Я вернулась, и эта ведьма очень зла!

Глава 9

С остальной уборкой придётся подождать до утра. Надо будет и моих новых знакомых отмыть и отчистить от пыли и грязи.

Найти бы олифу или какой-то лак для дерева, чтобы обновить защитный слой у стола и стульев.

Ковёр хорошо бы выбить на улице от накопившейся пыли и возможных личинок моли. Только я сильно сомневалась, что умный коврик позволит его лупить, как сидорову козу. Насколько я успела понять, у него очень тонкая и ранимая душа, а всякие жестокости в обращении скорее нужны коврам-мазохистам.

Постираю шторы и развешу сушиться на солнышке.

Портрет Лунца бы тоже покрыть лаком или олифой.

А хранителя я…

Воображение тут же нарисовало мне дико провокационную и возбуждающую картинку, где я тру мочалкой широкую спину и грудь абсолютно голого Мариуса, сидящего в ванне с мыльной водой… Он довольно улыбается и урчит, как довольный кот.

Нет уж, пусть сам себя моет – не маленький!

Время было далеко за полночь. Очень хотелось спать, а ещё, конечно, есть. Съеденные в райском саду яблочки давным-давно переварились. Но кажется и со сном, и с ужином, или точнее ночным жором, будут проблемы.

А ведь я в детстве очень любила сказку про Аленький цветочек, где купцу, а потом и Настеньке, волшебный замок сам готовил вкусные пироги и десерты. Может быть, поинтересоваться у Мариуса – нет ли в закромах особняка скатерти-самобранки или волшебного горшочка, варящего кашу. Я и от волшебной мельницы Сампо не откажусь!

Видимо мой уставший и голодный вид так впечатлил этот дом, что он сам без помощи Мариуса и остальных решил обо мне позаботиться.

Рядом со мной что-то сильно засверкало, и в этом сиянии материализовались кушетка с подушкой и пледом, а рядом с ней низкий столик с кувшином молока и двумя булочками на тарелке.

Это конечно не пир горой, на который я рассчитывала в мечтах, но всё равно здорово. Да и пахли булочки просто изумительно.

Чашек, кстати, было две.

Кажется, это был какой-то тест на мою щедрость. Проверка на вшивость!

Я не стала упрямиться и сделала точно так, как мне навязывали. Наполнила обе кружки, взяла одну булочку и чашку, а остальное пододвинула к Мариусу.

– Ешь сама, – отказался детина, – тебе нужнее, а то ещё похудеешь.

Я даже поперхнулась от гнусного намёка на мою полноту. Между прочим, я вообще ни разу не толстая, просто в Раю нас отлично кормили!

– Да нет уж, присоединяйся, а то потеряешь сознание от истощения. Чтобы были силы так вредничать, нужно есть, как лошадь. Точнее конь.

Хранитель со смехом фыркнул, а потом демонстративно сдался, поднимая руки вверх. Уселся прямо передо мной и отщипнул ма-а-аленький кусочек булочки. Закатил глаза от восторга, ме-е-едленно её пережёвывая. Гад делал всё для того, чтобы я слюной подавилась.

– Ах, какой вкус! Ах, как же приятно… А ты со мной ещё не поделишься? – заявил этот невозможный наглец. Я и так уже сто раз пожалела, что отдала ему вторую булку, а он теперь уже на мою заглядывается!

Я спешно проглотила остатки сдобы и запила молоком.

– Жадина! – резюмировал Мариус.

Я не стала спорить и показала хранителю язык.

После еды потянуло в сон, и я начала зевать, глаза сами собой закрывались.

Я даже не заметила, как оказалась в горизонтальном положении, а меня накрыли пледом. И, кажется, что позаботился обо мне тот невозможный наглец, что доставал своими шуточками до этого. Проснусь и обязательно придушу его! Может быть, даже два или три раза… Лучше четыре! Если не забуду…