Я загадаю тебя

14

Вокруг всё ещё была метель. Злая, колючая, задувающая снегом за воротник — но теперь совершенно не похожая на то снежное безумие, что было всего пару секунд назад. 

Сквозь этот, обычный снег было отлично видно и парк, и дверь в кафе, и деревья… и дорогу, на которую я чуть не вышла. Ноги мои стояли на самой красной линии границы, и местные монструозные машины, двигающиеся куда быстрее земных, раздражённо гудели. 

Одна, из новомодных живых машин-артефактов, даже нарисовала на заднем стекле кулак, намекая, что недобросовестные пешеходы ей не по нраву.  

Я сглотнула и, к явному облегчению Маркуса, отступила от дороги. Ещё один шаг назад — и я оказалась бы прямо под этими машинами.

— Агата? — руки Маркуса осторожно, мягко скользнули по моим, но синие глаза смотрели серьёзно и жёстко. — Ты слышишь меня? Что только что произошло? 

Я чувствовала, как он одно за другим запускает диагностические заклинания. Маркус пытался казаться расслабленным, но по тому, как он перенёс вес тела и напружинился, будто кот, я понимала: он настороже.

— Что ты видел? — уточнила я негромко.

— Что тебе внезапно очень захотелось на дорогу, — сказал он серьёзно. — Ты как будто пятилась от кого-то и ничего не видела вокруг. Я сказал бы — морок, но никаких следов нет… Что ты видела, Агата? Или это была игра, смысла которой я не понял?

— Я не знаю, что это было, — сказала я честно. — Я ничего не почувствовала, не смогла считать, как будто угодила в хищный морок высшего уровня. Или такого же типа сновидение. Но в этом случае внешние эффекты были бы совсем другими, так что не вариант. В любом случае, вечером надо попросить девчонок проверить меня на проклятия. Возможно, подцепила какую-то гадость. Может, даже от твоей сестры. В смысле, у нас с ней состоялся очередной не очень красивый разговор, и по такому случаю Табита могла обойти мои щиты. 

Тут мне вдруг стало стыдно. Стою тут, наговариваю на его сестру безосновательно — а ведь он мне жизнь спас! 

— Может, даже случайно — кровь бестий, что уж… — поспешно продолжила я. —Но может, это и не она. Может, вообще привет из Ковена. Просто совпало с нашим разговором. 

— О да, наслышан об этом “разговоре”, — Маркус скривился. — Вот зачем, Агата? Правда, зачем?

Он спросил это таким тоном, что я нахохлилась, приготовившись к обороне.

— Что — зачем?

— Зачем ты призналась, что приворожила меня? Тебе кажется, что это весело? 

— Она уже рассказала тебе, значит? — хмыкнула я. 

— Да, ворвалась ко мне в комнату и торжественно объявила, что точно была права и ты сама во всём призналась. А когда я сказал, что с твоей стороны это явно была просто неудачная шутка, сестра с отцом окончательно убедились, что меня точно надо спасать… Агата, ещё раз: ну вот зачем?

Я поморщилась. Стыдно вроде как не должно было быть, но всё же было. Оправдание в стиле “Она меня довела и первая начала” прозвучало бы неумолимо по-детски, хотя по сути и было честным. 

— Так получилось, — это, на мой вкус, звучало и честно, и не так по-идиотски. И главное, подходит ведь к любой ситуации!

Маркус, кажется, тоже это понял. 

— Ясно, — вздохнул он. — Ладно, допустим. А теперь пойдём со мной. 

— Куда?!

— Проверяться на проклятия. Или ты думаешь, что я тебя после такого просто так отпущу?

Я опешила. В голову полезло много всякого, разного и слегка параноидального. Например, что Маркус мог это всё специально подстроить, когда узнал про сестру и Джековы посягаительства на их бизнес. Или что это какая-то хитрая игра. Или…

— Нет, спасибо, я разберусь сама. И вообще…

Маркус воздел глаза к небу, как будто собирался уточнить у него, за какие грехи ему перепало такое неимоверное счастье. Небо, низкое, серое, набухшее снегом, безмолвствовало. 

Тогда Маркус сказал:

— Ну ладно.

Но не успела я порадоваться благоразумию (задавив росток позорного сожаления где-то в глубине души), как он легко, будто пушинку, подхватил меня на руки — и взмыл вверх.   

Я раньше летала, конечно. 

Это Город, и передвижение по воздуху тут — обычное дело, особенно для ведьм и колдунов. В Тенебрис полёты вообще один из обязательных предметов: учат летать и на классических мётлах, и на более практичных левиплатформах, а на последних курсах проходят левибайки; до этого я, впрочем, не доучилась. Как и до разрешения на самостоятельные полёты.  

Но, конечно же, я никогда раньше не летала на крыльях. 

Люди, даже самые сильные маги, на такой фокус просто не способны: даже для создания простейших энергетических крыльев-муляжей требовалась концентрация энергии, какая может быть только у потомков магических рас. Полноценными же крыльями обладала только элита Города вроде драконов, Древних, демонов, фейри… ну или вот бестий, как Фэрриманы. Хотя по сути особенных отличий между бестиями и демонами не было, только и разницы, что у первых трансформация частичная, а не полная, и другой тип энергообмена. В остальном даже строение крыльев у них было примерно одинаковое. 

Крылья… Человечество, пожалуй, мечтало о них со времён Икара, если не с самого зарождения культуры как таковой. Но в первые секунды я для себя пришла к выводу, что предпочитаю более простые и консервативные способы полёта. Да даже на простейших мётлах так не болтало! Я уж молчу про потрясающие ощущения рванувшего в лицо снежного крошева, и резко усилившегося ветра, и вдруг оказавшегося близко-близко хмарного неба… Я задохнулась, дезориентированная и растерянная, и упустила момент, пока можно было вырваться. 

На это, думаю, и был расчёт. 

Когда я всё же сумела отыскать между землёй и небом немного равновесия, дёргаться стало слишком поздно: мы набрали высоту и летели в самом верхнем, “крылатом” пространстве, которое раскинулось над облаками и было доступно только жителям Города, обладающим полноценными крыльями, достаточно мощными для полётов на такой высоте, и всеми специальными разрешениями. Уходить отсюда в тени было запрещено категорически, потому что на такую высоту основной городской щит не добивал: в воздушной полиции вполне здраво рассудили, что бюджет не резиновый. А если какая голодная тень сдуру решит покуситься на одного из высших крылатых… Что же, сама себе доктор. Тем не менее, из-за отсутствия щита на этом ярусе действовали ограничения, в том числе на подпространственные переходы. Всплеск тёмной магии мог вызвать любопытство у куда более откормленных, опасных обитателей этого мира. Что кончилось бы неприятной смертью для ведьмы и очередным прорывом — для Города. Потому наказывали за такие фокусы жёстко.