Я твоя навеки, ты мой навсегда

Глава 4

Илона

– Предлагаю свидание вслепую! – жизнерадостно заявила мне Инна Андреевна. Эта женщина умела удивлять, мягко говоря.

– Эм-м-м, – пытаюсь я помягче сформулировать мысль, чтобы не ляпнуть что-нибудь неприлично грубое, – я как бы не в том возрасте, чтобы играть в салочки-догонялочки, искать приключения на свою прекрасную попоньку и острые ощущения для выработки адреналина. У меня для этого работа есть – полный боекомплект. И как бы во встречах с кандидатами в мужья я бы хотела определённой ясности. Ну, как положено: вы мне купцов лицом, а я, как ценный товар, выберу тех, кому приглянулась я. Как вам такой вариант развития событий?

– Илона Александровна, – источает мёд и патоку, зефир и пастилу Дубцова, – я точно знаю, что вам нужно: встряхнуться немножко. Самую капельку.

Да я тут встряхнулась на днях. До сих пор в шоке. Как бы не надо мне вот это всё. И так головная боль не проходит. Но «свахе» я об этом, конечно, рассказать не могу.

Через пятнадцать минут переливания из пустого в порожнее я вдруг поняла, что лучше ей не перечить. Себе дороже. Надо плюнуть и сделать так, как она хочет.

– Вы не переживайте, – словно чувствует Дубцова, что я готова капитулировать, – я ж профи, фуфло вам не подброшу! Шикарный экземпляр! Импозантный, в отличном брачном возрасте, бизнесмен, богат, свободен и, между прочим, готов к экспериментам! Ему идея со свиданием вслепую очень даже понравилась!

Я представляю, как она его обрабатывала. Или нет. Не представляю. Не могу вообразить себе успешного самодостаточного мужчину, согласного на авантюру и детский сад.

– Знаете каковы первые признаки того, что девушка начинает увядать? – добивает меня она. И не дожидаясь ответа, выдаёт: – Она становится консервативной, скучной, её ничто не интересует, она перестаёт удивляться. Как только мы становимся предсказуемыми и подчиняемся схеме, жизнь начинает катиться в закат, как солнце за горизонт!

Только этого мне не хватало. Горизонт. Солнце. Закат. Мне всего тридцать один, о чём она вообще?! Я даже слушать об этом не желала. Но, наверное, именно эта вовремя нажатая педаль сработала.

– И как мы друг друга узнаем? – перебила я её излияния о пренеприятнейших вещах. – Он будет держать в руках журнал «Огонёк», а мне надеть дуршлаг на голову, чтобы уж наверняка?

– Отличный юмор! – необычайно оживилась Инна Андреевна. – Видите: это уже работает! Ну и, конечно же, не всё так печально, как вам видится. Я дам ваш номер телефона Антону Геннадьевичу. С вашего разрешения, конечно. Он вам позвонит, и вы договоритесь, где встретитесь и как друг друга опознаете. Ну и условие: фотографиями не обмениваться! Это важно!

Чёрт с ней, – подумала я, когда наконец-то отключилась от этого бесконечного источника радости, позитива, креативного мышления и энергии, что так и плескалась в разные стороны, грозясь утопить меня.

Да, я идиотка, но я согласилась. И на свидание вслепую, и на импозантного – со слов свахи – Антона Геннадьевича, и на то, чтобы она дала ему номер моего телефона.

Пусть. Цель оправдывает средства. Какая разница? Если солидный мужчина согласен на этот балаган, то почему я, собственно, должна артачиться?

– Добрый день, – позвонил мне «жених» полчаса спустя. – Илона?

О, да. Голос мне понравился. Низкий, глубокий, по-настоящему мужской. От такого – мурашки невольно по коже бегут и приплясывают. Если и всё остальное у него также в порядке, то я согласна даже подопытной собачкой побыть!

– А вы, я так полагаю, Антон? Или лучше – Антон Геннадьевич?

Смех у него тоже хороший – красивый, искренний, располагающий.

– Давайте без отчеств. Так будет проще.

И это тоже хорошо.

– Надеюсь, нам можно хотя бы внешность описывать, чтобы не подцепить кого другого случайно? – интересуюсь я, понимая, что косноязычие – это временное явление, но я, кажется, волнуюсь. Я, между прочим, миллион лет на свидания не ходила, а поэтому мне простительны некоторые недочёты.

– Думаю, это не запрещено, – легко соглашается он. – Я приглашаю вас на аукцион-выставку сегодня, в шесть часов вечера.

У меня буквально дыхание остановилось.

– Мы случайно не о выставке Белова говорим?

– Случайно о ней, – снова смеётся мой потенциальный жених и, кажется, я его уже люблю.

Я мечтала туда попасть, но простые смертные, даже если они исполнительные директоры кафе, там не котировались. Точнее, я проморгала момент, а когда очнулась, уже ничего нельзя было сделать: вход туда оставался только для слишком крутых персон с достаточно солидным статусом, коим я не обладала. Я могла, конечно, попробовать на Константина Игоревича надавить, но не стала. Подумала: раз уж не получилось, пусть остаётся так, как есть.

Оказалось, провидение меня услышало и помогло весьма креативным способом. Я зависла, лихорадочно соображая: а не указала ли я, когда заполняла бесконечно длинную анкету в агентстве, каким-нибудь пунктом мечту – попасть на выставку Белова?

– Мне сорок один год, – вещал красивый голос из динамика телефона, – рост – метр восемьдесят три, буду в чёрном пальто и с красным носом.