Я твоя (не) желанная истинная, дракон! Том 2

Глава 3.4

Мне не хотелось верить, что душа отца была уничтожена… Вспомнился странный сон, где я видела свою земную маму, которая потом превратилась в Лию Сансат. И её фраза: твой отец вернёт меня…

Я оставила вопрос о ритуалах на потом и поспешила за ним – прочь от фонтана, журчание которого казалось мне уже не таким звонким и радостным, как в первый раз. Мы ушли с площадки, поросшие мхом каменные плитки, из которых состояли дорожки, вели нас к невзрачной калитке. Выкованная из тёмного железа, она легко открылась с движением пальцев Вереска, и мы направились прямиком к крыльцу красно-коричневого дома.

Меня вдруг посетила мысль, от которой капельку дрогнуло сердце: возможно, имя Эмилии состояло из имён родителей – часть от Эмитта, часть от Лии…

Постаралась отвлечься от грустных мыслей, задавшись новым вопросом:

– Значит, Вереск – это фальшивая фамилия? Как вас зовут полностью? – поинтересовалась я у лекаря на ходу, рассматривая его вышитый золотом пиджак. Несмотря на общий измождённый вид, одежда мужчины казалась такой же аккуратной и чистой, какой была в наши первые встречи.

– Деметрис Орест, – ответил он. – Мой брат-близнец, которого ты знаешь как Энклса, – Родбер Орест. Что касается остальной нашей семьи… Варрен и Сиина – внуки Родбера. Хотя их история чуть сложнее... У Родбера не было своих детей, однако у нас была младшая сестра, которая вышла замуж и родила мальчика, а затем девочку. Сестра умерла от болезни, вскоре после чего её муж женился вновь. Дети оказались не нужны ни ему, ни его новой жене, и Родбер забрал их, оформил опекунство и дал им имя нашего рода… пока не случилось то, что заставило нас всех прятаться под другими именами.

Он замолчал, когда мы подошли к крыльцу. Старая, потрескавшаяся бежевая краска, изящные латунные перила с паутиной памятных царапин. Я рассматривала капли засохшей побелки на оконных ставнях и думала, думала, думала…

Схожесть Варрена и Деметриса с первой встречи была заметна. Об их родстве с Сииной и Варреном я тоже догадалась. Но я не могла и подумать, что, возможно, если бы я разок повнимательнее всмотрелась в зеркало, то смогла бы увидеть их черты и у самой себя.

Дверь распахнулась от мысленного приказа Деметриса. Мы вошли в тёмное пространство прихожей. Сразу пересекли её и поднялись по лестнице с поскрипывающими ступенями. Я едва успевала осмотреться, а пространство быстро и неуловимо менялось, словно помогало нам как можно скорее оказаться там, куда направлялся лекарь.

На последнем этаже, пока мы пересекали очередной коридор, который освещала взявшаяся из ниоткуда магическая свеча в руке Деметриса, он вновь заговорил:

– Почти сразу после того, как ты родилась, Эмитт и Лия получили приглашение на работу в Центр магических наук имени Янтарри, – он увидел замешательство на моём лице и уточнил: – Да, его основал тот же дракон, что и Академию, в которой ты оказалась.

– Я узнала о нём кое-что, – поспешила рассказать я. – Увидела в коридорах множество фресок, картин и мозаик, на многих фигурировал красный дракон с четырьмя крыльями. Оказалось, что это драконий предок, тиран и завоеватель, возвращения которого желает некоторая часть драконьего общества. И Янтарри был одним из них.

Деметрис кивнул.

– Это играет большую роль в случившемся. Центр наук в основном занимается общими направлениями – артефакторикой, зельетворением, животной и растительной селекцией, элементарным устройством магии… Но мои талантливые дети, блестящие выпускники своих Академий и самые желанные рекруты множества центров магнаук, Эмитт и Лия, попали именно в засекреченную, проклятую во всех смыслах этого слова исследовательскую базу Центра Янтарри. Я бы всё отдал, чтобы повернуть время вспять и остановить их, спрятать, увезти как можно дальше…

Его голос заглох, а лицо закаменело, и он молчал до самого того момента, как мы дошли до резной деревянной двери в конце коридора. Деметрис молча коснулся красного дерева ладонью, и та отворилась, пропуская нас в небольшую библиотеку. Одна стена была полностью стеклянной, отсюда можно было увидеть сад цветущих роз и фонтан, поблескивающий в исчезающем солнце.

Откуда-то издалека донеслось глубокое и низкое урчание подступающих туч. Мелькнула молния. Я понимала, что пространство рода Орест отражало состояние Деметриса. Болезненные воспоминания поднимали в нём самые тёмные чувства, и мир покрывался мраком.

Он остановился у окна, убрав руки за спину и сцепив их в замок. Костяшки его пальцев были белыми, кулаки – напряжёными. Я встала рядом, пытаясь молчаливо поддержать.

– Я совсем перестал их видеть. Из редких писем знал, что они много работают, наняли кормилицу для тебя. У меня была своя работа, не терпящая отлучений и отъездов. Поэтому я не мог навещать их, как бы сильно того не хотел…

Он замолчал, и я спросила:

– Кем вы работали?

– Безопасником дворца Арсат. Я работал на короля Людовиче, когда он ещё не передал правление своему сыну. Восемнадцать лет назад…

Эти имена ничего мне не сказали, но я опасалась задавать слишком подозрительные вопросы. Поэтому сделала мысленную пометку узнать об этом позже, из каких-нибудь книг.

Зато про безопасников я уже один раз слышала и примерно представляла, что они делают.

– Когда они перестали выходить на связь, я сперва не придал этому значения. – В его лице была заметна горечь. – Они, бывало, не отвечали на письма месяцами. Но когда прошёл четвёртый месяц, и я не дождался ответа, я выпросил срочный отгул и первым же порталом пересёк границу между государством Арсат и драконьими землями. Мысленная связь с Эмиттом оказалась разорвана, а духовные отпечатки обоих показывали пустоту. Как будто их… нигде не было. Нигде в мироздании. Такого не может быть. Не должно быть. Душа всегда где-то есть, её всегда можно ощутить. Понимаешь, Эмилия?

Он перевёл на меня взгляд по-грозовому синих, наполненных тяжестью глаз. Небо за окном громыхнуло и пролилось первыми каплями на стекло.

– Я узнал, что Лия умерла с каким-то невразумительным диагнозом, но её тело отказались показывать. Эмитт… просто исчез. Полиция делала вид, что искала его, но не особо старалась. Я обивал их пороги, писал заявления, искал встреч с их начальством. Платил взятки, торговался, просил, угрожал, унижался… Но они отказывались расследовать смерть Лии и пропажу Эмитта. У меня не было другого выхода, кроме как начать искать ответы самому… – Он покачал головой. – Я не хотел, чтобы ты узнала обо всём этом. Не хотел подпускать к этому кошмару. Однако… вот ты здесь.