Я тобой переболею

Глава 6

Глава 6

Полина

Дорога тянется бесконечно долго. Потапов, скрипя зубами, проверяет что-то в телефоне. Изредка поглядывает на меня сканирующим взглядом. Больше ни о чем не спрашивает и не пытается заговорить.

Я тоже не слишком спешу общаться. Молча смотрю в окно и уговариваю себя быть смелой.

Когда немного успокаиваюсь, машина въезжает на территорию закрытого жилого комплекса. Он намного красивее и солиднее, чем тот, в котором находится моя нынешняя тюрьма.

Дома не выше трех этажей. Собственный парк с модной детской площадкой и извилистые, подсвеченные желтыми фонарями дорожки.

– Идёшь? – рявкает Потапов, распахивая мою дверцу.

– Я... – хочу сказать, что подожду в машине. Но свекор перехватывает меня за локоть и тащит к подъезду.

Десять метров до двери и минута в лифте кажутся такими же долгими, как путь в этот дом. Понимаю, что нужно что-то придумать – подготовиться к любому повороту событий. Как назло внутри пусто – за этот месяц я так устала врать, что мозг отказывается генерировать новую ложь.

Больше всего на свете мне хочется хоть раз сказать правду: и о своем браке, и о шантаже, и об Алине.

Однако, как выясняется уже через минуту, говорить ничего не нужно.

– Мы не заказывали никакую доставку, – открывая дверь, произносит жена свекра.

– Алина?! – Потапов отшатывается. Чуть не сносит меня своей тяжелой тушей.

– Вася? – Алина спешно поправляет на себе короткий шелковый халатик и приглаживает спутанные волосы.

– А ты что здесь делаешь? – потирая грудь, спрашивает Потапов.

– Я? Так... Заехала по дороге, – пытается улыбнуться, но при виде меня эта улыбка превращается в оскал. – А ты с невесткой тоже решил прокатиться?

Крылья ее носа вздрагивают, во взгляде вспыхивает такая ненависть, что я невольно отступаю за спину свекра и пытаюсь прикинуться памятником.

– А что ты так одета? – Кажется, Потапов только сейчас замечает странный наряд жены. – Ты под этим голая?

Не дожидаясь ответа, он сам распахивает на ней халат. Дергает так, что тот трещит по швам. И смачно матерится, разглядывая свежие отметины на атласной белой коже.

– Это не то, что ты подумал... – Алина жмется к стене. Почти так же, как я месяц назад, когда Рома угрожал выкинуть нас с Ариной из университета.

– Тебе лучше не знать, что я подумал, – тихо, с жуткой интонацией произносит Потапов.

– Я просто мылась... – придушенно хрипит его жена. – Платье испачкала. И вот... – пытается закрыться.

– Еще скажи, что одна.

Лицо Потапова превращается в восковую маску. Теперь он больше похож на покойника, которого зачем-то оживили и отправили совершать великие дела.

Не в силах смотреть на него, я отступаю еще дальше. Почти дохожу до лестницы. Но в следующий момент из глубины квартиры раздается громкий голос Ромы:

– Любимая, сколько можно тебя ждать? Я соскучился!

В возникшей паузе эти слова прозвучали слишком четко, чтобы не расслышать и перепутать. Как будто сейчас что-то взорвется, я прикрываю голову руками и не сразу замечаю, что нас стало четверо.

– Отец?.. – Рома поправляет на бедрах полотенце, мгновенно бледнеет.

Потапов медленно поворачивается к Алине.

– Давно? – спрашивает глухо.

– Вася, это недоразумение... – Она обхватывает небольшой живот, словно думает, что ее положение может как-то помочь.

– «Недо» что? – Потапов подставляет ей ухо.

– Мы оба испачкались... – шепчет.

– Это между ног он тебя пачкал? – громыхает Потапов.

– Папа, не трогай Алину. Пожалуйста, – вмешивает Рома.

Он делает робкий шаг к своей женщине. Вроде как хочет прикрыть ее собой, но быстро сдается и отступает.

– И давно, сынок, ты с ней развлекаешься? – с жуткой улыбкой уточняет папаша.

Рома отводит взгляд, пытается спрятать глаза.

– Я спрашиваю! – Потапов хватает его за шею. – Давно ты с ней?!

– Папа... – сипит Рома.

– Не папкай! – Сжимает сильнее.

– Полгода. Может, больше...

– Гаденыш! – Потапов отшвыривает его так резко, что тот с трудом удерживается на ногах. – Предатель и проститутка. Замечательная у меня семейка!

Сплюнув на пол, он разворачивается к Алине. Обхватив ее лицо своими огромными лапами, заставляет смотреть в глаза.

– Чей ребенок?

– Васенька, твой. Только твой. Я люблю лишь тебя. Рома для меня... он никто. Он заставил все это делать... – начинает трещать Алина.

– Что же вы все такие глухие?! – ревет Потапов. – Я спросил, чей ребёнок!

Он так сильно сжимает ее лицо, что губы начинаю бледнеть.

– Твой! – сипит она сбивчиво, из последних сил. – Клянусь!

– Лжёшь! – Потапов отшвыривает жену к стене, как тряпьё.

– Ты! – тычет пальцем в Рому. – Ты отец?!

Рома открывает рот и тут же закрывает.

– Ну?! – Свекор подаётся к нему всем корпусом. – Если соврёшь, я сделаю тест прямо здесь! Никто и с места не сдвинется до приезда врачей. Но потом... пеняйте на себя!

– Мой... – резко выдыхает Рома. – Он мой.

Ссутулив плечи, опускает взгляд в пол.

– Какие же вы... – Потапов отходит от сына. Садится на обувную тумбочку. И на миг прикрывает глаза.

Пока он сидит, мы все не двигаемся. Даже не смотрим друг на друга. Бесшумно дышим и варимся каждый в своем кошмаре.

– Алин, ты правда думала, что я никогда не узнаю? – Потапов вытирает ладони о брюки.

– Какая разница от кого этот малыш? Он все равно будет носить твою фамилию, – смелеет Алина.

– Он сын гулящей женщины! – повышает голос ее муж.

– Ребенок ни при чем.

– Он... – опасно ухмыляется, – ... никто!

– Что... ты имеешь в виду?

– Твое место стометровка. Мою империю никогда не возглавит ребёнок от такой, как ты.

- Милый, не говори так, пожалуйста.

Алина совсем теряется. Красивые глаза наполняются слезами, только Потапову, кажется, плевать. Тяжело вздохнув, он машет охране и указывает на жену.