Я уеду жить в сказку

Тома

К тому времени как вернулись остальные соседки, бабушка уже позвонила и сообщила Томе, что доехала, Соня успела уснуть, а Тома высушила волосы и лежа листала свои новые книги. Вторая привезенная бабушкой была художественной – судя по всему, интересной.

Катя не особенно любезно бросила «привет» из коридора и отправилась на свою любимую кухню. Надя же, как ни странно, пришла к Томе с Соней.

– Добрый вечер! – бодро и звонко провозгласила она, а когда Тома указала на спящую Соню, перешла на шепот. – Как вы тут без нас?

Тома ограничилась нейтральным «все в порядке». Хотела рассказать про приезд бабушки, но передумала – зачем.

– Чем занимаешься? – присев рядом с Томой, продолжала Надя.

«Тысячу лет мной не интересовалась – что это с ней? Не мчится помогать драгоценной подруге с готовкой…»

Тома бросила взгляд на книгу.

– Дою козу.

– Ой, какая удачная шутка! – захихикала Надя, встряхнув светлыми волосами (Катина привычка). – Ой, не могу!

– Соня спит.

– Ну да, ну да. Не хочешь прогуляться? Погода чудная, даже почти не похолодало к вечеру!

– Но ты только что с улицы.

– С вокзала – это совсем не то, суета… пошли, чего дома сидеть!

Несмотря на то что Надя говорила очень тихо, Тома уловила в ее тоне умоляющие нотки. Соседку явно тянуло сбежать из дома. Поискав поводы отказаться, Тома не нашла ни одного.

«Сколько времени прилично потратить на бесцельную прогулку? Часа полтора – нормально? Стоп».

В голове будто прозвучал бабушкин голос: «А чего ТЫ хочешь?»

– Я лучше поваляюсь с книгой на диване. Извини. – Наверное, последнее слово можно было не добавлять, но Тома не удержалась, увидев разочарованное выражение лица Нади.

– Эх. Пойду одна.

– И душ с дороги не примешь?

– Потом.

Резко перестав интересоваться Томой, Надя улизнула из комнаты. Тома еще пару минут чувствовала себя некомфортно и уже готова была выйти и заявить Наде, что передумала, но удержалась. Она НЕ передумала и действительно хотела почитать.

Через некоторое время негромко хлопнула входная дверь. Катя, видимо, оставалась на кухне. Тома отметила, что проголодалась.

«На то, чтобы подогреть остатки еды, уйдет минуты полторы. Налить себе сок из холодильника – плюс полминуты… – начала вычислять она и ужаснулась. – Да Боже, неужели все так плохо?! Какого черта, ведь это и моя кухня, и я тоже плачу за проживание!»

Ютиться по углам, как мышь, перестало казаться Томе естественным. Если раньше мысли по этому поводу ей и приходили, она отгоняла их и старалась подумать о чем-то приятном. Обычно о Дмитрии. Как и тогда, когда понимала, что не любит свою работу, скучала по родным и рассматривала фотографии счастливых парочек в соцсетях. На все был один ответ, ко всему был единственный ключ: Дмитрий.

Буквально пару дней назад Тома сочла бы это закономерным: она ведь любит его, поэтому… но сейчас…

«Он для тебя символ того, чего тебе не хватает. Символ смысла…»

«На эту ситуацию можно посмотреть проще. Но не нужно…» Конечно, можно, – холодным и трезвым взглядом. У них были пара вполне невинных поцелуев и приятное общение, наверное, она ему нравится, но так уж вышло, что он женат, порядочен и нерешителен, поэтому между ними ничего так и не началось. И теперь вряд ли начнется. Но бабушка смотрела глубже – и разглядела там, где, казалось, не было ничего, кроме безнадежной влюбленности в конкретного человека и связанной с этим боли, одиночество Томы, боязнь пустоты и подсознательное желание уцепиться хоть за что-то надежное. А что может быть надежнее, чем чувства, не «обремененные» реальными отношениями?

Тома надеялась, что, хотя бы достигнув бабушкиного возраста, обретет пусть даже тень ее мудрости, но сильно в этом сомневалась. Нет, дело именно в самой бабушке, в том, какая она. Иногда слишком правдивая, порой требовательная, но притом чуткая, умная…

В комнате остался легкий аромат бабушкиных духов – особенно на подушке, где она спала. Тома пока не убрала эту подушку, а положила под свою – так было приятнее.

На кухне девушка не спеша положила себе еду, еще и кусок хлеба отрезала. Все это – в полной тишине. Катя сидела за столом и томно перелистывала журнал, поглядывая на духовку, где пекся очередной шедевр. На себе взгляд соседки Тома не поймала ни разу – впрочем, и не пыталась.   

– Котлета с пюре, – наконец прокомментировала Катя абсолютно бесцветным тоном.

– Верно, – подтвердила Тома.

– Неужто ты готовила? – А вот здесь слышалась издевка.

– Куда уж мне. Я давно утратила даже базовые навыки, без практики-то. Кухня ведь всегда занята, – отозвалась Тома не без ехидства.

– Хочешь больше готовить? И что мы будем есть, яичницу?

– Понятия не имею, что будешь есть ты. Давно не принимала за тобой пищу за одним столом.

– Мы с Надей заметили, что ты недооцениваешь наши блюда. – Для весомости Катя приплела и подругу – хороший ход. – Покупаешь полуфабрикаты, смеешься над моими экспериментами.

Вместе с враждебностью в голосе Кати прорвалась тщательно скрываемая и, видимо, давняя обида.

– Я рассмеялась один раз – когда ты добавила черный перец в десерт… А, так вы после этого меня почти перестали к столу звать! – осенило Тому.

– Ты была слишком занята собой, чтобы установить взаимосвязь? Не удивлена.

– А ты уже пару месяцев изображаешь Снежную королеву из-за одного моего смешка?