Я, ты и море... Ч.3.

Часть 3/3. Глава 3. Эпилог.

Ошибки прошлого выбивают из жизни. Оглядываясь, не замечаешь, сколько опрометчивых поступков совершилось в попытке отомстить за свои чувства.

Друзья! Принимайте жизненные обстоятельства за опыт, а не за попытку стереть вас с лица земли. Не стыдитесь ошибок.

Это не ошибки, круг замкнулся, – это опыт!

***

Миновали лета.

Время текло неспешно, как широкий равнинный поток, и вот уже четыре года Дания жила новой, наполненной гармонией жизнью, обретшей свою особую глубину и насыщенность, подобно дорогому выдержанному вину, получившему свой особый, слегка терпкий вкус.

В этой новой жизни Данию окружал безупречный комфорт, созданный заботливыми руками Градского. Его внимание проявлялось не столько в нежных словах, сколько в чеках из самых дорогих бутиков, где они стали постоянными клиентами. Их совместные шопинг-марафоны по роскошным торговым галереям – московским ЦУМу, «Барвиха Luxury Village» и ГУМу и питерским ДЛТ и «Галерее» – превратились в изысканный ритуал. В зеркальных витринах, словно в кадрах стильного кино, отражалась счастливая пара: он с томной снисходительностью наблюдал, как элегантные платья, мягко обволакивающие ее стан, а кожаные сумки от «Hermes» и холодный блеск «Cartier» лишь подчеркивали ее утонченную красоту. Каждая примерка становилась маленьким спектаклем, где он был самым благодарным зрителем. Каждая новая вещь в ее гардеробе становилась частью их общей истории. Все эти предметы роскоши появлялись в ее жизни с неумолимой регулярностью, равномерно смене времени года.

Их бракосочетание состоялось на фоне второй беременности, которая, как и первая, закончилась «неудачей». Если первая потеря прошла почти незаметно, оставив после себя лишь догадки Градского и тихую скорбь Дании, то вторая обернулась ночным кошмаром – внезапным кровотечением, неделей в стационаре и пустотой в душе. Затем были третья, четвертая попытки... Они объездили лучшие клиники Европы – Швейцарии, Германии, Испании, – но везде получали одинаковый вердикт: медицинских препятствий к деторождению не обнаружено.

Несмотря на все неудачи, Михаил проявлял поразительное упорство. Он купил загородный дом с благоухающим садом, где розы цвели до глубокой осени, организовал ежеквартальные поездки на лучшие морские курорты – все это должно было создать идеальные условия для желанной беременности. К их услугам были лучшие репродуктологи, психологи и массажисты – целая команда специалистов, работавших над физическим и душевным здоровьем Дании.

За эти годы Дания Градская (теперь она носила эту фамилию с достоинством) достигла профессиональных высот, став главным терапевтом Многофункционального столичного госпиталя. Ее природный ум, подкрепленный постоянной начитанностью – от классической литературы до современных медицинских статей, – позволил ей с легкостью освоить тонкости светского общения. Бывшая провинциалка превратилась в женщину с безупречными манерами и осанкой. Ее движения стали плавными и уверенными, речь – отточенной, внешний вид – безукоризненным.

Даже вождение черного «Мерседеса», подаренного мужем, она освоила с той же основательностью. Цвет автомобиля она выбрала на автомате – классический, строгий, деловой. И лишь потом, уже после покупки, неожиданно осознала, что это был любимый цвет... того человека. Того, чье имя она больше не произносила даже в мыслях.

Эх, вот она – имя... – ложка дегтя в этом райском наслаждении. Жизнь молодой семьи Градских была полна тепла, взаимопонимания и тихого счастья. Казалось, ничто не могло омрачить гармонию супругов. Но даже в этом идеальном мире существовал один хрупкий момент: гордо поднятый нос Дании опускался ровно тогда, когда раз в полгода ей приходило короткое сообщение: «Привет…»