Я уже мёртв

14.

- Мой город засыпает. А мне-то что с того? … - процитировала Ника любимые строчки и откинулась на спинку кресла.
Часы показывали одиннадцать ночи, а статья была готова лишь наполовину. Информации было много, но каким боком повернуть? Как подать? С этим девушка не могла никак определиться.
- Бред какой-то. – нажав на клавишу «delete» она удалила весь текст. Эта попытка имела такой же исход, как и предыдущие пять.
Ника потянулась, выгнув до хруста спину, и помотала головой – шея затекла от долгого сидения за ноутбуком. Окинула взглядом комнату и скривилась. Уборка бы не помешала точно. Стол завален бумагой и папками непонятного происхождения, по краю в ряд выстроились разноцветные кружки, да и слой пыли в палец толщиной. И это не считая заваленного одеждой кресла, да наспех застеленной кровати.
- Что ж, не везёт мне в смерти, повезет в любви. Прям день Булата Окуджавы. – усмехнулась девушка и, захлопнув ноутбук, принялась за уборку.
Этот процесс всегда её успокаивал, настраивал на нужный лад и приносил порядок в сумбур мыслей. Как и всегда, к окончанию, она уже знала, что и в каком порядке следует изложить в статье, которую так ждал Роман Валерьевич. Руки чесались от желания сесть и начать творить!
Но звонок в дверь прервал её порыв. Звонили настойчиво и нетерпеливо.
- Кому там неймётся?! - в сердцах бросив салфетку, Ника направилась к двери. Часы показывали без четверти двенадцать.
- Красильников! И почему я не удивлена, а?
Парень виновато улыбнулся.
- Разбудил? Хотя не похоже…
Он стоял в дверях в распахнутом пальто, а на растрепанных волосах блестел снег. Чёрные ботинки были в грязи.
- Ты снова ходил к ней? - устало спросила подруга, прислонясь к стене и внимательно наблюдая за Олегом.
Он кивнул. Молча снял пальто, разулся и с присущей только ему хозяйской манерой направился в ванную. Девушка шумно вздохнула и также шумно выдохнула, закрыла дверь на замок и поспешила на кухню – ставить чайник. Друг явно нуждался в тёплом и крепком питье. Разило от него алкоголем на километр.
Олег молчал. Пил крепко заваренный чай, стараясь не морщится при каждом глотке – слишком уж много сахара положил, пытаясь заглушить горечь заварки.
- И повторится всё, как встарь:
Ночь, ледяная рябь канала,
Аптека, улица, фонарь.
Прям вечер поэзии сегодня. – усмехнулась Ника.
Она не сводила синих глаз с друга, наблюдая за каждым его движением.
- Знаешь, я много думал, когда стоял над её могилой. И понял, что каждый мой приход к ней – это попытка досадить. Напомнить, что я здесь, я жив, а она... Её больше нет. Ни в чьей жизни. – Олег помолчал.
– Глупо, да?
Он теребил кольцо на указательном пальце левой руки. Кольцо было широким, из чистого серебра, окантованное сложным узором. Ника помнила, как долго выбирала, что подарить старому другу на день рождения, пока случайно не наткнулась на это кольцо. Оно не было дорогим, но так запало ей в душу, что она купила, не думая понравится ли оно Олегу. Ему понравилось.
- Скорее, странно. – задумчиво произнесла Ника.
- Почему?
- Она продолжает жить в тебе, и в твоем желании доказать, что она ничто. А странно, потому что я не пойму причины твоих поступков.
- Я сам не пойму. Всё так запуталось, Ник… - произнес он с надрывом, закрыв ладонями глаза.
- Расскажи. – она протянула руку и коснулась его предплечья. – Вместе распутывать легче.
Олег отнял руки и посмотрел на подругу. На миг девушке показалось, что он и правда расскажет, но время шло, а друг всё молчал и молчал, не сводя с неё взгляда.
- Я, наверное, пойду. Уже поздно. – выдохнул он, и Ника поняла, что Олег ей ничего не скажет. По крайней мере, пока.
- Можешь остаться. Я постелила на диване.
Парень кивнул и направился в комнату, оставив девушку в тишине. Она посидела ещё немного, нервно теребя край белой футболки, ей не давали покоя мысли, роившиеся в голове.
Резко поднявшись, Ника убрала чашки, выключила свет и направилась в свою спальню. Возле соседней комнаты, она остановилась в нерешительности, но всё-таки зашла внутрь и подошла к дивану, на котором лежал Олег. Он спал, подложив под щёку ладонь, но сон вряд ли был безмятежный – лицо усыпали бисеринки пота, а тёмные брови то и дело хмурились.
Посмотрев на него несколько минут, Ника вышла, аккуратно прикрыла дверь и войдя в свою комнату, села за ноутбук. Она не стала писать статью, вместо этого открыла папку с названием «Дело №…» и кликнула по второму файлу.
Открылась анкета с фотографией красивого молодого парня, лет двадцати четырёх от роду. Копна тёмных, слегка кудрявых волос, зелёные глаза, тёмные брови, нос с еле заметной горбинкой и тонкие губы.
«Красильников Олег Сергеевич» гласила надпись на первой строчке.
- Что же ты такое скрываешь, Олежа? – задумчиво проговорила девушка, подперев одной рукой голову, а второй нервно отстукивая по краю ноутбука.
Парень с фото молчал, как и парень, который спал в соседней комнате. А Нике необходимо было знать ответы, на пока ещё совсем неясные, но жизненноважные вопросы.