Я ухожу (не) навсегда

Глава 9

Амир

На столе лежали подписанные Ульяной документы, где говорилось, что она ни на что не претендует и не будет претендовать ни при каких обстоятельствах. Тупая сука.

Я запустил руки в волосы. В голове не укладывалось, что она способна на такое. Что это за женщина и женщина ли это, если из-за глупой обиды она взяла и убила нашего ребенка. Потому что… что это если не убийство? Решила таким образом проучить меня? Отомстить? За счет жизни не родившегося младенца? Видимо, я совсем не знаю женщину, которую называл своей женой.

Мы познакомились с Ульяной случайно. Я возвращался вечером домой и увидел, как в парке, что располагался рядом с дорогой, какие-то отморозки пристают к девушке. Недолго думая, я притормозил машину и пришел на помощь Ульяне. Напавшие на нее ублюдки, поняв, что им придется иметь дело не со слабой девушкой, а с мужчиной, быстро разбежались в разные стороны, стоило мне вмешаться.

— Спасибо, — поблагодарила Ульяна.

— Не стоит ходить одной по темноте, — заметил я строго.

— Да я и не хожу… Просто поставили вечернюю пару в университете и… — Она растерянно пожала плечами, а я сумел разглядеть, какой хорошенькой она была: круглое личико, огромные испуганные глаза, обрамленные пушистыми ресницами, гладкая кожа.

— Давайте я вас подвезу, — предложил я.

— Да здесь близко. — Она махнула куда-то в глубь парка и поежилась. — Я буду вам очень благодарна. Меня Ульяна зовут.

— А я Амир.

Уля была совсем молоденькой, училась на последнем курсе бакалавриата, собиралась стать учителем английского языка. Я намного ее старше, но, кажется, влюбился в первую же секунду, как только заглянул в ее глаза. Мне импонировала ее застенчивость при первых встречах, и простота в общении, которая вытеснила природную робость, когда Ульяна привыкла ко мне и подпустила ближе. Мы дождались, пока она не получит диплом, а потом поженились. Все было прекрасно. Но беременность повлекла за собой нервозность, вспышки гнева и усталость. Ее и мою. Мне хотелось приходить домой с работы к любящей жене, которая обволакивала бы меня своим теплом, а вместо этого я получал упреки и недовольство. Какой-то частью разума я понимал: у Ульяны гормональная перестройка, и все это временно, у нее токсикоз и страх потерять ребенка. Ну а потом появилась Наталья, и я дал слабину. Увлекся, выпустил пар.

Можно было не простить мне измены. Можно было упрекать меня, орать на меня и даже ударить. Я бы все понял. Но избавиться от ребенка?

— Мерзость, — процедил я с отвращением.

Хотелось поскорее избавиться от этого груза и забыть. «Я не собираюсь рожать от изменника. Пусть твоя любовница тебе рожает». Нет, нельзя выбирать жену так опрометчиво. В моем-то возрасте. Все-таки мама была права насчет Ульяны. Видимо, чувствовала в ней червоточину. Карим в своем время сделал правильный выбор: Диля была безропотна и знала свое место, свое, черт возьми, предназначение в этой жизни. Даже сейчас, когда брата уже нет в живых, Диля все равно не пустилась во все тяжкие, не стала искать ему замену. Знает свой долг перед нашей семьей.

Я подписал документы и вызвал Лаврова, своего адвоката.

— Можно как-то оформить развод без всех этих ожиданий? — попросил я.

— Вообще-то, полагается ждать месяц.

— Алексей Валерьевич, ну, вы же знаете, что всегда есть возможность обойти это «полагается».

— Что ж, Амир Айдарович, вы, конечно, правы, — хмыкнул Лавров. — Я думаю, мы сможем оформить развод в течении недели. Я позвоню кое-кому.

— Замечательно, вы меня знаете — в долгу не останусь, — кивнул я ему.

Лавров ушел, а я откинулся на спинку кресла, закрыв глаза. Нужно чем-то себя отвлечь. Чем-то более действенным, чем работа.

Трель мобильника заставила меня вздрогнуть от неожиданности. Я бросил взгляд на экран. Дильнара. Этой-то что надо?

— Диля, привет, — поздоровался я с невесткой.

— Амир, Амир, — зашептала Диля в трубку. — Мне звонила подруга из Казани. Она видела Карима!

— Что? — нахмурился я.

— Она уверена, что видела Карима. Он жив, Амир! Он жив!

— Какие глупости, Диля! — одернул я ее. — Твоя одержимость уже переходит все границы. Сначала ты утверждала, что видела его в Москве, а теперь твои сумасшедшие подружки видят его во всех городах России.

— Но… Но она уверена, что это был Карим.

— Она подошла к нему? Поговорила с ним?

— Нет, она сразу мне позвонила…

— Прекрати, Дильнара. Успокойся и прекрати. Карим давно умер. Его нет, понимаешь, нет!

— Я знаю, но что если он все-таки…

— Я сказал, нет. — Выдохнув, я проговорил более спокойным тоном: — Давай я приеду к вам, и мы поговорим, ладно? Заодно повидаю племянников.

— Хорошо, — нервно проговорила Дильнара.

— И не смей говорить матери про домыслы о мнимом воскрешении брата. Не нужно ее тревожить.

— Я понимаю, — глухо отозвалась Дильнара.