Я Тоже его Люблю

Глава 15. Вика

- Постарайтесь не волновать её. Она сейчас очень нестабильна. А главное, проконтролируйте, чтобы принимала препараты строго по рецепту. – сквозь дремоту слышу неподалеку голос Павла Федоровича – нашего семейного врача. Открываю глаза, стараясь сконцентрировать ещё не восстановившееся после долгого сна зрение. В дверном проёме вижу три расплывчатых силуэта, кажется они не обращают на меня внимания. Несколько раз моргаю и фигуры постепенно становятся чётче. Теперь я могу распознать, где из них кто. Мама стоит ко мне спиной, в то время как Стас развернут лицом, однако он настолько поглощён беседой с врачом, что вовсе не замечает моего бодрствования, а я в свою очередь тихо выжидаю подходящего момента.

На удивление, чувствую себя достаточно бодро и спокойно. Организм восстановился, или же в моей крови лошадиная доза успокоительного – не столь важно, главное, что я преисполнена решительности. Во мне больше нет страха. Ощущение будто сняли кандалы, высвобождая меня из многолетнего рабства.

Приблизительно минут десять Павел Федорович проводил инструктаж, каким образом следует со мной обходиться в дельнейшем, и не меньше времени прощаясь, наконец-то покинул спальню.

- Наговорил он, конечно, много лишнего. – подвожусь с кровати, сладко потягиваясь.

Повисло затяжное молчание. Две пары глаз озадаченно наблюдают за каждым моим движением. Только представляю ту вереницу мыслей в их головах, что мешает разумно действовать. Мое изменчивое настроение останавливает от необдуманных поступков, и в конечном результате заставляет их поддаться инерции.

- На случай, если вам интересно узнать мое состояние – то чувствую себя замечательно. – разбавляю нагнетающую тишину, возвращая их в живое состояние.

- Доченька, с тобой точно все в порядке? – нерешительно подаёт голос мама. Садиться возле меня и я отчётливо созерцаю ее наполнены тревогой и виной изумрудные глаза.

- Совершенно! – обнимаю ее за плечи в попытке успокоить и извинится. Мне не стоило вымещать на ней свои эмоции, надеюсь она поймет правильно и простит. – Не могла бы ты нас оставить одних на некоторое время!? – с мамой я могу поговорить в любой момент, а вот для разговора со Стасом мне понадобиться смелость, которая не так часто меня сопровождает. И пока я чувствую себя полностью подготовленной, способной постоять за себя, перестать гнусавить и гордо потребовать объяснений – надо действовать.

- Может вы позже поговорите, а сейчас давай я тебе чаю заварю… – заметно нервничая мама поглядывает то на меня, то на Стаса.

- Хорошая идея. – обрываю я неудавшуюся попытку матери отложить выяснение супружеских отношений в дальний ящик, и недвусмысленно помогаю подняться ей с кровати, отводя к двери. - Ты иди пока накрой на стол, а мы скоро спустится. – и пока она не начала возражать – закрываю дверь, предоставляя нам со Стасом возможность уединенно обсудить насущные проблемы.

Он стоит в дальнем углу комнаты, спокойно рассматривая разросшийся во всю бонсай, за которым к слову ухаживать доводится интенсивнее, чем за маленьким ребенком. Ежедневно я с отвращением смотрю на ещё крошечное дерево способное достичь внушительных размеров, если вовремя не обрезать ветви. И единственное, что останавливало меня выбросить растение в окно – любовь к своему мужу, ведь именно он подарил мне «изысканное произведения искусства». 

- Тебя можно поздравить, будущий папенька. – отвлекаю его от весьма занятного дела, обращая внимание на себя. – Либо уместнее в данном случае будет сочувствие? – иду в его сторону не сводя с него взгляд, стараясь уловить любые изменение в мимике и жестах.

- Я хотел ребенка и ты прекрасно об этом знаешь. – делает шаг мне навстречу сохраняя зрительный контакт. Точно так же пытается «прочесть меня».

- Да, только никак не пойму, для чего тебе сдался ребенок от меня, если на стороне у тебя имеется очаровательная, молоденькая любовница? Может, побоялись испоганить её упругую фигуру и решили, что я неплохой инкубатор: выношу, рожу тебе наследника, а вы этим временем будете беззаботно наслаждаться друг другом? – сама удивляюсь откуда во мне столько смелости и дерзости, ещё несколько часов назад не способна была даже помыслить о подобном. Скорее всего мне элементарно надоело состоять в рядах жертв. Я самодостаточная женщина вполне способная самостоятельно постоять за свою честь. Именно этим я аргументируюсь высокомерно обращаясь к собственному мужу. Мужу, который посмел оскорбить меня, унизить и сроднить с суицидальными мыслями.

- Не говори ерунды, Вика! Я не стану оправдываться, не вижу смысла отрицать явное. Знаю, что поступил как последняя сволочь и даже не надеюсь на твое прощение – не заслуживаю его. Однако я всегда старался относиться к тебе с уважением и ребенка хотел только от тебя. Да, в моей жизни появилась другая женщина, но ты по прежнему остаёшься единственной, которою я буду любить до конца своих дней. – подходит ко мне совсем близко, кладет руки на плечи и столь нежно смотрит в глаза, что я готова растечься рекой, только в этот раз его чары практически утратили свое влияние на меня и я быстро прихожу в себя, отряхиваюсь избегая излишних прикосновений.

- А у твоей любовницы немного другое видение данной ситуации. Она заявляет, что ты спал и видел, как со мной развестись. – меняю тог на более грубый и требовательный.

- О разводе я помышлял из благих намерений… – снова протягивает ко мне руки, но я уворачиваюсь.

- Неужто? – усмехаюсь, ведь меня забавляют его несуразные слова.