Я живу, когда я люблю. Книга первая

Глава 2.

Прошло лето, но к моему великому сожалению Черненский более не посещал наш дом. Он вернулся в свое имение где-то под Псковом и Стрешневы наносили нам визиты впредь без него.

Наступала осень и мы выехали в Петербург.

Первоочередным делом было заказать новый гардероб. Папенька выделил целое состояние на ткани и модистку.

Я с нетерпением ждала первого бала. Особый трепет на душе был от надежды увидеть Василя вновь на одном из балов. Я так и не смогла забыть его. Я засыпала и просыпалась с мыслью о нем. И иначе как Василь его более никак про себя не называла.

Настал день первого бала в моей жизни. Я ждала вечера. От волнения ничего не ела. Обругала горничную, что было мне не свойственно. Хотя возможно и не зря, так как прическа ей особенно удалась после выговора.

К появлению первых гостей я стояла рядом с родителями. С некоторыми я была знакома ранее, но все же большинство я видела впервые. Имена, фамилии и титулы практически не запоминались. Я всем мило улыбалась и была приветлива. К началу танцев моя карне была полностью расписана. Каждый сегодняшний танец был ангажирован.

Вечер открывал полонез. Маменька с папенькой шли первой парой. Второй же парой стояла я со старшим братом. Жена его осталась дома, так как была на сносях. Столько раз танцевала с ним этот танец дома, а тут волнение взяло верх. Я боялась сбиться с фигуры.

Вторым танцем был вальс. Он был обещан сыну папашиного сослуживца Алексеева. Очень интересный молодой человек. По всему денди и франт. Если бы в моем сердце основательно не поселился Василь, то можно было бы и влюбиться в эти глаза цвета грозового неба, четко очерченные губы, сильные руки. Но трепета к этому ангелу неземной красоты в душе не возникало. Этот божественно красивый мужчина не вызывал во мне ту бурю чувств, что одолевала меня рядом с Василем. Я по-прежнему люблю Черненского. Андрей Сергеевич Алексеев - умелый партнёр по танцам и чудесный собеседник, но не более того.

Франсез я танцевала с белокурым юношей. Его явный интерес к моей персоне мне претил. Отказать же в танце было невозможно. Мне были не приятны его томные вздохи и наглые взгляды в вырез платья.

Ужин я провела за столиком Анатоля и Натали в компании их знакомых. Павел Брусницкий ангажировал меня на танец перед ужином по просьбе нашего общего знакомого Анатоля, которого в свою очередь о том просила Натали.
- Я так скучаю по тебе, что решила этот ужин непременно провести в твоей компании, - говорила мне Натали.
А тем временем я услышала обрывок фразы:
- ... Черненский под Псковом в имении. Он окончил курс по весне и более в столицу пока не возвращался. Но я писал ему, звал на помолвку и венчание. Надеюсь, мы его еще увидим, но, к сожалению, точно не сегодня.
Это для меня было очень важным. Важно было иметь надежду увидеть его.
А Натали тем временем продолжала:
- Ты приезжай ко мне завтра. Поможешь подобрать мне прическу к платью для помолвки.
- Я обязательно приеду.
На том и порешили.

После снова были танцы. К концу вечера я ели передвигала ноги, но мило улыбалась своим партнерам по танцам и собеседникам в перерывах между ними.

Я ожидала гораздо большего от первого бала в своей жизни, но все же была счастлива. Наконец-то я стала частью этого взрослого мира. Уже лежа в постели, представляла, сколько сегодняшних юношей стало жертвами моих чар. Я видела блеск в глазах многих, так когда-то блестели глаза Черненского. Но только я была ко всем нынче покойна. Даже божественно обворожительный Алексеев не затронул в моей душе те струны, что были подвластны Василю. И тогда я решила, что не приму ни одного подарка и тем более предложения руки, прежде чем не поговорю с ним.

Ночью мне опять снился Он.