Я – выжившая

Отступление первое

Как-то всё слишком сложно. Пугала сама вспышка, которая произошла всего две недели назад. И пугало не то, что она произошла так быстро, а её последствия.
Для начала стоит отметить тот факт, что никто даже не подозревал о том, что она произойдёт. Всем с детства твердят о предвестниках, которых на этот раз не было. Никто не знал, как на это реагировать. Сейчас на ушах стоят все верхушки этого мира, пытаясь успокоить людей. Выделяются огромные деньги на похороны погибших. А ведь погибло немало! Только одних неиммунных насчитали более миллиона, но ведь есть и те, кто погиб во время взрыва. Кого-то не успели вытащить из-под обломков, кто-то попал в аварию или утонул. Да, много таких случаев! И они были магами или оборотнями, которым твердили с детства, что от вспышки они, скорее всего, не умрут.
А сколько пострадавших? Слишком много. Конечно, их вылечили за несколько дней, но это не значит, что на их лечение не выделяются деньги. В срочном порядке ремонтируются дома. Людям негде жить, негде работать. И это только вершина проблем.
Так уж сложилось, что кланы оборотней стали активно принимать участие в защите городов, в которых живут. Со временем нас начали называть стражами порядка, группами быстрого реагирования или просто защитниками. Нам за это начали платить зарплаты, нанимать для охраны важных персон.
Я, как глава клана, обязан следовать традициям и защищать город от любых напастей. На мне большая ответственность за жизнь людей в моём городе. И даже если я этого всего не хочу, то сбежать не получится. Я ДОЛЖЕН, ведь я стал лидером клана. Но как это сделать, если случается такое?
– Опять думы думаешь? – спросил Крис.
Крис — один из моих верных друзей, но именно он стал тем, кто может оценить всю ситуацию целиком и дать верный совет. Он же волк во второй ипостаси. В своих кругах мы называем его ледышкой. В любой ситуации сохраняет холодный рассудок, замечает то, чего порой никто не замечает или не обращает внимания. Он всегда на стороже и безжалостен к своим врагам.
Чего нельзя сказать о Максиме. Он рысь, он тот, кто меняет девушек, как перчатки. Вспыльчив, эмоционален. Но как только дело доходит до драки — держите его семеро! Он непредсказуем и безжалостен. Наверное, именно по этой причине его называют безумным.
Эти ребята всегда рядом. Пожалуй, это единственные люди, которым я доверяю даже больше, чем самому себе. Только они могут поставить меня и мою гордость на место, не опасаясь за своё здоровье. Все остальные опасаются ко мне приближаться и сказать хоть что-то. И не только потому, что я на вид грозный, а еще и потому, что иметь репутацию "опасного" оборотня мне очень выгодно. Меньше проблем со стороны, и внутри клана.
– Как думаешь, что теперь будет? – Я решил поговорить с Крисом, поделиться своими мыслями и сомнениями. Сделать это я могу лишь с ним и Максом. В глазах остальных я обязан поддерживать авторитет. Большой и грозный бос, бесстрашный и безжалостный к врагам.
Мы, конечно, люди, но при этом являемся оборотнями. У нас есть звериные инстинкты. Мы уважаем и подчиняемся тем, кто сильнее и умнее. Тем, кто твёрдой рукой может править и истреблять наших врагов. А я — трёхликий. Я и человек, и пантера, и лев. У меня две звериные ипостаси, и я по праву сильного занял место главы клана. Но как же иногда трудно оставаться хладнокровным и рассудительным. Я не могу двадцать четыре часа в сутки, семь дней в неделю, забыв про сон и голод, работать над делами клана. Иногда хочется отдохнуть недельку от всего, но я не могу — таков закон.
Я могу иметь детей, жену, личную жизнь, но, став главой, я поклялся посвятить свою жизнь клану, защищать город, не отходить от дел, пока не найду достойного преемника, и никогда не прогибаться перед другими кланами или верхушками мира сего.
