Я вернулась, и эта ведьма очень зла!

Глава 8

А что сделала я?

Я вдруг поняла, что теперь именно эти вещи и Мариус – моя настоящая семья. Мои родители умерли и это развязало руки моим врагам. Они решили, что считаться со мной больше нет никакого резона.

В итоге меня попросту убили!

Да, я должна им отомстить, просто обязана!

Но до этого я ещё больше обязана позаботиться об этом доме и всех его обитателях. Да мне и самой уже совершенно некомфортно находиться среди пыли и паутины.

А ещё я только сейчас поняла, что уборка – отличный способ не только привести особняк в порядок и подружиться со всеми, но и примирить совместным трудом злейших противников – Мариуса и Лунца. А посему…

– Так, где тут у вас тряпки и вёдра, вода и мыло? Хватит сидеть в грязи – мы не навозные мухи! Начинаем прибирать!

Мои слова вызвали всеобщий ажиотаж. Стулья радостно запрыгали, ковёр несколько раз свернулся и развернулся, издавая звуки, напоминающие мурлыканье кошки, шторы закружились в танце. И даже Лунц выглянул из-под стола и показал мне большой палец.

Один Мариус скептически нахмурился и выдал:

– Хочешь сказать, что сама тут будешь всё отмывать без помощи слуг и служанок? Или ты про то, чтобы набрать полные карманы денег якобы на их наём, а потом с теми деньгами опять пропадёшь лет на двадцать?

– Нет, – категорически замотала я головой, – это тайное место – так завещал мне мой отец и говорил, что о нём не должен знать никто. Поэтому да, я сама всё сделаю… – а после небольшой интригующей паузы продолжила: С вашей и в том числе с твоей помощью!

Под столом расхохотался портрет, и даже шторы зашелестели, словно нашёптывали друг другу шуточки про хранителя.

– Ну, чего стоим? – окинула я взглядом крепкую фигуру Мариуса. – Топай за водой и инвентарём, а я пока распределю обязанности остальным.

Сказала и осеклась. Как интересно мне могут помочь стулья, стол и занавески? А картина – их же вообще даже хранить полагается в абсолютно сухих условиях, чтобы никакая плесень не попортила краски.

Да и не могли вещи сознательно над собой издеваться и зарастать грязью, если сами могли с ней расправиться!

Кажется, что кроме Мариуса тут помощи ждать не от кого. Да и детина тот ещё помощник – сам зарос щетиной так, что лица не видно. И рубашка давным-давно не стирана и не глажена.

После уборки придётся делать целый пострирочный и помывочный день, чтобы привести обитателей в приличный вид.

Однако помощь пришла, откуда я не ждала.

В воздухе закружил портрет и начал отдавать приказы – ну, чисто генерал!

– Мебель, на выход! Ковёр тоже – нечего путаться под ногами! Шторы тащат посуду к пруду на помывку. Ну а я…

– А ты сейчас виснешь на своём крючке на стене и не отсвечиваешь! – рыкнул на Лунца вернувшийся с водой в вёдрах Мариус. Хранитель был повязан импровизированным кушаком из половых тряпок, которые скинул в воду и отошёл на пару шагов, с усмешкой наблюдая за мной.

Он что, считает, что я белоручка?!

Я лишь фыркнула и начала отжимать тряпку. Потом подтащила ведро поближе к окну и стала его мыть, взгромоздясь на подоконник.

Если честно, то ещё удовольствие – ощущать спиной пытливый мужской взгляд. Но я стойко игнорировала это ощущение, стараясь сосредоточиться на работе.

Примерно через час я более-менее отмыла стёкла с внутренней и внешней стороны. Для этого пришлось прибегнуть к помощи Мариуса, который открыл окно настежь. С улицы сразу потянуло прохладой и на тепло начали слетаться комары. Вот только ни один из них не смог проникнуть внутрь, словно вокруг дома был невидимый защитный купол.

Ещё через пару часов все имеющиеся окна в прихожей сияли чистотой, пропуская внутрь таинственный лунный свет. Это было так завораживающе, что я даже попросила Мариуса приглушить внутреннее освещение.

Хранитель стоял рядом со мной у окна и почему-то тяжело дышал. А мне вдруг стало так тепло и уютно от его присутствия, что я сделала шаг назад и впечаталась в его сильное тело. Сильные руки хранителя легли на мою талию, а его голова, судя по дыханию, что я ощущала, наклонилась к моей шее.

– Так, что вы тут устроили? – раздался недовольный окрик Лунца. – Не успела приехать девочка, этот кобель уже её лапает своими грязными руками!

Мариус громко зарычал, а я вынуждена была отстраниться.