Я вернулась, и эта ведьма очень зла!

Глава 3

Когда я подлетела к Земле, Высшие Силы решили пощадить мои нервы, и я впала в какое-то полусонное состояние. Это была прекрасно, так как я уже пыталась начать кричать от ужаса.

Очнулась я уже на чём-то твёрдом, очень жёстком и совершенно неудобным для лежания. Что-то угловатое и довольно острое впилось в мои рёбра, а открытую лодыжку вообще обожгло. Я открыла глаза и обомлела. Место, куда я попала, было совершенно незнакомым и очень запущенным.

Старый дом, нет, ОЧЕНЬ старый дом и ОЧЕНЬ запущенный сад! Я лежала на ступеньках, к которым почти вплотную подступали заросли крапивы. Именно они жалили мои ноги, которые свешивались вниз с крыльца.

Кое-как поднялась и осмотрелась. Время уже клонилось к вечеру, по ощущениям была глубокая осень. Холод и промозглый воздух неприятно ощущались всей кожей. И хотя было довольно темно, никаких огней в окнах вокруг не наблюдалось. Как впрочем, и самих окон и даже домов, где те окна могли бы быть.

Место было почти пустынное и довольно дикое.

«Почти», так как передо мной возвышался старый двухэтажный особняк. Он был деревянным. Кое-где краска облупилась, а где-то вообще отсутствовала и, судя по всему, весьма давно.

Раздался зловещий скрип откуда-то сверху, я испугалась и едва не сиганула опять в заросли жгучей крапивы. Задрав голову, я увидела, что окно на чердаке открыто, и его створку треплет ветер.

А потом случился вообще кошмар! Из того окна в ночное небо вылетела крупная летучая мышь. Я сразу вспомнила истории про вампиров и даже перекрестилась, быстро припоминая, была ли на мне серебряная цепочка с крестиком и как давно я ела чеснок.

На моё счастье архангелы Рая не бросили меня без защиты – крестик на мне был и явно зачарованный, так как слабо светился в темноте. Это придало мне уверенности, что всё может закончиться хорошо.

Я смело постучала в дверь, а когда мне никто не открыл, дёрнула за ручку.

Дверь оказалась заперта, дом не спешил меня впускать. А за спиной я буквально той самой спиной почувствовала нечто зловещее, которое явно хотело меня убить или покалечить. Я опять дёрнула, потом ещё раз и ещё…

Но дверь не поддавалась.

В голове снова вспыхнули воспоминания из детства, когда ещё был жив мой отец. В день, когда он мне рассказал о тайном убежище с сокровищами, папа заставил меня нарисовать непонятный символ. Он напоминал дерево, перевёрнутое корнями вверх.

Я рисовала и рисовала, а папа долго браковал мой творчество, говорил, что я ошиблась то тут, то там. Лишь с десятой или даже двадцатой попытки мне удалось воспроизвести тот загадочный символ без ошибок.

«Что если…» – подумала я и осмотрелась в поисках чего-то пишущего. Неподалёку от крыльца я увидела нечто белое. Стараясь не обжечься о крапиву, я протоптала дорожку к тому месту и обнаружила большой кусок мела. На моё счастье, мел был сухим и мог писать.

Напрягая память, я начала рисовать.

Дверь тоже была обшарпанной и местами доски рассохлись. Поэтому символ выходил перекошенным. Но с третьей попытки мне удалось его воспроизвести достаточно точно.

И тогда дверь резко распахнулась передо мной.

Но обрадоваться я не успела. Прямо мне в лицо из дома ударил шквалистый ветер, от которого я едва не опрокинулась навзничь. В шуме ветра мне почудились слова кого-то страшно рассерженного:

– Уходи! Прочь! Убирайся!

Но терять мне было нечего, мне нужны были сокровища нашего рода, и я продолжила путь вперёд. Так, преодолевая сопротивление непонятного урагана, я проникла в жуткий дом.