Я живу с закрытыми глазами

Юра и типичное утро второго сентября

Сентябрь

— Мы что, трахались?

Боже, как громко. И грубо. Какой яркий свет. Так. Я в чьей-то спальне. Вспомнить бы, к кому мы завалились. Штаны, ремень — на месте.

— Нет, — мой голос звучит хрипло. Опять орал песни пол ночи.

Сушняк. Во рту отвратительный привкус. Голова не болит, значит шампанское не пил. Комната приличная, в бежевых тонах. Обои в цветочек. Напротив мягкой кровати — большая плазма, а под ней — кофейный столик. Шкаф с зеркальными дверцами справа, рядом с дверью. Слева окно — первый этаж. И я уже привык к свету.

— Тогда почему я голая?

Вспоминаю. Мы легли, уже светало. Мы легли втроём. Футболку я кинул на ковёр слева от кровати. Алина начала раздеваться под тем предлогом, что ей ужасно жарко. Разделась до трусов и стащила с меня одеяло. Какое-то кареглазое пятидесятикилограммовое существо держало мою голову повёрнутой в другую сторону и шутило про БДСМ.

— Тебе было жарко.

Тушь Алины растёрлась мелкими чёрными катышками на наркоманских кругах под светло-серыми волчьими глазами. Короткие розовые волосы взъерошены так, будто по голове проехали катком. Это выглядит смешно. Вижу на полу чью-то пятку. Бирюзовый носок почернел от грязи. Вспоминаю, что она шла по дороге без ботинок. На спор, что ли. Бирюзовый носок. Так-с. Инфасотка, Даша.

— Даш?

— А-а-а, — интонация её голоса катится вниз. Как мы в глазах родителей.

— Даш, дашь карандаш, Даш?

Молчит.

— Ты меня не лапал? — снова сипит Алина.

Она уже одевается. Всегда удивлялся, насколько шире кажутся женские спины без лифчиков. Или это Алина такая крупная? Ловлю себя на том, что пялюсь на чёрные угловатые линии татуировки. Кулак, торчащий из натянутого на её лопатку зеркала Венеры. Отворачиваюсь, ибо этот интерес можно понять превратно.

— Не думаю.

Мы же приличные люди, в конце концов.

Накидываю футболку и радуюсь, что она длинная. Встаю сквозь боль в ногах. Перешагиваю через Дашины раскинутые во все стороны волнистые волосы и собираюсь выйти.

— Нас никто не фоткал? — спрашивает, пока надевает рваные джинсы, попадает большим пальцем ноги в дырку.

Пытаюсь откопать в памяти детали ночи:

— Не помню, а что?

Проверяет, не порвала ли штаны.

— Если такая фотка попадёт в инет…

— Пф… — фыркаю, — тебе ничего не будет, из нас двоих не ты собираешься работать в органах.

— …то парни перестанут считать тебя геем.

Смеряю её негодующим взглядом, но бесполезно — Алина сосредоточивает уплывающее внимание на джинсах. Закрываю дверь.

За столом на кухне, совмещённой с небольшим залом, спит Дима. Дима — парень Даши, с ним вчера был пацан из университета МВД, но он, видимо, потерялся по дороге. На диване ещё двое. Русые кудри и пепельно-белые локоны. Вроде, Беня с Лизой. Нет, Лиза заваривает чай. Thank God[1]. Так, у нас же в компании других блондинок нет…

[1] Слава богу

— Ещё только пятый час, — шепчет Лиза. Успеваю засунуть руки в карманы до того, как она оборачивается. Успех. — Мы легли-то два часа назад.

— Алина тоже проснулась, — отвечаю громче, чем хотелось бы.

Пытаюсь откашляться. Горло только сильнее болит, а мокрота не отходит. Беру фильтр с водой и пью, не касаясь носика, потому что чистых стаканов нет. Лиза заглядывает в дверь спальни:

— Обратно легла.

Она возвращается на кухню со скатанным покрывалом, раскладывает его на полу чуть подальше от стола. Я залипаю, а потому встряхиваюсь и иду за рюкзаком. Ищу его несколько минут в спальне, в итоге нахожу в прихожей, заваленной сумками, лёгкими куртками и обувью. Прямо на проходе валяются две пары одинаковых чёрно-белых классических вансов, и это почему-то кажется мне забавным.

Я молодец, взял с собой на вписку зубную щётку. В ванной стоит покорёженный Colgate. Зеркало запотело, и во влажном воздухе угадывается запах Лизиного дезодоранта. Кто бы ни был хозяином квартиры, вряд ли он против, что я одолжу пасту. Обжигаю руку горячей водой. В итоге умываюсь ледяной. Как раз то время утра, когда независимо от температуры пробивает озноб. Зря оставил куртку в общаге. А Лиза на кухне уже стоит на цыпочках и тянет сцепленные в замок ладони наверх.

— Серьёзно? — спрашиваю вполголоса. — Йога на утро после бухла?

— Y-yep.

Через обтягивающую майку чётко рисуется изгиб от ребер к плоскому животу. Она глубоко вдыхает перегарный воздух, и ноздри острого носа раздуваются, делая её похожей на хищную лису. А бывают не хищные лисы? Лисы вообще считаются хищниками?

— Чья это квартира? — приходит мне в голову закономерный вопрос.

— Даши. И это не квартира, а частный дом. В окно посмотри.

Я так и делаю. Вид на безлюдную улицу: что-то вроде дачного посёлка, но с широкой и на удивление ровной дорогой.