Я тинейджер

Глава 40

Как только Том уходит, я прячу ноутбук обратно в шкаф и включаю воду, чтобы набрать ванну. В коробке с шипучими шариками для ванн я нахожу бомбочку «Блаженство Расслабления». Я нежусь в теплой воде с приятным ароматом, и мне становится на удивление спокойно. Мне до сих пор обидно и грустно, но я больше не чувствую себя беспомощной. Я опускаю голову и ощущаю, как волосы колышутся на воде.

– Ты похожа на русалку, – эхом звучат в голове слова, произнесенные Ноем в «подводном» коридоре. Я резко сажусь и начинаю отжимать волосы, а в мыслях звучит хор из «почему»: «Почему он казался таким славным и искренним? Почему он так легко мне солгал? Почему он так со мной поступил?» Но усилием воли я перекрываю поток вопросов.

Сейчас не важно, почему Ной обманул меня. Обманул и точка.
 

Я вылезаю из ванны и мажусь любимым увлажняющим кремом. Потом укутываюсь в самый уютный халат и возвращаюсь в спальню. Зажигаю гирлянду, но тут же ее выключаю – она напоминает мне о палатке, в которой мы с Ноем встречали Новый год. Я включаю настольную лампу и слышу, как за стеной хлопнула дверь в спальню.

Чтобы не предаваться грустным мыслям о Ное, я предаюсь гневным мыслям об Эллиоте. Он наверняка уже видел, что происходит в сети, но до сих пор не постучал, не позвонил и не написал мне эсэмэс. Только если он не пытался связаться со мной, пока я была в ванной. У меня появляется лучик надежды, и я иду к шкафу, чтобы отыскать телефон. Сообщений на мобильном нет, и надежда превращается обратно в злобу. Значит, это Эллиот меня предал. Я вспоминаю слова Тома и понимаю, что должна сделать. Нельзя прятаться в спальне, нужно выйти из нее, чтобы выяснить отношения с Эллиотом.

Свернув на дорожку, ведущую к дому Эллиота, я понимаю, что давно к нему не заходила. Я даже не вспомню, какую мелодию играет звонок на его входной двери. Я жму на кнопку, и раздается громкое «динь-дон». Меня сковывает волнение. Я слышу, как кто-то шагает по деревянному полу, и дверь открывается.

Папа Эллиота смотрит на меня таким взглядом, словно я только что оторвала его от самого важного в мире дела. Он постоянно так на всех смотрит, даже на собственного сына.

– Да? – вопрошает отец Эллиота так, будто впервые меня видит.

– Скажите, пожалуйста, а Эллиот дома?

Он вздыхает.

– Секунду, – произносит он и прикрывает дверь, оставляя меня мерзнуть снаружи. – Эллиот! – кричит он. – Тут к тебе кто-то пришел.

Я слышу приглушенный голос Эллиота, но не могу разобрать слов. Дверь снова открывается, и снова передо мной стоит его отец.

– К сожалению, он не может вас принять.

– Что? Но…

– Всего доброго.

Дверь захлопывается. И больше ничего.

Я в ярости забегаю в дом и поднимаюсь в спальню. Жаль, что у нас с Эллиотом нет секретного кода для «Я тебя ненавижу, жалкий трус»! Мы не придумали ничего подобного, потому что никогда раньше не ссорились. Но это – раньше.

Я сажусь на кровать и в отчаянии оглядываю комнату. Как Эллиот мог так со мной поступить? Как он мог так подло поступить, а потом спрятаться от меня?

Но у него не получится вечно скрываться. Может, установить слежку за домом Эллиота и напасть из засады, когда он выйдет за порог? Бред сумасшедшего. А что, если просверлить в стене дырку и тыкать через нее Эллиота спицей или длинным острым карандашом? Еще бредовее. В итоге я решаю написать эсэмэс. Я достаю телефон из шкафа и печатаю:

Поверить не могу, что ты так меня предал.

Лучший друг называется!

Я нажимаю «отправить», и на меня опять накатывает грусть. «Я не одинока», – успокаиваю я себя мыслями о маме, папе и Томе. «Я не одинока». Но все, что я чувствую – это одиночество и боль утраты.

Я смотрю на телефон, ожидая ответа, но ничего не приходит. С каждой минутой я все больше расстраиваюсь. Ной и Эллиот сначала предали меня, а потом начали избегать. Как они могли? И тут я принимаю самое ужасное из возможных решений: достать из шкафа ноутбук и выйти в Интернет.

Сначала я проверяю, когда Эллиот последний раз писал в Твиттере. Не знаю, что я ищу: доказательство того, что Эллиот выходил в Интернет, или злорадный комментарий обо мне…

Последний раз Эллиот написал 25 декабря:

Худшее Рождество всех времен.

Чтобы зайти на страницу Эллиота на Фейс буке, надо активировать мой аккаунт, так что вместо этого я смотрю Инстаграм.

Последнее загруженное Эллиотом фото было сделано в наше последнее совместное утро в Нью-Йорке. Сняли за завтраком селфи: мы с Эллиотом улыбаемся над бутылкой кленового сиропа. На секунду мне хочется вернуться в тот момент, когда было сделано фото, и не допустить того, что случилось. Но внезапно меня пробирает злость. Не только я стала причиной этих ужасных событий.

А потом я делаю совершенно глупую вещь: открываю Гугл и задаю поиск по Ною Флинну. Теперь все топовые новости про него связаны со мной. Замечаю новый заголовок от «Следим за звездами»: «Нервный срыв у Ноя Флинна после смерти родителей».

Трясущимися руками я щелкаю по ссылке.

Ной Флинн уже пожалел о том дне, когда решил связаться с британской блогершей Мией Портер, известной как Девушка ххх. В своем блоге она поведала, что у Ноя был нервный срыв после смерти родителей четыре года назад. Не с этим ли связан его более чем странный выбор компании на праздники? Когда уже Ной примирится с трагической потерей? Его представители отказались комментировать новости. От Леа Браун тоже никаких новостей молчит, несмотря на всю шумиху вокруг их пары. Девушка ххх удалила все заметки про «Бруклинского Парня», но можно с уверенностью сказать, что она успела натворить бед.