Я все могу !!!

Эпилог

Я сидела на крыльце нашего загородного нового дома, гладя огромный живот под пижамной майкой. Давно миновал полдень, а я даже не переоделась в повседневную одежду. Расческа не касалась моих отросших волос со вчерашнего вечера. Представляю, что у меня на голове.

— Привет. Опять хандришь?, - выскочила,из подъехавшего такси, моя подруга Женька.

Она поднялась по ступенькам и плюхнулась на кресло рядом со мной.

— Здравствуй. Как-то мне не по себе с утра, - уныло проговорила я.

— «Тебе не по себе с утра» каждый день с момента, как ты узнала о своей беременности.

— Не правда, какие-то проблески у меня бывают, - улыбнулась подруге. Умеет поднять мне настроение.

— Бывают, но очень редко. Если честно, ты уже всех достала. Твоя бабушка и Гертруда постоянно рядом, исполняют все твои прихоти. Про Метельского я вообще молчу. Даже дышать боится в твою сторону. Прыгает вокруг тебя, как дрессированная собачка.

— Что мне делать, если мне трудно даже ухаживать за собой? А одеть обувь без посторонней помощи вообще не могу. Бесит до безобразия. Я - как слон в посудной лавке. Где прохожу, обязательно что-то зацеплю. Вчера решила перекусить, взяла вилку и уронила её. А поднять не могу, живот мешает, - жаловалась подруге.

— Взяла бы другую вилку. В чем проблема? - у Женьки все решалось быстро и просто.

— И правда. Я и не подумала. У меня последнее время вместо мозгов, кисель какой-то. Все меня терпят, - и я протяжно завыла. Слёзы градом потекли из глаз.

На крыльцо вышел мой новоиспечённый муж. Ну как, новый. Расписались мы год назад, сразу после примерения. Паша настоял. Свадьбу организовали за месяц. Как раз бабуля с Гертрудой вернулись из реабилитационного центра. После свадьбы мы с Метельским подыскали дом и переехали вместе с нашими старушками. Первое время наша фрау всё порывалась уехать на родину, боясь, что мешает нам, но я забеременела и пришлось отложить возвращение на неопределённый срок. Паша попросил помочь её и не зря. Беременность проходила сложно. Первый триместр полоскало меня знатно, ничего не задерживалось в организме. Пришлось уйти с работы. Потом ежедневная тошнота ушла, но появились другие проблемы. Однажды мне захотелось манную кашу с тыквой. Вроде ничего сверхъестественного, если не считать того, что эту кашу я с детства терпеть не могла, а тыкву никогда не пробовала и видела ее только на картинках или на рынке. Пришлось ночью Метельскому ехать в город и искать эти продукты. А бабуле варить это месиво. Почему месиво? Да, потому-что, когда блюдо было готово, я напрочь отказалась его кушать. Меня начинало подташнивать от одного вида. Конечно, и Паша, и бабуля обиделись, но вида не подали.

Теперь у нас дома филиал мини-маркета. Есть, практически, весь ассортимент. Бабуля с Гертрудой готовят для меня потрясающие блюда.

Только разобрались с моим питанием, встал другой вопрос. Я набрала энное количество килограмм, и вырос живот. Рада я была только тому, что ребёнок хорошо питается и получает все необходимое. Мне стало тяжело передвигаться и ухаживать за собой. Постоянно думала о том, что такую толстую тётку бросит муж и постоянно высказывала это Метельскому. Надо отдать должное его терпению. В такие минуты моего нытья, он садил меня на колени, гладил живот и округлившееся тело, приговаривая, какая я красивая-любимая и рожу такую красивую-любимую дочурку. Да, УЗИ показало, что у нас будет девочка.

— Женя, хватит распекать моих самых дорогих девочек, - встрял в разговор Метельский, вышедший из дома.

В руках у нег была расческа. Он обошёл мое кресло и стал сзади. Снял с моего хиленького пучка на голове резинку и стал расчесывать волосы.

— Ооо, Господи. Ничего не изменилось за те несколько дней, пока меня не было. Всё крутится вокруг Елены Прекрасной! А ты не задумывался, Метельский, что когда родится ваш ребёнок, за ним надо ухаживать, кормить, поить, купать! И это должна делать мать! А у неё в голове толко жалобы и нытьё. Лена, надо брать себя в руки! Долой плохое настроение и депрессию. Ты теперь не только за себя в ответе, но и за ещё народившуюся малышку! Тебе скоро рожать! Срок ставят через неделю! - распекала меня и Пашу Женька.

— Я соберусь, обещаю. Я буду самой прекрасной матерью на свете, - ответила своей лучшей подруге.

Слова Жени дошли до меня. И правда, хватит хандрить. У меня есть всё - и любимый муж, и бабуля, и Гертруда, которые помогут в любой момент. Но, я - мать! И должна сделать всё для нашей девочки.

Паша закончил манипуляции с моими волосами, заплёл две аккуратные косички. Где только научился?

— Теперь мы переоденемся в платье и будем самыми опрятными в мире, - сюсюкался со мной Метельский.

— Да, назло нашей будущей крестной, - я погладила живот. В ответ уловила толчок, - Наша малышка со мной согласна, - Паша положил свою руку поверх моей и мы почувствовали очередное шевеление.

— Видишь, Евгения, наша дочурка даёт о себе знать. Значит у неё все хорошо, - глупо улыбаясь обратился Паша к моей подруге. Он всегда так реагировал на толчки и шевеления.

— Всё, с меня хватит. Я поехала. А вы оставайтесь в своей идиллии, - Женя встала с кресла, - Мозги твоей жене я вставила на некоторое время, - обратилась к Паше, - Не скучайте, через несколько дней приеду. Когда госпитализация?

— Врачи настаивают на послезавтра, - ответил муж, - Но Лена не хочет. Уговаривает меня остаться дома до схваток.

— Извините, но у меня кресло стало мокрым, - недоуменно прервала их разговор.

Женька подскочила ко мне и посмотрела на пол подо мной.

— Кажется началось! У Лены воды отошли! - закричала на всю Ивановскую.

Что тут началось!!! Метельский стоял в ступоре, приговаривая - Как же так? Ещё рано. Мы не готовы.

Бабуля выскочив из дома подбежала ко мне, погладила по голове и опять убежала. Через несколько секунд она и Гертруда начали выносить сумки на крыльцо. Среди них я заметила ту, которую мы собрали в роддом. Но зачем другие десять, понять не могла. А они продолжали выносить всё новые.