Я верю тебе, лжец

Глава 7 – Мама?

Суббота началась поздно у всех, кроме меня, Серёжи и тёть Вали, которая устремилась к нам домой в восемь утра и теперь несла хмурого, но уже смирившегося со своей нелёгкой долей тискаемого внука, малыша, пока я везла коляску по асфальту и нервно слушала бывшую почти-свекровь.

- Мой ты пирожочек, худенький такой! Ну ничего, папа твой тоже был таким же светленьким и маленьким, - она гладила ребёнка по голове, не смотря на дорогу, - бабушка тебя откормит! Бабушка тебя теперь избалует! Мой ты маленький котёночек, я бы тебя себе оставила, но видишь мама на папу твоего ругается, - она тяжело вздохнула, - Машенька, ну обманули его, ну что ты в самом деле? А он поверил и… но всё это время страдал по тебе. Спал плохо, осунулся, сильно болел, думая, что ты его предала. Он не плохой, правда! А любит тебя как, - она сбавила тон, - чтобы не говорил Олеське, но тебя вспоминает так часто, - она довольно покивала, - обиделся на тебя, а эти… языки злые его только и обманули. Не виноват он в том, что так случилось, пойми ты, Маш. Малыш, вон, без папы сколько жил! А ещё и… - она открыла мне высокие ворота и пропустила меня вперёд, - Маш, а чего ты ко мне не подошла, когда узнала, что живот-то расти начал? Ты же знаешь, что я бы расшиблась, но вам с Серёженькой жизнь устроила! Мать выгнала, не хочешь с нами жить, то я бы тебя в старый дом наш пустила, всё бы купила, коляска вон… старая какая у тебя! Завтра в город поедем с папой, он сам предложил купить вам всего. Так что, ты мне скажи сейчас, я запишу что тебе ещё нужно, ну и так по мелочи. Ты только не злись на нас, Маш, мы же тебя всегда любили – мы сейчас ради вас с Серёженькой что угодно сделаем, только… простила бы ты Диму, а? Сама же знаешь, что он сразу бы ответственность за ребёнка взял, если бы про него не скрывала. Уж я то знаю, что хорошо сына воспитала – он у меня не как этот… смотри-ка нашёл к чему этот Петька пристать! К ребёнку чужому! – она выдала мне те самые махровые тапочки, в которых я здесь всегда ходила и указала из прихожей в гостиную, - не морозь на кафеле ножки и малыша не сади. Хотя… я сейчас включу этот… тёплый пол, вот пусть Серёжа на ковре и… исследует дом. Ему же здесь жить… может быть.

Она хлопала на меня ресницами с мольбой.

- Я вам уже сказала, что сам Дима, если захочет, или вы можете с ребёнком проводить время, н-но я… - начала было.

Она сверкнула глазами и поджала губы. А после совсем отвернулась, чтобы налить кипяток в заварник и наполнить кухню-гостиную ароматом зелёных пряных листочков.

- Естественно может, кто бы ему запретил! – фыркнула она и тут же скисла, - только подумала бы ты об этом самом ребёнке, пока не поздно. Серёже то папа сильно нужен! Если бы доченька была, то еще можно было бы подумать, но мальчик же, милая. Мальчика одна мама растить не может, папа должен быть рядом. Это очень важно!

Почему я в этот момент подумала о Феде? Он вчера ещё подпил и так печально нас провожал до дома, что я его ещё минут двадцать на лавочке у забора жалела, по голове наглаживая и в щёки попеременно целуя, пока он не начал засыпать и его не пришлось отправить домой.

- Давай я папе нашему скажу, чтобы он сегодня вечером ваши вещи на машине перевёз? – разразила тишину громом своего голоса Димина мама, - я в комнате уберусь… нет-нет! Не в Диминой, соседнюю тебе определим. Ту большую, видела же? Там и ванная своя и кроватку завтра купим, и я тут тебе помогать буду, а ты отдохнешь от всей этой… - она явно вспомнила, что нашла меня в огороде кверху попой, - я тебе обещаю, что в этот раз ничего не буду тебя просить делать. Всё сама буду, Маш. Денюжек тебе буду давать, м?

Я помотала головой. Не надо мне такого счастья.

- Дима будет против, - решила вцепиться в это я, - у него новая девушка.

- Да в задницу эту девушку! – прорычала бывшая свекровь и сразу же закрыла свой рот ладонью от произнесённого ею ругательства, - Ма-ашенька, солнышко. Пойми ты уже, что сейчас важнее вы с Сережей, а не какая-то там девушка. Если Дима не поймёт сразу, то потом до него точно доберётся мысль, что малыш важнее, чем… да и мы ему объясним, что ничего у тебя с этим паразитом Федькой не было, и невиновная ты. Я костьми лягу, но докажу ему!

Сделала бы она это, когда мы с ним ругались. Она же предпочитала орать и позорить меня, говоря, что такая как я дрянь не подходит для их благородной семьи. Что изменилось сейчас?

- Зачем я вам? – сделала глоток чая я, - понятно, что вы хотите внука поближе, но я несколько раз вам сказала, что когда он подрастёт, то если захочет, то я буду отпускать и с ночевкой сюда. Но вы говорите именно о моём переезде. Для чего? Мне всегда казалось, что вы меня терпите.

Её глаза расширились. Она быстро замотала головой в испуге.

- Я всегда любила тебя, моя ты хорошая! – заверяла меня женщина, - ты же вон какая правильная. Домашняя, послушная, тихая, готовишь вкусно, всё по дому, всегда ухоженная, красивая какая! А сейчас ещё и Серёжку родила, всё, как я и хотела раньше! Знала бы ты как я молилась, чтобы у вас всё сложилась, помнишь же, что ты у нас как член семьи была, и без свадьбы. Ты ещё и вещи кое-какие оставила, когда уходила в последний раз, а я убрала, оставила, Машенька. Тебя ждала, как знала, что ты вернёшься. Хранила, я же тебе это покупала! Так я и сейчас… завтра поедем, Серёжке и тебе всего купим!

- Мне ничего не нужно, - забрала у неё вырывающегося сына, - и я не хочу здесь жить. Сами же понимаете, что… ничего не получится. Дима в прошлом.

Она всхлипнула, стёрла рванувшую по щеке слезу, а после совсем закрыла лицо руками.

- Простите, что расстроила, - в моей голове мелькали те слова, которыми она описывала меня, когда меня бросал Дима, - нам пора. Дома много дел и…

- Это я во всем виновата-а… - плакала теть Валя, - надо было тебя держать и не отпускать от себя далеко, а так и вышло всё по-дурацки-и… Машенька, ну прости ты нас с Димой! Ну слухи это те дурацки-ие! Кто же знал, что ты уже с малышом ходишь? Я-то всё сомневалась… а сын сразу поверил и… да за что мне всё это?! А-а сейчас!.. гордая девочка, а мы теперь плачь и думай, как семью восстановить…