. К тому же кроссовки мои сорок пятого растоптанного размера.

- Гулдар… Тебе придется понести ее на закорках. А я возьму яйцо.