Конечно, все кланы считаются частью власти, но мы не подчиняемся им. У нас свои законы, которые не нарушит ни один оборотень. Мы как бы часть системы, но независимы от неё. Что бы ни творилось внутри клана — никого это не касается, кроме самого клана. Таков закон.
Правители уже более ста лет пытаются подчинить нас себе, но пока что мы не прогибаемся. Да, были кланы, которые отдали свои судьбы в руки трём правителям, и они об этом почти не жалеют. Но мы не такие. Мы необычный клан. У нас не один вид оборотней, а те, кто может защищать или нуждается в защите — вне зависимости от вида. Раньше мы поднимали бунт, пытаясь объединить народ, и у нас это получилось. Мы — клан-основатель! Наш клан один из самых старых, почитаемых и уважаемых.
Именно по этой причине я знаю, что гордость не позволит мне показать перед кем-либо мягкость или слабость. Я не стану отдыхать, когда клан или город нуждаются во мне. Я посвящу всю жизнь клану, не отвлекаясь ни на что. Я устал, и хотел бы всего этого избежать, скинуть на другого, более амбициозного и стремительного. Но, мне не на кого.
– Жизнь, какой бы трудной она ни была. Не думай, что после вспышки не будет продолжения. Да, многие умерли, но большая часть жива.
Многие умерли. Их всё ещё опознают, даже спустя две недели. И их всё ещё считают. Говорят только приблизительные цифры, расплывчатые, чтобы люди не паниковали и не устраивали бунты. Однако, кто знает, сколько их на самом деле?
Больше миллиона. Говорят, именно так, но по таким данным нельзя сказать точно, сколько погибло. И, как всем известно, правители любят приукрашивать свои заслуги и приуменьшать свои промахи.
Конечно, сейчас правители оказались тут не виноваты. Это что-то стихийное, неизвестное и непонятно, повторится ли это вновь. Однако привычку свою правители не забыли и снова не говорят всей правды.
Я видел всех этих людей, которые погибали и выживали. Я видел разрушенные дома, автомобильные аварии и многое другое. Погибли ведь не только неиммунные. Погибло много обычных людей, магов, которые случайно оказались не в том месте и не в то время. Погибло много людей, которые пострадали от самой вспышки.
Эти люди кричали, просили о помощи, чтобы доставить их к целителям. Кто-то был серьёзно ранен, кто-то отделался испугом. А кто-то умирал у нас на спинах.
И почему-то я вспомнил ту девушку. Рыжую, умирающую, смелую. В глазах нет страха, только сочувствие и сожаление. Ну как так? Как такое может сочетаться в одном человеке?
– Знаешь, что я запомнил с того дня? – Крис молчал, давая мне возможность подобрать слова. – Мы вытаскивали тысячи людей, многие умирали, ещё не добравшись до отделения обследований. Все они, как только видели нас, стремились как можно скорее забраться на наши спины. Они хотели жить, хоть и понимали, что обречены. И только та девчонка, в обломках дома, сказала оставить её.
Я замолчал, вспоминая рыжую девчонку. Вся в ссадинах, со сломанными костями, в одежде, пропитанной кровью, и со страхом в глазах... Она едва стояла на ногах. Хоть она и улыбалась, я видел, как она боится всего того, что творится вокруг. Удивило меня то, что она чётко понимала, что скоро умрёт, и при этом толкала в отделение обследований паренька, который отделался лишь испугом. Храбрая или глупая? Наверняка она умерла ещё до того, как попала к лекарям. Все неиммунные умерли в течение часа.
Но, тем не менее, я её запомнил. Она оставила в душе какой-то след. Когда я узнал, что все неиммунные погибли, то сразу вспомнил её и расстроился. Всё же, я бы хотел с ней пообщаться. Наверняка она была бы интересным собеседником. Или забавной. Она выглядит той, кто умеет принимать сложные решения, и несмотря на свою милую внешность кажется очень умной и рассудительной.
