Я твоя лисичка. Вернуть любовь

Глава 5

Мы шли по миру, который дышал.

Не в переносном смысле — буквально. Земля под ногами мягко вздымалась, как грудь спящего великана. Воздух был густым и тёплым, пахнущим жжёной карамелью и старыми книгами. Над нами висело небо цвета синяка — тёмно-лиловое, с редкими вспышками молний, извивающихся как живые существа.

— Мама, смотри! — Дериус подпрыгнул, пытаясь поймать серебристую искру, кружившую вокруг нас.

Пергамент в моих руках пульсировал голубым светом. Карта не просто показывала путь — она реагировала на каждое прикосновение сына. Когда его пальцы касались поверхности, вспыхивали новые детали:

— Вот тут будут смешные деревья! — он тыкал в одно из изображений.

Было странно видеть его таким, будто он оказался в месте, что принимало его, словно он и есть часть этого опасного и вместе с тем красивого мира. Всё чаще думала я о том, что если бы не он, я бы давно потерялась или погибла. Да, мне всё ещё очень страшно, страшно так, как никогда за него, но чем дольше мы здесь, тем больше становилось понятно — ему ничего не угрожает. Судя по тому, куда указал сын, нам предстояло пройти небольшое расстояние, но вид, что открывался впереди, заставлял сердце испуганно сжиматься.

Долина Зеркальных Теней — так называлось это место. Травы здесь не было — вместо неё из чёрной земли росли... отражения. Призрачные силуэты деревьев, людей, животных — все перевёрнутые, будто смотревшие на нас из мира за зеркалом.

— Они щекотные! — Дериус заливисто засмеялся, когда тень лисы лизнула его ладонь.

Моё сердце бешено колотилось. Я готова была вырвать его из этих объятий, но тени лишь играли с ним, как котята с клубком. Одна — похожая на медвежонка — даже перекатилась у его ног, вызывая новый взрыв смеха.

"Они не опасны", — хотелось мне поверить. Но пергамент в моих руках вдруг похолодел, когда мы проходили мимо особенно густого скопления теней. Они не играли — они наблюдали. Стоило пройти дальше, как карта снова вспыхнула, и на месте, где Дериус держал пальчик, высветилось название и новый рисунок.

Река Обратного Тока извивалась перед нами, её чёрные воды струились вверх, к небу. В глубине плавали светящиеся медузы — точь-в-точь как те бумажные цветы, что Дериус делал в детском саду.

— Мам, можно я...? — он уже скинул башмак.

— Нет! — моя рука вцепилась в его плечо.

Но детский пальчик уже коснулся воды — и река засмеялась. Звонко, по-девичьи. Медузы окружили его руку, не касаясь, лишь светясь чуть ярче в такт его смеху.

"Они узнают его", — мелькнула у меня мысль.

Я всё время витала в мыслях, что не успевала следить за сыном. Наверное, годы поисков и скитаний сделали из меня никудышнюю мать…

Горько вздохнув на этой мысли, взяла малыша на руки и пошла по реке, создав заклинание уплотнения поверхности. Сил было мало, я всё больше ощущала давление тьмы, что осушало изнутри, словно высасывая жизнь.
«Моё время истекает. Ещё немного — и моё тело начнёт разрушаться, и я стану одной из пропавших…» — думала я, аккуратно ступая по водной глади и стараясь не смотреть на маленьких тварей, что смотрели своими красными глазками оттуда.

Следующим был Лес Забытых Имён. Он встретил нас шелестом. Каждое дерево здесь было покрыто письменами, которые постоянно менялись — словно кто-то невидимый стирал и писал их заново.

— Это имена, — прошептала я, различая знакомые символы. — Тех, кто заблудился здесь... Тех, кто пропал.

Дериус подошёл к самому старому дубу и прижал ладонь к коре.

— Не бойтесь, — сказал он с серьёзностью, не свойственной трёхлеткам. — Мы вас найдём.

И тогда — о чудо! — буквы вспыхнули золотым. Ненадолго. Лишь на мгновение. Но этого хватило, чтобы по моей спине пробежали мурашки.

— Малыш, что ты видишь? — спросила его, плавно подступая к дереву.

— Они плачут. Дяденьки и тетеньки, их голоса повсюду. Мы же поможем им, правда? — ответил он, заглядывая в мои глаза.

— Мы обязательно разберёмся с этим, но для начала нам нужно найти твоего папу.

Дериус кивнул и грустно улыбнулся дубу, что опустил ветви ещё ниже, словно стараясь утешить его.

— Я найду папу, и он поможет! — сказал он громко, задрав трясущийся вверх подбородок.

Мы пошли дальше. Сын шёл тихо, пытаясь скрыть слёзы и не подавать слабости.

— Дериус, послушай меня. Мы постараемся им помочь, правда. Мы же с тобой команда, да? — обняла его, стоило нам выйти из чащи.

— Угу. Папа точно поможет всех их спасти. Я знаю!

Наш проводник — то самое тёмное существо — шёл позади. Но стоило мне оглянуться, как оно растворялось в воздухе, будто стесняясь. Лишь тяжёлое дыхание выдавало его присутствие.

К "вечеру" (хотя в этом мире не было солнца) мы вышли к Чёрному Замку. Его башни, вырезанные из серного камня, вздымались к небу, как гнилые зубы. Из трещин в стенах сочился дымок, пахнущий серой и... мятными леденцами?

— Папа там? — Дериус впервые за весь путь прижался ко мне, пряча лицо в моём плаще.

Пергамент в моих руках пылал голубым огнём. Наш путь заканчивался здесь.

— Да, — я обняла его, чувствуя, как его маленькое тело дрожит. — И знаешь что?

Я наклонилась, чтобы посмотреть ему в глаза.

— Он очень тебя ждёт.

Мы шагнули вперёд — и тени вокруг зашептали. Но теперь это не звучало угрозой.

Скорее, это было предупреждение.

Или... приветствие.

Это был огромный зал, в центре которого стоял трон, и на нём сидел...

Я посмотрела на трон и увидела его. Райана. Он сидел там, его глаза были закрыты, а тело было окутано тьмой.

— Райан, — прошептала я, чувствуя, как слёзы накатывают на глаза.

— Папа! Это папа! — закричал сын, спрыгнув и побежав в его сторону.