Я злодейка в дораме

Глава 10

Глава 10

Время во дворце текло неспешно, но из-за того, что я все время нагружала себя какими-то занятиями, скучать не приходилось, ведь с каждым днем эпизод «Ночь демонов» становился все ближе и ближе, а отпущенный мне срок жизни все короче.

Чтобы не ворочаться по ночам в постели, тоскуя по дому и изнывая от беспокойства, я старалась изматывать себя делами до такой степени, чтобы вырубаться, едва голова касалась подушки. Грусть накатывала в самые неожиданные моменты. В другой я жизни не была особенно близка со своей семьей.

Я выросла в небольшом поселке. Скандалы в нашей семье не были редкостью. Доходило и до рукоприкладства, и тогда мама уводила меня к соседке.

Теперь я снова вспоминала те ночи, когда мы с мамой спали на старом диване, слушая, как за стеной продолжаются крики и стук — это значило, что к отцу пришли в гости друзья. Мама обнимала меня, её руки были тёплыми и надёжными, спасали от всего, что происходило вокруг.

В детстве мне было часто стыдно за мою семью, я стеснялась пригласить кого-то домой. Терялась и врала, когда меня спрашивали, как мои дела, что я делала на выходных, пойду ли я завтра гулять. Я никогда не знала, что будет завтра. Смогу ли я выспаться, или мама и отец опять подерутся. Получится ли сделать уроки нормально, или придется прятаться в туалете. Пойдет ли мама со мной в магазин, как обещала, или ей придется искать отца за гаражами, потому что-то позвонили соседи и сказали, что он там буянит. Я росла с ощущением, что я лишняя — мама всегда была занята отцом. А потому я всегда хотела убежать. Если не из дома, то хотя бы в другой мир. В фильмы, книги, в собственные фантазии.

Кто же знал, что убежать в другой мир получится в прямом смысле.

В институт я поступила в другом городе. Главным критерием выбора было наличие общежития, а не престижность вуза. Но мне повезло, потому что инженерная специальность пришлась мне по душе. Механизмы и машины я понимала куда лучше, чем людей. Сразу после окончания университета устроилась на работу на завод, на котором проходила практику. Желания возвращаться домой не было. Мы лишь иногда созванивались с мамой, и она рассказывала об очередных выкрутасах отца.

Я росла с обостренным чувством ответственности. Если я не заступлюсь за маму — то кто? Больше ведь некому. И я заступалась. Снова и снова. Единственное, чего никак не могла понять — почему она не уйдет от него? Раньше она говорила, что остается с ним ради меня, чтобы «поднять на ноги», но ведь я давно жила отдельно, а она по-прежнему оставалась с ним.

И тем не менее, несмотря на добровольное одиночество в родном мире, у меня всегда было чувство, что я не одна. Что если что-то случится, мне есть кому позвонить, к кому поехать в гости, кому рассказать о своих проблемах в конце концов. Сейчас же всего этого не было. Наверное, поэтому к здешним родственникам — отцу-императору Лю Шену и сестре Лю Ифей — старалась относиться с теплом и уважением, перенося на них невостребованные чувства к моей настоящей родне. Я была рада пить чай вместе с сестрой, говорить о погоде и слушать от нее сплетни о чьих-то наложницах. Была рада ужинать с отцом и улыбаться в ответ на то, как он в очередной раз называл меня Цыпленком.

Я все еще думала инсценировать свою смерть и сбежать, но чем больше проводила времени во дворце, тем сильнее это желание слабело, я в нем уже сомневалась. Если Лю Луань умрет, пусть даже не по-настоящему, тут останутся люди, которым ее смерть разобьет сердце. Раз так, значит, нужно сделать все, чтобы выжить.

Но даже если выжить у меня получиться, то что я буду делать дальше? Смогу ли спокойно смотреть на то, как Вей Лун женится на моей сестре лишь за тем, чтобы занять место императора, а после убить ее?

Когда я в сопровождении стража оказывалась рядом с Лю Ифей я видела, как она тянется к нему, какие взгляды бросает, в надежде, что он тоже ее заметит.

В дораме между ними было полно случайных прикосновений, многозначных фраз, электрического напряжения, витавшего в воздухе.

Но в реальности все выглядело иначе. Безучастное лицо, взгляд в пол:

«Как прикажете, наследная принцесса.»

«Если вы того пожелаете, наследная принцесса.»

Вей Лун, казалось, не замечал её усилий, а ответы на её прямые вопросы были скорее из вежливости, чем из интереса.

С другой стороны, в оригинале Лю Луань прикладывала максимум усилий, чтобы нарочно опорочить свою сестру в глазах стража и выгодно блеснуть на ее фоне. И у нее получалось все ровно наоборот. Я же ничего такого не делала.

Может быть, в этом дело? А в остальном все течет своим чередом?

Ведь порой я замечала, как Вей Лун сверлит сестру долгим задумчивым взглядом, когда думает, что никто не видит.

А пока у меня были более насущные проблемы.

В первую очередь я попросила слуг принести мне несколько предметов, которые показались весьма странными: зеркала, веревки, простые механические устройства и различные бытовые предметы вроде кухонных приборов и острых ножей. Я понимала, что мои приготовления, если я действительно хочу сделать что-нибудь стоящее, не смогут остаться незамеченными, особенно Вей Луном, который был рядом со мной практически все время. Потому даже не пыталась скрывать.

Как-то он не выдержал и спросил:

— Зачем Вам все это, принцесса?

Ответила прямо:

— На нас ведь могут напасть демоны. Я просто заранее думаю о том, как буду от них защищаться.

— Для защиты у Вас есть я.

Мне показалось, или в его голосе проскользнула тень обиды? «От тебя защищаться я буду в первую очередь», — подумала, но ответила совершенно противоположное.

— Ты будешь защищать меня, а я тебя, — и изобразила нежную трогательную улыбку, которую последние пару дней тренировала перед зеркалом как раз для таких случаев.

На это Вей Лун не нашел, что ответить.

Первым делом около дверей и окон я решила расставить большие зеркала так, чтобы незваный гость, попав в покои, был дезориентирован отраженным светом факелов. Пока нападение не началось, все это стояло у стен, но благодаря колесикам легко и быстро выкатывалось на нужное место. И плевать, что слуги начали шептаться о том, что Лю Луань занялась самолюбованием.