– Я тоже запомнил именно их, – Крис тяжело вздохнул. – Она была странной. Понимала, что умирает, но при этом даже не старалась себя спасти. Пихала того парня, который и сам мог дойти — там ведь было недалеко. Это глупо.
– А как по мне — это логично, – вдруг сказал Макс, до этого момента тихо сидящий на диване рядом с Крисом. – Какая разница, где умирать и кто будет рядом, если знаешь, что обречён? Мне показалось, что она просто смирилась с неизбежным. Не стала загружать нас собой и дала возможность бежать на помощь к другим. Это может быть глупо или храбро, но это вполне логично.
Все замолчали, обдумывая ситуацию. Интересно, а как бы я поступил, будь я на её месте? Бывают моменты, когда я понимаю, что после встречи с некоторыми людьми могу пополнить ряды мёртвых. Мне, конечно, было страшно, но не сильно. Ведь я понимал, что при правильном поведении и оценке ситуации — выживу. А она знала, что умрёт. И у неё не было и шанса.
– Кстати, вы слышали главную новость нашего города? А впрочем, и всего мира! – Крис вдруг воодушевился и внимательно на нас посмотрел. И я, пожалуй, был ему за это благодарен. Чем дольше я думаю о той девушке, тем сильнее мне было её жаль. Жалость — не то, что должен чувствовать глава клана, пусть даже к умершей девушке. – Кто-то из неиммунных выжил. И к тому же стал кем-то... не похожим на всех нас. Единственный в своём роде, так сказать.
Я что-то слышал о подобном, но не придал этому значения. Ведь все в основном говорят о том, что никто не выжил, все умерли в течение часа. Но я всё чаще теперь слышу от своих людей эту новость. Неужели это правда? Тогда почему об этом не говорят в новостях или газетах? Не стали бы они такую сенсацию упускать.
– Слышал-то слышал, только вот правда ли это? – Я взял очередную бумажку с отчётами по последним дням. – Где же тогда информация об этом человеке?
– А его сейчас стараются не беспокоить. Знающие люди молчат, говорят: «всему своё время». Но скоро всё станет известно. Когда он начнёт познавать, кем стал.
Я не придал этой информации значения. Какой смысл сплетничать? Вот что меня на данный момент действительно интересует — город, в который никого не пускают, кроме доверенных людей власти. Всех жителей в срочном порядке эвакуировали в соседние города, да и ремонт начался именно с этого места. Судя по отчётам моих разведчиков, там что-то обнаружили, и говорить всем об этом не хотят. Интересно, что там нашли?
В мой кабинет ворвался Грей. Он был серьёзно ранен. Правое запястье отсутствовало, на груди — серьёзные порезы, из головы так же струилась кровь. А пахло от него чем-то тёмным, липким и ещё страхом. Он боялся. Что же так могло напугать и покалечить надзорного высшей ступени?
– Глава, – начал говорить Грей, но из его рта тут же вылилась кровь.
– Немедленно позовите целителя! – крикнул Макс, подбегая к оборотню, чтобы хоть чем-то помочь.
– Там порталы! – чуть ли не прокричал надзорный, откашлявшись от крови. – А из них — существа. Мы их пытались... Но мы не смогли... Я один... Выжил... – На этих словах Грей упал на пол без признаков жизни. Целитель больше не нужен был.
А дальше начался настоящий ад. Оборотни, не понимая, что происходит, уходили в лес, где за обстановкой наблюдали Грей и его группа. Мой клан был потрясён увиденным, и на разведку отправили огромную группу.
– Доложите об этом надсмотрщикам, – я понимал: если один из моих лучших бойцов погиб — к нам из портала пришло что-то действительно страшное и ужасное. И к визиту названных гостей надо хорошенько подготовиться.