Я твоя (не) желанная истинная, дракон! Том 2

Глава 1.4

Ответом была тишина, и это удовлетворило преподавателя. Она кивнула, опустила взгляд на высокий деревянный пюпитр, кладя руку на овальный, гладкий прозрачный камень размером с дыню, который лежал на нём. Вслед за этим моя карточка вновь загорелась, и я рефлекторно сжалась, ожидая новой порции отчитываний, хоть и без причины, но... вместо этого точно такие же карточки засветились у всех на столах.

Я удивлённо огляделась, наблюдая, как из пропусков других учеников просачивается белая дымка. Из того, что лежал передо мной, также вылетала струйка белого тумана, окутывая квадратный участок воздуха прямо над собой, и я вдруг испытала острое чувство дежавю, вспоминая экран своего компьютера из прошлой жизни.

Белый квадрат разгладился, стал напоминать ровную поверхность бумаги, только толстой и невесомой, и от него ощущалась прохлада, как от портала. Мои мысли вдруг потекли в сторону дракона, которого я встретила, оказавшись в Академии, и несвойственное мне волнение отчего-то прокралось в душу. Я тряхнула головой, чтобы выбросить эти мысли из головы, и парочка учеников, сидящих рядом, любопытно повернулись в мою сторону.

Среди них была субтильная веснушчатая девушка с двумя забавными русыми хвостиками. Она встретилась со мной взглядом и легко улыбнулась.

Я как-то неосознанно улыбнулась в ответ, но наш молчаливый обмен симпатиями прервал глубокий голос преподавательницы.

– Продолжу приветственную речь, пожалуй. Мы уже обсудили вас и моё отношение к опозданиям, – она стрельнула взглядом в мою сторону, – теперь перейдём ко мне. Меня зовут Элеонора Валдис, я учитель-теоретик, мои дисциплины – природа магических потоков и история магии. Другими словами, мы будем встречаться с вами чуть чаще, чем того хотелось бы, потому что я буду вести два предмета сразу. Смиритесь с этим, – она иронично улыбнулась, – и возможно мы с вами сработаемся.

Пока я внимательно слушала преподавательницу, девушка, сидящая рядом со мной, увлечённо изучала свой «экран». Она то проводила рукой сквозь белое квадратное облако, то близко-близко подносила лицо и то ли рассматривала, то ли прислушивалась, то ли принюхивалась... я так и не поняла, что именно она делает.

Её манипуляции заметила не только я:

– Любопытная ученица за второй трибуной, что вы делаете?

Любой первокурсник смутился бы и прекратил свои действия, но эта девушка была явно не из робкого десятка. Ну или она очень уж хотела удовлетворить своё любопытство:

– Госпожа Валдис, умоляю, объясните, как это работает?! Я никогда прежде не видела таких проекций! Пожалуйста, расскажите!

К ней обернулись все, но это ни капли не помешало ей гореть энтузиазмом и жаждой знаний. Элеонора Валдис выглядела впечатлённой, она приподняла чёрные густые брови и ответила:

– Вам ещё рано изучать подобные технологии. Их проходят на последнем курсе, вам до него ещё три года усердных занятий и постижения природы магии.

Девушка вздохнула, явно огорчённая, и подпёрла щёку рукой, уныло глядя в белый экран. Но затем она загорелась вновь:

– А где я могу почитать об этом? Какая это дисциплина, какой раздел магии?

Преподавательница, кажется, сочла рвение девушки в равной степени забавным и раздражающим. Её лицо выразило интересную смесь эмоций, и я была уверена, что она снова откажет, но она всё же ответила:

– Это артефакторика. Ищите принцип работы иллюзионных артефактов...

– Это иллюзия? Быть не может! – ахнула девушка, не сдержав эмоций и перебив учителя. – Но я могу почувствовать её!

Госпожа Валдис как-то опасно улыбнулась. Я почувствовала, что она теряет терпение.

– А вы не перебивайте, и не придётся удивляться.

Эти слова всё-таки пристыдили девушку, и она притихла, хотя мне уже казалось, что это невозможно. Валдис продолжила:

– Артефакт использует заранее заключённые в него воду, воздух и заклинание иллюзии. Я говорю именно о своём, – она указала на прозрачный камень на пюпитре. – А в ваших пропусках всего этого нет, они используются лишь как проводники воли преподавателя. Подробности, надеюсь, вы разыщете сами, мы и так достаточно времени отняли у лекции.

Девушка кивнула и вновь приступила к опытам – стала двигать и переворачивать карточку, внимательно глядя на изменения «экрана», удовлетворённо кивнула, когда ничего не поменялась, и принялась проводить рукой над пропуском, низко наклонившись к столу и присматриваясь к воздуху. Несколько секунд вся аудитория наблюдала за чудачкой, но она совершенно не замечала этого.

Госпожа Валдис прочистила горло. Все повернулись к ней.

– Продолжим.

Вдруг на экранах начала плавно проявляться эмблема с четырёхкрылым драконом, словно чернила проникали сквозь слой ваты. Я не удивилась, когда услышала восторженный писк соседки.

– Академия магических искусств и мастерства имени Янтарри, – начала госпожа Валдис, – испокон веков взращивает магов, способных не только владеть собственным даром в полной мере, но также осведомлённых обо всех тонкостях магии нашего мира. О пользе этого подхода со стороны теоретиков и ремесленников можно даже не говорить – научные исследования невозможны без всестороннего образования, а ремесло невозможно без знаний о природе материи. Но часто у студентов боевой направленности возникает несогласие с тем, что им приходится изучать теорию, а не только боевое искусство. У меня на это лишь один ответ. Вы можете знать всё о своих потоках и мастерски управлять ими, но если вы не будете знать ничего о потоках своего противника, ваш бой переходит из противостояния сил и умов в игру случайности – может повезти, и тогда победа ваша, а может и нет.

На туманной поверхности квадратов появилась схема, изображающая шесть кругов разных цветов.

– На сегодняшний день существует пять потоков магии, доступных разумному существу. Предупреждая ваши вопросы: о шестом потоке, изображённом на ваших схемах, я расскажу позднее. Он отличается от других. – Она дотронулась до камня, и картинка изменилась, пять кругов отделились от шестого, чёрного. – Мы способны управлять магией, которую принято называть жизненной. Это те элементы природы, без которых невозможна жизнь. Вода, огонь, земля, воздух, сознание. Часто учёные отделяют от этой категории сознание, утверждая, что растения не имеют разума, следовательно, поток сознания не обязателен для жизни. Однако это спорный вопрос, к которому мы вернёмся через несколько занятий, а пока упростим классификацию, не вдаваясь в эти подробности.