Я украла бога смерти

11.

Таислав вошел в главный зал заброшенного святилища, остановился перед начавшим рассыпаться изваянием бога любви и посмотрел ему в лицо, давно оставшееся без носа и покрывшегося трещинами.

- Эй! Вы кто такие! Как посмели без дозволения врываться в наш храм плодородия! - раздался позади молодого человека, грозный скрипучий голос. Тай обернулся и увидел на пороге заброшенного здания тощего старика, склонившегося под тяжестью лет и грозившего им посохом, на который опирался при ходьбе. Позади него стояли с грозными лицами в свете фонарей на палках, несколько широкоплечих, мускулистых деревенских мужиков.

- Прошу прощения, - уважительно обратился к старику. - Если меня память не подводит, то по законам нашей страны все здания большие и мале, посвящённые богам и используемые для ритуалов поклонения высшим силам, принадлежат жрецам. Жрецы имеют полное право посещать данные здания в любое время дня и ночи. А так же имеют полное право использовать их по своему усмотрению.

- Желторотик, - заяивл Горицвету старик. - Хочешь сказать, что среди вас есть жрец бога любви и плодородия? Не смеши меня своей ложью! Таких даже я отродясь не видел, куда уж вам мальцам с такими встретиться.

- Может вы и не видели, может ваши мальцы и не встречали таких, а вот на наши головы снизошло благословение и мы нашли единственного жреца в нашей стране. Нашли первого человека, получившего свои жреческие силы на прямую от бога любви, - заявил Горицвет. - Потому скажи спасибо, что мы, направляясь в свои земли вместе с ним, удостоили вашу деревеньку своим посещением.

- Да что ты говоришь? - насмешливо проскрипел старик. - Раз среди вас есть настоящий жрец. Так пусть покажет свою силу. Чего он стесняется? Или не знает, что когда жрец входит в святилище, в нём зажигаются благодатные огни от его силы.

- Да откуда ему знать? Он же единственный. Ему бог даровал свою силу и всё, - раздражительно заявил в ответ Искрен. - Силу дал, а знаний по её использованию в голову не вложил. И научить его некому. Других-то жрецов нет. Вот и приходится парнишке самоучкой расти.

- Вот как. Тогда давайте сделаем так, - задумчиво молвил старик. - Сейчас выйдем с подворья и ваш юный жрец, прежде чем ступит вновь на него и пройдёт к божеству на поклон, пусть активирует свою полученную силу и позволит ей свободно разливаться по округе. Только после активации сил, пусть идёт внутрь двора и м увидим - жрец он или очередной самозванец, решивший поживиться на деревенских.

- И как же вы это увидите, уважаемый старец? - задал вопрос Здебор.

- Да по разгорающимся огням силы в святилище и узнаю. Чем больше их загорится - тем сильнее жрец, а чем меньше тем слабее. И если после активации и поклона богу, ваш жрец сможет разжечь вновь хотя бы один огонёк. Мы признаем его и позволим жить здесь хоть до старости, а коль не зажжет - вгоним вон и изобьём до полусмерти, чтоб не было повадно добрым людям головы морочить, - после слов старика, все спутники Таислава, разом посмотрели на него.

- Ладно. Пошли. Проверим мои силы, - кивнул он отвечая на немой вопрос и направился со двора. Подождал пока все покинут его и встанут любопытной толпой за спиной, а затем перестал скрывать свою ауру и активировал силу. Тут же над его плечом разгорелось алое сердце и он уверенно вошел на двор святилища, не замечая удивлённые взгляды деревенских. Не замечая как старик одобрительно кивает головой, смахивая скупую слезу с глаз. Ведь старый человек только слышал от своих дедово рассказы о том, что над плечами жрецов возвышаются знаки силы дарованные им богами. Слышал и даже не надеялся при жизни увидеть такой знак - верный признак настоящего, а не поддельного служителя богов. И вот он видит знак бога. Видит собственным глазами. Видит как молодой жрец идёт по дорожке к храму, а следом за ним загораются розоватые огни силы, заставляя двор восстанавливаться по воле бога.

Когда же Таислав предстал перед божественным изваянием, вокруг горели все огни до единого и творились настоящие чудеса. Святилище самостоятельно восстанавливалось на глазах изумлённых людей и становилось лучше прежнего, только изваяние не спешило восстанавливаться, оставалось полуразвалившимся. Молодой жрец остановился прямо перед ним и посмотрел в глаза скульптуре с отвалившимся носом. Смотрел несколько минут, вглядываясь в черты лица, которое некогда было почти совершенным, настолько прекрасным, что даже у него сердечко невольно ёкнуло, начало гулко стучать, а дыхание стало глубоким, тяжёлым, словно Тай пробежал пару километров по пересечённой местности. И чем сильнее стучало его сердце, чем глубже становилось его дыхание, тем больше казалось, что каменный лие приближается к нему всё ближе и ближе. Вот-вот и они стукнутся лбами. И чем ближе становился лик тем сильнее казался живым и чарующим.

- Беги! Буги! - внезапно заорал внутри моря сознания Тая его инстинкт самосохранения. - Отведи взгляд! Беги!

В это время, затаив дыхание спутники Таислава и деревенские, перешагнули порог святилища и замерли в благоговейном ужасе. Ведь зрелище, представшее перед их взором сметало все сомнения в существовании богов и подтверждало жреческий статус Тая. Прямо на их глазах из каменной статуи медленно проявился божественный дух, имеющий облик самого бога и стал медленно подлетать к молодому жрецу. Их ауры соприкоснувшись начали сливаться, объединяться, пока не стали едиными, при этом аура божественного духа была в разы сильнее ауры жреца и на могучим потоком энергии начала вливаться в тело человека.

- Беги! Буги! Отведи взгляд! Беги! - в это время орал инстинкт самосохранения и опытный наёмник внял его крикам, усилием воли заставил веки опуститься и прервать зрительный контакт со странным изваянием. В тот же миг слияние аур прекратилось и их единство разорвала чья-то невидимая воля. В святилище постепенно прекратилось буйство божественных сил и оно предстала перед людьми обновлённым, чистым, озарённым десятками огней, даривших людям свет в благоговейной тишине наступившей ночи.