Я вернусь к нормальной жизни

17

Чиркая пером по пергаменту, Гермиона хмурила брови и нервно трясла ногой. Самым логичным решением было отказаться от завтрашней встречи с Асторией. Скорее всего та не останется в обиде, если Гермиона сообщит о том, что плохо себя чувствует. Хотя бы потому что это было правдой. В душе что-то разрывалось на части, когда утром в дверь снова постучали, но она не открыла Теодору Нотту. Не выпила с ним кофе. Не поговорила перед совещанием. Она вовсе никуда не пошла.

Под конец рабочего дня Гермиона отправила письмо, поднявшись в совятню. Это был первый раз за день, когда она покинула свой кабинет. Говорить и видеть кого-либо не хотелось, пока мысли растягивали дыру в груди. Её тошнило от самой себя. Тошнило от слабости, которой удалось взять над ней вверх. Теперь она разрушает себя, не жалея, но зная точно, что она виновата отчасти в том, что произошло.

Дома было тихо.

Укутавшись в теплый плед, Гермиона сидела на небольшом диване и смотрела на языки пламени. Из камина исходили звуки треска, которые приятно ударяли в голове. Становилось темнее и темнее, она чувствовала себя слабее, как никогда. Гермиона задумалась о том, что почти не помнит первые два года после войны. Что она делала, кем была. Разве что Хогвартс ей удалось окончить. Сдать экзамены, подружиться со слизеринцами, каким-то образом влюбиться в Малфоя. Эти годы проведённые, как в коме. Но только сейчас она спросила саму себя: Почему она работала в Дырявом котле, когда была возможность пойти в Министерство? Слова Кингсли в голове прокручивались эхом: «Я долго ждал вашего возвращения, мисс Грейнджер», но чтобы это могло означать? Кингсли знал о её депрессивном состоянии все четыре года? Гермиона совсем запуталась. Ей было тяжело чувствовать потерянную дружбу с Гарри и Роном, война съела их взаимоотношения. Тяжело смотреть на человека, когда видишь в его глазах отражение пережитой боли. Весь ужас, через который они прошли. Но ведь прошли, смогли, остались живы. И почему бы не жить дальше, зачем Гермионе нужно было ждать Малфоя, переживать за него, когда у человека уже совсем другая жизнь. Они расстались, но Гермиона не помнит как. Он оставил её, но почему? Что ускользнуло из памяти, чтобы получилось собрать пазл до конца?

Размышляя над вопросами, Гермиона в ужасе поняла одну вещь. Она сама не хотела этого. Вспоминать о том, что было. Что если она наложила на себя Обливиэйт, стерев трагические воспоминания о прошлом. А сейчас её мозг борется за правду против её воли.

В дверь постучали. Гермиона схватила палочку и медленно подошла к выходу. Время близилось к полуночи, она не ждала гостей и никого не приглашала.

—Гермиона, открой дверь, это Джинни, —послышался голос по ту сторону.

Сняв защитные чары, она впустила подругу домой.

Джинни вбежала в гостиную, наматывая шаги по небольшой комнатке. Её пальцы зарылись в волосах, в то время, как потухший взгляд изучал ковёр.

—Джинни? —тихо произнесла Гермиона.

—Присядь, пожалуйста, —голос рыжей девушки дрожал.

Гермиона присела в кресло не сводя взгляда с подруги. Глаза Джинни были красными от слёз, её тело заметно дрожало. Она присела на диван напротив Гермионы и поджала губы, вот-вот расплачется. Гермиона молчала, с пониманием ждала, когда та придёт в себя. Страх всё же всосался в кровь, заставив и другую нервно постукивать пальцем по подлокотнику. Джинни тяжело дышала, пытаясь собраться с мыслями и немного успокоить нервы, чтобы сказать хоть слово. Но если скажет, то заплачет снова.

—Рон пропал.

Гермиона встретилась взглядом с Джинни, которая отразила всю боль.

