Я вернусь к нормальной жизни

36. Прошлое часть 12

Июнь, 1998г.

Люмос, вырвавшийся из кончика палочки, дрожал в воздухе, выхватывая из мрака бледные, искаженные ужасом лица. Вода. Она была повсюду — ледяная, мутная, поднимающаяся с пугающей быстротой, уже обвивая щиколотки, цепкая, как руки утопленника.

— Что за чёртовщина?! — голос Невилла сорвался в крик, эхом отразившись от сырых каменных стен.

Его пальцы судорожно сжимали палочку, снова и снова высекая искры заклинания, но свет гас, будто поглощаемый самой тьмой.

Гермиона и Драко двинулись синхронно, плечом к плечу. Трубы гудели, извергая потоки с такой силой, что брызги хлестали им в лица.

Драко взмахнул палочкой резко, почти отчаянно. Ничего.

Гермиона повторила, голос твёрдый, но в глазах — та же тревога.

Тишина. Только бульканье воды, поднимающейся выше.

— Это не просто поломка, — прошептала она и почувствовала, как по спине пробежал холодок, не имеющий ничего общего с ледяной влагой вокруг.

Кингсли и Дерин стояли у двери, могучие заклинатели, чьи силы когда-то сокрушали врагов, теперь бились против простого замка — и проигрывали. Металл скрипел, но не поддавался, будто заговорённый чем-то древним, чем-то неправильным.

— Нас кто-то запер здесь, — сказал Драко, и слова повисли в воздухе, тяжёлые, как предзнаменование.

Вода уже доходила до колен.

Воздух в затопленной камере был тяжёлым и спёртым, пахнущим ржавым металлом и влажным камнем. Свет от её заклинания дрожал на поверхности чёрной воды, отбрасывая нервные блики на его осунувшееся лицо.

— Гермиона, — его голос прозвучал низко, почти хрипло, разрезая гнетущую тишину, и её имя на его устах показалось не словом, а физическим ощущением — тёплым пятном в ледяной воде, сжавшей её грудь.

В его взгляде не было привычной насмешки, только та же паника, что грызла и её изнутри, и что-то ещё... что-то тёмное и напряжённое, заставившее её сердце сделать неровный, болезненный удар. Она забыла о леденящей воде, поднимающейся к поясу, о склизких стенах, смыкающихся вокруг. На мгновение мир сузился до бледного лица Малфоя, до серых глаз, в которых пульсировал тот же самый, неприкрытый страх. Она тонула в них, и это было страшнее, чем тонуть в воде.

Пальцы его, побелевшие от холода, дрожа, полезли в пропитанный водой жилет. Звук застёжки прозвучал как выстрел.

— Портключи, я нашёл, — он выдохнул, и голос его сорвался, выдав то напряжение, которое сквозило в каждой его мышце. Он достал один из портключей, которые она прятала каждый раз в его жилетку перед вылазками.

Гермиона кивнула, движение было резким, почти судорожным. Её собственные пальцы, одеревеневшие от холода, с трудом разжались, чтобы принять один из портключей.

— Точно, — её шёпот был хриплым, чужим, рождённым не в разуме, а в инстинкте - главное выжить. Это был не голос волшебницы, а голос загнанного зверя, увидевшего лазейку из ловушки.

Вода хлюпнула тяжёлым, ледяным саваном, цепляясь за каждое движение.

— У нас есть портключи! — голос Гермионы прозвучал резко, как щелчок взведённого курка, заглушая на мгновение монотонный шёпот поднимающейся воды.

— Отлично, давайте, поскорее выберемся отсюда, — Невилл заковылял к ним, и чёрная вода сгустилась вокруг его бёдер, вязкая, как смола, замедляя каждый шаг.

Свет от чужого Люмоса ударил Гермионе прямо в лицо, ослепительный и резкий, заставив её отшатнуться. Она инстинктивно вскинула руки, щурясь в сиянии, за которым угадывалось бледное, искажённое беспокойством лицо Дерина.

— Кажется, у Министра судорога!

— Я иду к вам! — бросила Грейнджер, её голос сорвался на высокой ноте, пропитанной адреналином. На секунду её взгляд метнулся к Драко — ледяной, полный неоспоримого приказа. — Бери Невилла и уходите.

Её губы были синими, почти фиолетовыми на фоне мертвенной бледности кожи. Прежде чем она успела развернуться, его пальцы, холодные и цепкие, как стальные клещи, сомкнулись на её запястье, останавливая порыв. Вода, поднявшаяся уже к самой груди, лениво булькнула вокруг них.

— Нет, — его слова были тихими, но отточенными, как лезвие. Взгляд, полный тёмного недоверия, скользнул в сторону Дерина, задерживаясь на нём на долю секунды дольше необходимого. — Я готов уйти только после тебя.

Гермиона резко дёрнула головой, смахнув мокрые пряди со лба, и её глаза вспыхнули яростью.

— Отдай портключ Невиллу, — её голос стал низким, сиплым, голосом стратега, принимающего решение в гуще боя. — Я отдам ключ Министру и Дерину, и мы трансгрессируем отсюда вместе, — Она кивнула в сторону Лонгботтома, чьё дыхание уже стало частым и поверхностным, а глаза округлились от нарастающей, немой паники. — Кажется, у него скоро будет паническая атака.

Пальцы Драко ещё на мгновение сжали её запястье — не чтобы удержать, а как клятва, как молчаливое подтверждение. Затем он резко кивнул, разжал хватку и, отправив ей последний испепеляющий взгляд, начал пробиваться сквозь чёрную воду к Невиллу.

Гермиона не теряла считанных секунд. Ледяная вода сжимала грудь тисками, каждый взрыв сердца отдавался в висках тяжёлым молотом. Она пробилась к Министру, его массивная фигура осела, лицо замерло в маске боли. Сунув ему в неподвижные пальцы шершавый деревянный шарик, мир вздрогнул, и Кингсли исчез с глухим хлюпающим всплеском, будто вода вырвала кусок плоти.

— Возьми портключ! — её голос был хриплым, сдавленным рёвом, заглушаемым водой, подбирающейся к самому подбородку. Она впихнула завёрнутый в промасленную кожу шар в руку Дерина. Его пальцы судорожно сомкнулись на свёртке. — Он перенесёт тебя в Мунго. Встретимся там, я подойду позже вместе с...

Разворот. Резкий толчок ногами. И тут мир опрокинулся.

Свет погас, сменившись хаотичным мельтешением теней и пузырей.

Последнее, что успел зафиксировать мозг, — силуэт, рассекающий чёрную воду. Бледное лицо, искажённое не криком, а каким-то яростным молчанием. Драко. Он не шёл — он плыл. Бросался вперёд, к ней, сквозь наступающую темноту.