Я ухожу (не) навсегда

Глава 6

Амир

— Амир Айдарович, к вам посетительница, — сказала помощница Татьяна, набрав мне по интеркому.

— Кто?

— Говорит, по личному делу.

— По какому еще, к чертовой матери, личному делу, — зло бросил я.

— Она не…

Татьяна не договорила. В переговорном устройстве послышался какой-то шум, крик, а потом дверь в мой кабинет распахнулась. На пороге стояла Ната.

— Амир Айдарович, извините… — Из-за ее спины растерянно выглядывала всклокоченная Татьяна.

— Ничего, Тань, оставь нас.

Та бросила злой взгляд на Наталью и закрыла дверь.

— Амир, нам нужно поговорить, — деловым тоном заявила Ната и уселась на один из стульев с высокой спинкой у стола, что стоял перпендикулярно к моему.

— Ты, видимо, из тех тупых баб, что не понимают с первого раза, — грубо ответил я.

— Не смей разговаривать со мной в таком тоне. Я тебе не какая-нибудь девка с улицы, — словно кошка, сощурилась Ната.

Она была красивой, статной, из тех, на которых мужчины оборачиваются, где бы она ни появилась. Но меня ее красота больше не влекла. Ната была лишь напоминанием о моей ошибке. Она и была моей ошибкой.

Я улыбнулся, а потом рассмеялся.

— Знаешь, что меня всегда забавляло?

— Что?

— Что у каждой шлюхи слишком завышенная самооценка. Вы почему-то думаете, что лучше других, только на деле все одно и то же: дешевки.

— Я сюда пришла не за тем, чтобы выслушивать оскорбления.

— Тогда не стоило вообще приходить. — Я кивнул на дверь. — Свободна.

— Я беременна, — выпалила Ната и уставилась на меня, наблюдая за моей реакцией.

— Поздравляю, — хмыкнул я. — Что-то еще?

— Я от тебя беременна, Амир, — взвизгнула Ната, явно ожидавшая какой-то другой реакции.

— Неужели?

— Конечно, от тебя.

— И чего ты хочешь? Еще одного поздравления или денег на аборт?

— Я не собираюсь делать аборт. Я буду рожать.

— Молодец, — одобрил я. — Что дальше?

— Как что? — растерялась Ната, хлопая длинными ресницами.

— Ну, ты беременная, это я понял. Сюда ты зачем пришла? Чего хочешь?

— Это твой ребенок, Амир, — проговорила она.

— Во-первых, даже если ты правда беременна, то явно не от меня, потому что мы предохранялись. Во-вторых, даже если сделать допущение, что ты беременна от меня, то мне это безразлично. У меня есть жена. Ульяна ждет от меня ребенка. Все остальное, — я кивнул на ее живот, — не мои проблемы.

— Как это не твои?

— Вот так. Деньги на аборт дать могу. Все остальное — не ко мне.

— Ты все-таки… ты все-таки…

— Мразь? Скотина? Да, это все про меня, — улыбнулся я. — Так что больше не задерживаю и не рекомендую появляться здесь.

— Значит, тебе все равно, что где-то будет расти твой ребенок?

Я задумался. Я, конечно, скотина, и Ната мне не нужна, но ребенок ведь не виноват. Хотя я на сто процентов был уверен, что это какой-то фарс. Вот уж не думал, что Ната из тех дур, которые пойдут на такую низость, чтобы удержать мужчину.

— Что ж, рожай, — махнул я рукой. — Родишь, позвони мне, сделаем тест ДНК. И если я и правда окажусь отцом твоего ребенка, то займусь его воспитанием.

— Что значит «займешься его воспитанием»? — испуганно проговорила Ната.

— Значит, он будет жить со мной.

— А я?

— А ты будешь приходящей мамой. Что тебя не устраивает? Ты ж сюда пришла, чтобы бабла срубить, прикрывшись младенцем? Не срубишь. Мой совет — уходи и больше никогда не возвращайся.

Ната, поджав губы, выбежала из кабинета. Овца! Угораздило же меня связаться с этой дурой. Почему большинство женщин, соглашающихся спать с женатым мужчиной, думают, что в какой-то момент они вдруг станут чем-то большим, чем просто телом, доставляющим удовольствие. Ни один мужчина в здравом уме никогда не променяет жену на любовницу. Я-то уж точно. Несмотря на то что Ульяна взбрыкнула и заявила о своем уходе, я был уверен, что все наладится, и уж тем более не рассматривал Нату в качестве замены для Ули.

Уля, Уля, Уля. Как вспомню эту ее конуру, куда она переехала, так тошно становится. Неужели она реально думает, что я позволю ей уйти от меня и растить нашего ребенка там. Я понимал, что ей должно быть было обидно до слез узнать о моей измене, но что сделано, то сделано. Придется пережить это. И ей, и мне. Нам. Пусть подумает эти пару дней, а потом примет верное решение. Единственно верное решение — вернуться домой. Иногда людей приходится направлять в нужную сторону, чтобы они не заблудились. Подстегивать. Я был уверен, что нашел достаточно рычагов, чтобы повлиять на решение Ульяны. Когда я приеду за ней через два дня, она сама бросится мне в объятия, если не приедет еще раньше.