Я все отдам тебе земное

Глава 4

Этак лет двести назад

Ник Ольсен едва не упал в обморок, когда рядом с ним материализовался невесть откуда появившийся громила с ангельской внешностью на голову выше не только его, но и самого барона Вильсона, с которым Ник только что сражался. А барон, все же отличался немаленьким ростом.

— Ты кто? — заикаясь, спросил граф, закатывая глаза и норовя все же грохнуться наземь без чувств.

— Твой ангел-хранитель. Например… Не переживай, это на время, — ответил ангел Гадриэль густым басом. А что ему еще сказать?

Ему в человечьем обличие и самому не нравились ни его ангельское личико, ни шкафообразное тело, ни громоподобный голос, которые, ну никак не вязались друг с другом. Основная проблема, опять же, его земного пребывания — одежду разыскать, чтобы ни в плечах не жала, ни движений не сковывала. Он всегда удивлялся, кого демон раздевал, чтобы ему доставить вовремя и камзол по размеру, и панталоны. Только с обувью угадать никогда не получалось, наверное, просто потому, что у людей таких огромных ступней отродясь не бывало, и в лавках разыскать не получалось — не тачали сапожники туфли огромных размеров, если на них спроса не было. Какое-то время приходилось ходить босым, пока ему не шили обувь на заказ, ахая сняв мерки.

Гадриэль уже несколько раз подумывал завести на земле тайник со шмотками, чтобы не беспредельничать всякий раз, когда его за провинность сбрасывали на землю и лишали крыльев. Имея такой схрон он смог бы культурно переодеться и обуться, дожидаясь материализации. Не всегда же с ним рядом в трудную минуту демон оказывался. Только какой там? Как только его возвращали на облако, сразу Гадриэль благополучно забывал о своих благих намерениях. Да и бедокурил он обычно только с демоном Даниэлем. Пусть и не были они друзьями в принятом понимании этого слова, но поддержку друг другу в трудную минуту все же оказывали.

— Кстати, — ангел подхватил Ника под мышки и буквально поволок в сторону дворца, — у тебя еще и демон-хранитель имеется. Забыл как-то тебе сразу сказать об этом.

— И он, что, как и ты станет видимым? — растерялся граф, представив, что рядом с ним будет находиться еще одно шкафообразное создание кроваво-красного цвета с рогами и хвостом. Но больше его почему-то смущал нос пятачком.

— Нет, все время видимым буду только я, — заверил его Гадриэль, — и то только потому, что меня лишили нимба и крыльев. Но тот тоже рядом. Эй! Даниэль! — окликнул он демона.

— Здесь я, — отозвался тот и легко прикоснулся к руке графа, отчего у Ника на всем теле каждый волосок встал дыбом от ужаса, а кожа покрылась мурашками.

— Но если ты захочешь, то демон сбросит крылья и тоже станет видимым. Хочешь? — ангел сначала обратился к Нику, а потом к демону: — Даниэль, ты хочешь порадовать Ника своим внешним видом?

— Он к тебе еще не привык, — проворчал демон. — Успеется.

Молодой граф же скромно промолчал.

— Ежели надо чего, не стесняйся, обращайся, — предложил Гадриэль Нику. — Например, пока мы здесь, поможем сестрицу пристроить в хорошие руки, то есть замуж удачно выдадим. Это мы можем. Это нам раз плюнуть. Ты ведь здесь толчешься из-за нее? В свет, так сказать, ее вывел? И сразу нарвался на скандал, завершившийся дуэлью?

Ник Ольсен обреченно качнул головой. Так оно и было, он старшим остался недавно в их семье, хотя и самому минуло всего девятнадцать. А сестричка была его на год моложе. Сбагрить бы ее с рук побыстрее... Матушка скончалась совсем недавно, чахла, чахла много лет, а прошлую осень не перенесла. Как зарядили дожди, она слегла и больше не встала. А батюшка Ника помер годом раньше, точнее, сломал шею во время охоты, свалившись с лошади. Большой был любитель зверя пострелять — и собак держал свору, и десяток отличных жеребцов. После его похорон Ник весьма выгодно распродал и первых, и вторых — ему это все было ни к чему, не увлекался он охотой. Ему бы за книжкой посидеть перед камином долгими зимними вечерами.

— Да, кстати, я тут нимб и крылья потерял где-то в парке. Нигде не видел? Не попадались на глаза? — спросил вдруг Гадриэль. — А может, и не в парке. Ветром могло отнести далеко от места моего падения на тебя.

Ник отчаянно замотал головой и с сомнением посмотрел на громилу, который продолжал тащить его ко дворцу, а он лишь болтал ногами в воздухе.

— Не веришь? — совершенно искренне изумился ангел и поставил свою ношу на землю. Никто раньше не подвергал сомнению его слова. Сказал, значит, так оно и было. А молодой граф осмелился. Обладай Гадриэль своими сверхспособностями, как раньше, показал бы этому мальчишке что по чем.

Ангел повернулся к Нику спиной, скинул камзол и задрал рубашку, демонстрируя спину с ранами от вырванных с мясом крыльев. Раны были свежими и кровоточили. Впрочем, они никогда не затягивались, пока крылья не возвращались на свои места.

Ник пошатнулся и стал падать навзничь.

— Не пугай парня, — негромко попросил демон. — Тебе, что, делать нечего?

Он подхватил Ника и привел в чувство. Это ему легко.

Граф опять пошатнулся и опять чуть не упал. На этот раз его поймал Гадриэль.

— Помолчи уж лучше, — попросил он Даниэля. — Ты его пугаешь больше, чем я. Я хотя бы видимый.

— Я вас боюсь обоих, — прошептал Ник и все же лишился сознания.

— Что за слабый народ, эти людишки, — проворчал недовольно ангел, дожидаясь, когда Даниэль снова приведет парня в нормальное состояние. Сам он не мог этого сделать — лишен был магических способностей на время, а пузырьками с нюхательной солью еще не обзавелся. Обязательно надо, чтобы граф своими ногами дошел до дворца, представил его свету, как своего пятиюродного родственника по линии матери, нашел там свою сестру Эмилию, которая где-то сплетничала с фрейлинами, пока ее братца лишали жизни, и уже потом втроем, демон не в счет, они отправятся домой к графу Ольсену.