Я в нас верю.

5. С кем пойдешь на танцы?

Знаете, как сложно не думать о человеке, когда тебе постоянно о нем говорят? Мало того, что сам Новицкий продолжает мозолить мне глаза, так еще и Вика нет-нет, да и вспомнит о “красавчике Никите”. О его существовании мне напоминает и Кристина. То он помог ей с физикой, то фильм посоветовал, то что-нибудь еще. На каждом нашем занятии – два раза в неделю – я слушаю, какой хороший у нее брат.

Я раздражаюсь от каждой секунды его присутствия, от каждого раза, когда его имя всплывает в разговоре. Но почему-то иногда забываю дышать, глядя, как он улыбается, словно исчезает из моей памяти информация о том, что за этим обликом может скрываться кто-то, похожий на Виталика. Это нормально? Может, я правда больна?

А меж тем приближается конец четверти и вместе с ним итоговые контрольные и подтягивание «хвостов». Я отношусь к этому философски – просто принимаю тот факт, что отличницей мне не стать даже в самых смелых мечтах. К тому же, желание заниматься учебой и вовсе покинуло нашу школу – на горизонте маячат праздники, а перед ними учеников 10-11 классов ежегодная дискотека. Согласитесь, кому есть дело до какой-то физики или алгебры, когда коридоры и кабинеты полны разговоров о подготовке? И главная тема, конечно же, “Кто с кем пойдет?”.

Стабильных вариантов мало. В нашей параллели десятых классов в долгих отношениях состоят разве что Оля Анисимова и Костя Антонов из 10 Б. Еще классе в шестом они стали сидеть вместе за одной партой, держаться за руки на переменах и прогуливать уроки. С тех пор, конечно, их отношения шагнули вперед и учителя начали заставать их целующимися то под лестницей, то в узком коридоре, ведущем к спортивным раздевалкам.

Ася Тимофеева, наша с Викой одноклассница, набралась смелости и пригласила отличника Тимура. Мы узнали об этом случайно – застали их за разговором на перемене. Ну, знаете, как это бывает – видишь что-то потенциально интересное, и сразу зрение становится острее, слух – лучше. Короче, мы просто подслушали их беседу между географией и литературой. Порадовались за скромную Асю – только слепые не замечают ее томные взгляды на этого увлеченного учебниками парня. Есть еще несколько парочек, из разряда тех, кто то сходится, то расстается до ближайшего понедельника или, как они это называют, на всю жизнь.

В одиннадцатых классах все куда сложнее. В Санта-Барбаре будущих выпускников мы уже даже не стараемся разобраться – там все меняется быстрее, чем мода, капризы погоды и настроение учителей.

Ходят слухи, что Виталик пригласит на танцы Аню Казакову – свою одноклассницу и предводительницу местного серпентария. Ни одна ссора, ни одна сцена ревности не обходится без ее участия, а если такое все же и происходит, то Аня активно способствует распространению информации по всем потайным уголкам школы. Между собой мы с Викой называем ее Глашатай, и, замечая обилие слухов про нее и Виталика, понимаем, кто принимает активное участие в их распространении. Нам Аня не нравится – слишком громкая, всегда старающаяся пролезть в центр внимания, легко ступающая на каблуках по чужим секретам. Но наше отношение к ней теряется в шипении в шипении ее верной свиты.

— А если тебя Никита пригласит? — спрашивает Вика по пути в школу.

Сегодня у нас последний учебный день, дискотека уже завтра, а мы с ней себе пары не нашли, хотя особо и не искали. Посмотрев на круговорот поцелуев и интриг, решили, что просто пойдем вместе и будем наслаждаться первыми танцами в жизни. Удалось даже убедить наших родителей не дежурить у школы в ожидании конца вечеринки и дать нам возможность наконец-то подышать свободой.

— Не пригласит. — огрызаюсь я и поднимаю воротник пальто, пытаясь укрыться от дующего с моря холодного ветра.

— А если пригласит? — продолжает она настаивать.

— Не пригласит. — повторяю я.

— Нина, ну просто представь! — Вика останавливается и дергает меня за руку.

Встаю рядом, разочарованно выдыхаю и смотрю на нее с осуждением в надежде, что моя умная подруга осознает глупость этого вопроса. Не понимаю, как вообще он мог прийти ей в голову?! А еще не понимаю, почему от него сердце стало биться чаще.

— Хорошо. — сдаюсь я. — Если Новицкий посмеет позвать меня, я откажусь и, уходя, наступлю ему на ногу так сильно, чтобы он больше никогда не смог ко мне подойти.

Вика заливисто смеется, чем вызывает недовольный взгляд проходящей мимо женщины. Понимаю ее, мало кому нравятся веселые люди холодными зимними утрами.

— Почему ты так к нему относишься? — спрашивает она, переведя дух.

— А как еще мне относить к другу Виталика? — фыркаю я, вновь ступая на путь к школе. Если мы дальше продолжим стоять посреди улицы, обсуждая эту занозу, рискуем опоздать, а преподавательница по русскому нам этого не простит.

— Нина, — произносит Вика посерьезневшим голосом, — Виталик – это мой опыт.

— Сомнительный, согласись? — ухмыляюсь я.

— Да, но…

— А Никита его друг. Ну разве может нормальный человек дружить с таким, как Ястребов?

Возможно я и не права. А может быть, даже сильно ошибаюсь на его счет и на самом деле Никита – хороший парень. Но что-то в моей голове не может перестать воспринимать его исключительно как друга Виталика, который сперва тоже прикидывался нормальным, а потом занял первое место на конкурсе подлости.

— Нина, ты невыносимо упрямая! — заключает Вика, ставя точку в этой теме.