Я улечу с тобой к звёздам

Глава 22. В неволе

Спустя примерно полчаса после нападения похитителей во двор дома въехал джип. Из машины вылез мужчина и помог выйти молодой матери с ребёнком на руках. Мило улыбнувшись, женщина заговорила по-английски:

— Ричард, открой своими ключами. Давай устроим Денису сюрприз. Он ведь ждёт нас только завтра к вечеру.

— О’кей, Лара, — кивнул муж.

Он приблизился к входу в особняк, собираясь вставить ключ в замок, но дверь оказалась незапертой. Тогда Ричард переступил порог и громко позвал:

— Деннис! Мы приехали, — но ответа не получил.

Лариса вошла следом и, прижимая к себе сына, направилась в спальню. Она распахнула дверные створки и замерла: брат неподвижно лежал на полу. Из ран на груди медленно вытекала кровь. На испуганный крик жены прибежал Ричард. Он торопливо присел рядом с Денисом, приложил пальцы к его шее — ощущалась слабая пульсация, и коротко бросил:

— Жив.

— Нужно вызвать «Скорую»! Позвонить в полицию! — в панике закричала Лариса.

— Нет. Будет только хуже.

Ричард раскрыл ладонь, показывая некий маленький предмет, который случайно нашёл на полу, и мрачно произнёс:

— Это след Рэй-Вэ-Си.

— О чём ты говоришь? Денис умирает, ему нужна срочная помощь!

Муж поднялся на ноги. Его лицо посуровело, в глазах светилась тревога. Он сказал глухим голосом:

— Сейчас же берём Денни и быстро уезжаем. Ему помогут мои друзья. Больше не задавай вопросов, позже я всё объясню.

Рыдая, Лариса крепче прижала к себе проснувшегося сына, выскочила во двор и там уселась в машину. Ричард бросился вон из комнаты. Через минуту вернулся со стаканом красноватой жидкости в руке и влил лекарство в приоткрытый рот Дениса. Парень протяжно застонал. Ричард обмотал простынёй окровавленную грудь раненого. Осторожно поднял его, вынес из дома и разместил на заднем сидении автомобиля. Дальше без промедления джип выехал из ворот, стремительно направляясь в сторону автострады.

***

Вероника медленно подняла веки. Глаза застилал туман, в голове гудело, как с похмелья. Хотя прежде она никогда ничего не пила крепче шампанского, но по рассказам знала, что именно так и бывает. Ника села на узкой койке и, болезненно морщась, потёрла виски ладонями. Зрение понемногу прояснилось. Она огляделась: вокруг были только гладкие серые стены. Ни один солнечный лучик не проникал в эту полутёмную каморку без окон. С потолка тускло светила лампочка в матовом плафоне. В углу притаилась камера видеонаблюдения, подмигивая крохотным красным огоньком. Ника напрягла память. Всё, что удалось запомнить, — это как упал убитый Денис, а дальше очень смутно. Похоже, что её опять похитили и постоянно куда-то несли или везли. Сквозь тяжёлое забытье прорывались обрывки различных звуков: рокот автомобильного мотора, мерный плеск воды, ровный низкий гул, как в самолёте. А ещё незнакомые мужские голоса на чужом языке, грубые прикосновения жёстких рук и острая боль от инъекций, которые усердно кололи жертве похитители.

От смутных воспоминаний Веронику отвлёк щелчок магнитного замка. Металлическая дверь отъехала в сторону. Ввались двое рослых мужчин в плотных чёрных костюмах. Их лица скрывали непроницаемые круглые шлемы. Без слов они подхватили Веронику под локти, бесцеремонно выволокли из камеры и потащили к лифту. Когда поднялись на несколько уровней, пленницу провели по длинному коридору и остановились у двустворчатой панели. Широкие половинки бесшумно раздвинулись. Нику втолкнули в квадратную комнату. За столом сидели четверо в таких же костюмах, как у конвоиров, только белого цвета. Округлые шлемы делали их похожими на безликих манекенов. Вероника испуганно уставилась на странных типов: она ещё не вполне пришла в себя после похищения. Повисла тяжёлая пауза. Типы в белом молча разглядывали пленницу. Наконец, один из них задал вопрос на иностранном языке и резко сдёрнул тряпку со стола. Следом прозвучали фразы на русском:

— Это твои вещи?

Что удивительно, голос переводчика показался знакомым. Причём слышала его Ника не так уж давно…

Она опешила, когда увидела, что именно скрывалось под тёмной тканью. На столешнице лежали портреты Лорка, камень-маячок, а также стояла раскрытая коробочка с обручальным туруанским кристаллом. Ника с трудом отвела взгляд от дорогих сердцу предметов и в недоумении спросила:

— Кто вы такие? Что вам надо?

— Здесь не ты задаёшь вопросы! — последовал жёсткий ответ.

Вероника плотно сжала губы и отвернулась. Она не собиралась откровенничать с подлыми ворами.

— Если ты не ответишь сама, тебе сделают болезненную инъекцию, и ты всё равно «расколешься», — вновь прозвучали жестокие слова. При этом голос переводчика слегка дрогнул.

Ника пристальнее взглянула на русскоговорящего: очень захотелось увидеть его лицо. Возможно, он почувствовал её желание и еле заметно кивнул, словно просил не упрямиться. Даже показалось, ободряюще улыбнулся под маской, стараясь поддержать пленницу.

— Это твои вещи? — прозвучал тот же вопрос.

Глядя прямо на переводчика, Ника сказала:

— Да, мои.

Дальше вопросы посыпались один за другим: