Я злодейка в дораме

Глава 13

Глава 13

Я проснулась с ощущением чужих поцелуев на губах — настолько реалистичным был сон. Растерла лицо ладонями. Почему у меня сейчас стойкое ощущение, что, избежав смерти в серии «Ночь демонов», я взяла на себя чужую роль в сериях будущих?

Это сестра должна была сегодня идти с моим стражем на праздник. Отношения Лю Ифей и Вей Луна в дораме нельзя было назвать здоровыми, и со стороны за ними было интересно наблюдать. Но становиться самой объектом вожделения эмоционально нестабильного человека, который в конце съезжает с катушек настолько, что лично убивает свою возлюбленную? Нет, спасибо покорно. Я лучше на горе буду всю оставшуюся жизнь медитировать.

Хотя, по-честному, Лю Ифей тоже не была образцом эмоциональной стабильности. Постоянно играла со стражем в «горячо-холодно» и пусть не наказывала его за малейшие провинности, как Лю Луань из дорамы, но нервы ему портила изрядно. То флиртовала с кем-нибудь у него на глазах, чтобы вызвать ревность, то выставляла его перед кем-нибудь в невыгодном свете. Пытаясь отомстить за своего отца, она интриговала, подговаривая министров восстать против Вей Луна, когда тот стал императором. Поверила ложным наветам повелителя демонов и сама чуть не отравила возлюбленного. А однажды вообще заявила что-то вроде: «Я лучше свинью целовать буду, чем тебя!» Высокие отношения!

Но были у них и трогательные моменты. Как-то император Лю Шень приказал избить Вей Луна, и принцесса долго лечила стража, оберегала. Правда, потом выяснилось, что это именно из-за принцессы отец наказал его, так что заботилась она скорее из чувства вины, а не по доброте душевной.

«А ты, можно подумать, носишься с ним бескорыстно, а не потому что боишься за свою жизнь! — рассердилась я на себя за подобные рассуждения. — Аня, ты что, действительно делаешь это? Оправдываешь жертву и выгораживаешь того, кто ее убил?» Да пусть Лю Ифей была бы хоть последней стервой на земле (а на самом деле это не так!), это не давало Вей Луну права убивать ее.

Мой шанс сейчас — заручиться поддержкой Линь Мяо. Демоница может помочь мне с магией и побегом из дворца. Главное, не давать сегодня на празднике стражу никаких намеков на что-то большее, чем отношения страж-госпожа. И тогда мне уже будет все равно, кто из этих двоих — Лю Ифей или Вей Лун — больше виноват в предстоящей трагедии. Да, я попробую спасти сестру, но при этом не буду рисковать собственной жизнью.

На праздник фонарей я пошла инкогнито. По случаю героического отражения демонического вторжения император дал мне разрешение на недолгую отлучку.

В присутствии служанки вряд ли удалось бы поговорить с демоницей прямо, поэтому едва мы вышли за ворота и чуть отошли, как я приказала Мейлин оставить меня и ждать моего возвращения на этом же месте, после праздничного запуска фонарей. Та очень расстроилась, но спорить не посмела, а я про себя решила, что обязательно куплю для нее какое-нибудь красивое украшение.

Весь день я не могла найти себе место, ожидая начала праздника. Но время шло, и вскоре луна взошла высоко над столицей империи, освещая улицы тысячами фонарей, которые были похожи на море огненных цветов.

На голове наконец-то не было сотни тяжелых заколок, да и платье куда легче и проще того, что надлежало надевать принцессе. Несмотря на то, что Вей Лун неотступно следовал за мной как тень или мрачный жнец, я впервые за долгое время почувствовала себя свободной. В конце концов, смерти мне удалось избежать, авось и дальше будет улыбаться удача.

Я вдыхала ароматы уличной еды, слушала звуки музыки, летящие из каждого уголка, и радовалась, видя веселящихся детей с фонарями в виде различных животных на длинных палках.

В одной из палаток продавали боярышник в сахаре — местную сладость, которую подавали на тоненьких шпажках. Я вдруг вспомнила, как во время просмотра дорамы очень часто видела этот десерт в различных эпизодах и думала, на что же он похож по вкусу?

— Вей Лун, ты не мог бы купить мне? — я указала ему на прилавок, от которого только что отошел ребенок сразу с тремя шпажками в руках.

— Конечно, прин… госпожа, — тут поправился страж и отправился выполнять поручение.

Я осталась стоять поодаль и покрутила головой, пытаясь разглядеть макушку Линь Мяо в толпе. Демоница обладала очень приметной внешностью — ее волосы были полностью белыми, что для Китая нетипично. Так что можно не сомневаться в том, что я сразу ее замечу. Вот только ее нигде не было.

«В какой же момент Лю Ифей с ней пересеклась?» Я попыталась еще раз прокрутить в голове эпизод, стараясь припомнить малейшие детали. Кажется, Вей Лун тогда ненадолго оставил наследную принцессу одну, а сам отлучился, потому что заметил в толпе давних недругов и решил им отомстить…

— Брат Вань, смотри, кто это у нас здесь! Отброс из грязных переулков где-то украл немного золота и решил прикупить себе сладостей? — услышала я противный гнусавый голос.

— Да это и правда он! Думаешь, нарядился — и никто тебя не узнает, а, малыш Лун? — Это было сказано настолько издевательским тоном, что звучало хуже оскорблений.

Я повернулась к лавке с боярышником и увидела побледневшего Вей Луна. Казалось, что он привидение увидел. Но перед ним стояли лишь два неопрятных замызганных мужика — ничего примечательного ни во внешности, ни в одежде. Разве что у одного был бросающийся в глаза ярко-зеленый шейный платок с красивой вышивкой.

— Давненько тебя не было видно, отброс. Мы уж думали, ты так же, как твоя чокнутая мамаша, забился в какую-нибудь нору да там и сдох. Да, брат Вань? — неприятно заржал один.

— Да, брать Нинь. А он, смотри-ка, стоит. Детские сладости покупает. — Тот, которого назвали Ванем, обратился к продавцу: — Вы деньги-то проверьте, может, он фальшивые вам подсунул — с этого отброса станется.

«Да они просто нарываются!» От такой неприкрытой наглости и хамства я не сразу нашлась, как среагировать. Но если мой ступор был вызван удивлением, то Вей Лун, судя по лицу, на миг перенеся в детство, стал несчастным забитым ребенком, который не умел давать отпор.