Я вам не герой

Глава 7

-- А, вот и ты. Рад видеть, что с тобой всё в порядке. Вот, держи, приятного аппетита.

Это произошло ранним вечером, когда Элрой возвращался на выжженную землю, в его колымаге было где-то вдвое меньше растений, чем в прежний раз и он почти совсем не спал.

Вышедший к нему ребёнок улыбался и лучился счастьем. В этом мире появился человек, который рад его видеть, но если из этого уравнения исключить съестное, то едва ли всё так и останется. Забота к этому странному малышу стоила Элрою ужина и потраченных медяков, но он об этом совершенно не переживал, ведь поступил так, как считал правильным.

Элрой предложил присесть близь дороги на траву и съесть всё там. Он опасался, что деревенские могут отобрать кусок хлеба у чумазого чертёнка.

-- Вот, держи.

С этими словами Элрой протянул закутанный в грубую домотканую ткань треть буханки хлеба. Не Бог весть что. Он сидел рядом и смотрел на дитё, уплетающее ржаной хлеб с таким видом, будто это были лучшие пирожные в мире. Он почувствовал озноб, пробежавший по всему телу. Нужно постараться, чтобы довести человека, а в особенности ребёнка до подобного состояния.

У юноши сжалось сердце. Он протянул руку и погладил ребёнка по рыжим непослушным волосам. На вопросительный взгляд, глядя в тёмно-голубые глаза, ответил:

-- Должно быть, тебе пришлось не просто, но это всё, что я могу для тебя сделать. Прости. Увидимся в следующий раз.

Элрою было не просто закрывать глаза на подобное. Он ясно понимал, что не в силах спасти всех и каждого, но от этого не становилось легче. Пройдя через горнило войны он стал смотреть на многие вещи проще, но в то же время, для него мир представлялся в двух цветах -- белый и чёрный.

Когда Элрой поднялся на ноги, малыш жадно чавкал хлебом, подобное сложно назвать милым, скорее это вызывало жалость и сострадание. Элрой ничего не мог поделать, по крайней мере, пока.

-- Удачи тебе!

Услышал юноша, уже уйдя на некоторое расстояние. Он вздрогнул и оглянулся. На прощание он помахал вечно голодному ребёнку.

Он шагал по дороге, проходя прежний путь до выжженной пустоши. Бескрайние поля, холм и лес вдалеке. Затем он пришёл к опушке леса, куда уходила тропинка, по которой ранее ему уже приходилось ходить.

-- Значит, слухи оказались верны.

Элрой вздрогнул и взглянул в ту сторону, откуда доносился голос. Крестьяне боялись заходить в эти места, а значит, рядом находится кто-то предельно не простой и не особо боящийся угодить на проклятую землю.

Юноша задумался, не стоит ли показать ненужному свидетелю армейский фокус с лопатой? Впрочем, прежде всего стоило узнать, кто этот человек и что ему надо.

-- Имеет ли это значение? Куда важнее, что ты здесь делаешь?

Конечно же, ответа Элрой не получил от человека, что скрывался в тенях. Было бы сродни чуду догадаться о причинах, побудивших кого-то преследовать его.

-- Думаешь, я отвечу тебе?

После этого из леса вышел высокий худосочный человек. На лице и руках Элрой заметил шрамы, вероятно, полученные не во время честного ремесленного труда, а также взгляд человека оборвавшего ни одну чужую жизнь.

-- Чего ты хочешь?

Элрой не боялся и оставался совершенно непоколебимым, чем вызвал у мужчины замешательство, явно ожидавшего совсем иной реакции. Своё замешательство мужчина скрыл за ухмылкой, обнажив с правой стороны несколько переломанных зубов.

-- А ты не робкого десятка, раз задаёшь мне вопросы. Мне говорили, что ты трус и лентяй, неужели за этим фасадом скрывался кто-то другой?

Свои слова незнакомец сопроводил тем, что положил руку на рукоять меча. Его тело выдавало опытного человека, который не упускал возможности потренироваться, умел и любил сражаться. С ним не будет просто, а уж если вспомнить, что ныне Элрой находится в слабом теле, то его шансы и вовсе кажутся призрачными при прямом противостоянии. Это значило лишь одно, что необходимо договориться, но и не упустить своего.

-- Как ты выжил на проклятой земле?

Элрой внимательно присмотрелся к фигуре собеседника. На незнакомце был широкий плащ, скрывающий одежды и, как подозревал юноша, лёгкую броню. Ему удалось заметить слегка выпирающее голенище на левой ноге, где находился спрятанный кинжал.

-- Мне нужны ответы и будь уверен, я их получу, вопрос лишь в том, скажешь ты добровольно или мне придётся развязать тебе язык.

Элрой не смог удержаться и засмеялся, ведь это было так умилительно -- его пытались запугать. Он не мог удержаться и его смех звучал всё громче и громче, а на глазах выступили слёзы. После невероятно долгих двух с половиной лет окопной войны, когда каждый день рядом рвались снаряды, смерть перестала казаться чем-то воистину страшным.

Сейчас перед незнакомцем стоял безумец, но никак не юный и слабый Элрой.

-- Однажды все мы умрём, раньше или позже, но исход один. Возможно, я проживу сотню лет, а возможно лягу в землю здесь и сейчас. Не всё ль равно?

Незнакомец был поражён этими словами. На какое-то мгновение ему почудилось, что Элрой принял другой облик, в котором можно было узнать опытного воина, уставшего, но не сломленного. Незнакомец нахмурился.

-- Я не знаю, зачем тебе нужно туда попасть, но уверяю, у меня нет какого-то артефакта, что уберегает меня на проклятой земле. Ты не сможешь воспользоваться моим способом, ведь нельзя родиться заново в чужом теле. Кровь... как много зависит от вопросов крови!

Незнакомец с трудом сохранял внешнее спокойствие. Кажется, его опечалил ответ Элроя.

-- Если хочешь, можешь последовать за мной, сделать то же самое, что и я, но не думаю, что тебе понравятся объятья смерти. Я лишь делаю то, что должно было сделать ещё много веков назад.

-- Так вот значит в чём твой секрет.

-- Именно так, Седерик.

Элрой ответил не оглядываясь. Он точно знал кто стоял за его спиной. Маски были сброшены и теперь он либо станет доверенным лицом в паутине интриг, либо его тут и убьют.