Я твой Тайный Санта

Глава 9

Денис

- Денис, это что такое? - ровно басит отец, но я то знаю, что скрывается за этим спокойствием. Он уже мысленно корректирует перспективный план, который составил по младшему сыну. План по старшему приёмнику уже успешно реализовывается. А мой из-за моей дурости требует внесения поправок чуть ли не каждый день. И это не мои слова. Это слова отца.

- Это моя невеста, родители, - отец лишь округляет глаза, а брат, как всегда, умница и молодец, подхватывает окосевшую мать. Ой, актриса. Хотя от моей будущей женушки можно и равновесие потерять. Хотя сейчас и она в полнейшем замешательстве, видимо. Глаза на меня пучит и в руку мне когти впивает.

А я улыбаюсь.

Весело!

Вот только ради зависшего мыслительного процесса отца нужно было эту сценку разыграть.

А из-за шальных глаз невесты так вообще в груди праздник разворачивается. Вот взрослая девушка, а все в сказки верит.

Папина Танька только непробиваема. Ей хоть свадьба, хоть похороны. Она ко всему готова. Скажи первое, будет букет невесты заказывать, а для второго - “скорбим” на траурной ленточке кисточкой выводить.

- Вика как раз ко мне ехала, - продолжаю, перетерпев приступ смеха.

- Куда к тебе? - спрашивает мэр.

- Шишкино восемнадцать, - неожиданно и для меня, и вроде даже для себя выпаливает моя спутница. А потом собравшись добавляет: - Ден, собирался меня с семьёй познакомить. Он очень много о вас рассказывал. Особенно о дедушке.

- Ой, мамочки! - причитает мама, снова повиснув на Максиме.

- Шутка? Развод? Очередная твоя идиотская затея, Денис? - перебирает вслух варианты отец, а на лбу бегущая строка “система дала сбой”. Отклонение от плана. - Уверен, ты видишь эту девушку впервые.

- Викуль, эта наше первая встреча? - притягивая девушку к себе, так как ощущаю, что её пальцы в моей ладони снова начинают холодеть.

- Нет, - бурчит она и прижимается ко мне в ответ. То ли мерзнет, то ли подыгрывает. - Мы познакомились в ресторане “Виват”.

- Вот видишь, пап, она даже знает название твоего любимого ресторана.

- Ден, а что ты о ней знаешь? - встревает брат, больше остальных зная, на что я способен для того, чтобы избавиться от отцовского надзора.

- Виктория Авдеева. Двадцать девять лет. Работает… Снегурочкой, - шпарю уверенно, а потом впиваюсь в лицо моей Снегурки, когда она как-то неоднозначно утыкается в мою грудь. Смеется она там что ли или рыдает. Но тельце дрожит так, что аж по моей коже бежит вибрация. - Допрос закончишь позже. Вика совсем замёрзла.

Подхватываю девушку за талию и веду к дедушкиному комбайну, который мнет снег не хуже любой снегоуборочной машины.

Девушки уже наверно по привычке хватается за петельку с отсутствующей пуговицей. А я сам на себя ругаюсь. Потому что вспомнил, что она там прячет.

И вспомнил не только я, но моя определённая часть. Одергиваю сверху штанину брюк и не лишая себя удовольствия, подсаживаю Вику в уазик.

Лишь трогаюсь с места, невеста недовольно вздыхает, привлекая к себе внимание.

Словно я мог о ней забыть.

Я полночи ворочался. Мысли носились из крайности в крайность. То рациональность брала верх, то желание получить новогодний подарок только уже без этой голубой меховой обертки.

По звонку Макса, как по стартовому свистку, рванул к дедовой машине. Ключи от моей забрал отец, так как она числится на нем. А не то я бы и её заложил, развивая бизнес.

Что это именно Вика увязла в сугробе, понял сразу.

Никто чужой не ездит сюда. Зимовать в Шишкино остаётся только дед, остальные односельчане едут в город к детям. Тяжело старикам одним в деревне. Дрова, печка, колодец. Это только дед отказывается. Боится поставить мэра в неловкое положение, да и не хочет, чтобы сын стеснялся его.

Поэтому кроме невесты других вариантов не было. Особенно когда брат сказал “Снегурочка”. Вот только непонятно, как моя Снегурочка продержалась так долго в мороз без ватных штанов и телогрейки.

- Аккумулятор когда сел? - спрашиваю, а по сморщенному носику понимаю, что не то сказал, чего она ждала.

Но отвечает сразу.

- После четырёх.

- Почему никому не позвонила? - продолжаю допрос вместо отца.

- Здесь связь плохо ловит. А потом у меня телефон разрядился.

- А почему тебя никто не ищет?

- Потому что уверены, что я с тобой…

Разглядываю суровые черты лица и глаза полные отчаяния.

Хочется сжать её в объятиях, извиниться.

Со мной впервые такое.

Но я решаюсь лишь на долгий изучающий взгляд.

И такое со мной то же впервые…

Я обычно делаю, что захочется не задумываясь. А потом уже разгребаю итог…

Но к ней отношусь боязно, словно знаю, чем дальше от неё, тем целее буду…

- Твой отец пообещал, что ты отбуксируешь машину… и меня в Москву. Я знаю, что это не входило, конечно, в твои праздничные планы, но, пожалуйста… отвези быстрее. Мне переодеться нужно, согреться и вообще в горячую ванну не мешало бы. Я пальцев на ногах не чувствую, - тараторит застенчив, а потом, не находя весомых аргументов, добавляет: - Я заплачу.

Не знаю, что на меня так действует.

Скорее всего, подъехавшая иномарка отца.

Но подхватываю Вику на руки и вношу в дом, с дверей командуя хозяину:

- Дед, настойку свою неси и таз с горячей водой. И прополис не забудь. Викулю натереть нужно, чтобы пневмонию не подхватила.

Сумасшествие какое-то!

Но я ему несказанно рад!