—Я знаю, знаю, что вчера ещё всё было хорошо. Нет, он не дома, его нет у родителей в Норе. Я связалась с Дафной, она сказала, что они виделись два дня назад. Он не пришёл на работу.

Джинни плакала, суетливо размахивая трясущимися руками в воздухе.

—Джинни…

—Нет, —громко сказала бывшая Уизли.—Не перебивай меня, пожалуйста, Гермиона. Вы с Гарри одинаково говорите о том, что нет повода переживать. Но вы оба точно так же хорошо знаете Рона, он бы никогда так просто не исчез. Ты видела, как вчера он светился от счастья, что-то произошло… Я чувствую, что с ним что-то случилось. И ещё… Гарри после того, как узнал об этом, стал странно себя вести. Сказал, что я только накручиваю себя. Он до сих пор не вернулся с работы. Я сойду с ума, если с Роном что-то произойдёт.

Джинни громко заплакала, уронив лицо в ладони перед собой. Она до последнего боялась рассказывать о чём-либо Гермионе, не хотела втягивать её. Но после того, как Гарри отверг Джинни, подумав, что та говорит глупости, она не выдержала своей беспомощности в ситуации, чувствуя, что её брат в беде.

—Мои патронусы, Гермиона…—голос дрожал, сквозь сбившееся дыхание.—Они не доходят до него, будто его нет в живых. Ни один патронус не дошёл…

Внутри Гермионы всё сжалось. Где-то в глубине себя она понимала, что Джинни права. Она верила каждому её слову. Знала, что подруга не будет из неоткуда наводить панику.

—Гарри…—прошептала Джинни, сглатывая ком в горле.—Он же такой, всегда поможет и ни к кому не обратиться. Ещё один упрямый баран, что рискует своей жизнью, несмотря ни на что. Я боюсь потерять его тоже, Гермиона, я очень боюсь, что всё возвращается. Что война ещё не закончилась… Что Пожиратели смерти вернулись.

—Джинни, —девушка наградила подругу сочувствующим взглядом. Она прекрасно понимала состояние, в котором та находилась. Вся неуверенность в завтрашнем дне, страх войны, потеря близких. Это останется навсегда в памяти. Весь кошмар реальности из прошлого по сей день всплывает четкими картинками в голове. Единственное, что они хотели это спокойной жизни. Обыкновенного спокойствия.

—Ты же не знаешь…—голос Джинни дрогнул и она на секунду замолчала.—Я поплачусь за свои слова, но ты должна знать. Спустя месяц после победы над Волан-де-Мортом начались восстания. Некоторые Пожиратели Смерти продолжили идеологию Тёмного Лорда, скорее всего у них был новый Правитель. В то время моя семья была всё время дома, мы занялись восстановлением Норы. Очень тяжело было после потери Фреда. Каждый из нас нуждался поддержке, поэтому мы с Роном не вернулись в Хогвартс, чтобы быть рядом с семьёй. Одной ночью пришло письмо для Рона, в котором Гарри сообщил, что творится что-то странное и Министерство магии берёт на себя ответственность, чтобы повергнуть восстание в течение некоторого времени. Люди только приходили в себя после хаоса, как началось тоже самое. Министерство магии держало в секрете данный факт, проводя собственное расследование. Я не знаю, кто создал организацию в борьбе с Пожирателями, но утихло всё быстро. Пожирателями оказалась небольшая группа людей. Авроры в короткие сроки подавили нависшую угрозу. Об этом я узнала от Гарри спустя месяц после его письма. Он просил меня молчать о тайной операции, но ты сама понимаешь, как страшно было жить, думая о том, есть ли завтра? Он не мог рассказать мне большего, но я уверенна, что принимал участие… Он точно сражался, скрывая это от всех. Я боюсь, Гермиона, что Рон попал в беду, что Пожиратели снова скоро заявят о себе.