Яблочный пирог: рецепт любви

Викторианская леди, джентльмен и бал

— Не могу поверить, что это со мной происходит, — призналась я Салли, когда мы вышли из удушающе сильно пахнущего духами магазина.

— Добро пожаловать! — Хихикнула она, — один грандиозный вечер точно стоит всей серости этого острова.

— Пожалуй. — Я улыбнулась, бережно прижимая платье. Да, аренда этого шедевра не была дешевым удовольствием, но, когда такое еще могло случится.

Зазвонил телефон. Кажется, Оливер.

— Минутку, — я ответила на звонок, чуть отходя от Салли, которая бурно про жестикулировала что-то вроде «мне пора, увидимся на балу и не забудь про прическу», заставив меня улыбнуться.

— Алло, меня слышно?

— Да-да, говори.

— Закончила? — Голос Оливера был воодушевленным. Как, впрочем, и всегда.

— Да, ты даже представить себе не можешь, что за красоту я держу в руках сейчас.

— Рад слышать, тогда стоит пойти перекусить.

— А ты где?

— Через минуту буду у твоего магазина.

Я скинула звонок, вдыхая приятный свежий воздух. Честно говоря, если бы в эту самую минуту раздался строгий мужской голос «Стоп. Снято», я бы не удивилась. Все слишком похоже на прекрасное кино, в котором обязательно нас будет поджидать что-то сверхъестественное, необъяснимое и, возможно, даже пугающие. Хотя, не скрою, что во мне заиграла тяга к адреналину.

Машина Оливера остановилась прямо передо мной и тут же открылся багажник.

— Едем обедать? — Спросила я, закрывая дверь.

— Если ты не против.

— Сколько у нас времени до начала?

— Хм, часа четыре точно есть.

— Мне нужно часика полтора на сборы. Максимум.

На лице Оливера отразилось непонимание и боль, словно погиб его любимый щенок, — просто невероятно, но ладно. И где ты будешь наводить все это? — Он покрутил пальцем вокруг лица.

— В салоне, вопрос в другом, что будешь делать ты?

— Судя по всему, ждать.

— Зато представь, какой вечер нас ждет.

Я разглядывала вывески, мне очень нравится с каким креативом владельцы заведений и магазинчиков подходят к выбору названий и шрифтов. «Мачеха и Белоснежка» было выведено каллиграфическим почерком, весьма забавное название для салона красоты, но победителем точно станет «Толстый кот». Оливер припарковал машину напротив этого места, внимательно разглядывая его из окна:

— Можем открыть такое же кафе у нас, только назовем «Рыжий кот».

Я улыбнулась, вспоминая этого красавца, который наверняка сейчас был обласкан любовью и заботой родителей.

— Кстати, отличная идея, главное сейчас учесть все возможные минусы и плюсы, а также просчитать риски и понять, насколько выгодная будет аренда. — Пока мы подходили к заведению, я раздалась тирадой на тему открытия маленького бизнеса.

Оливер открыл дверь, непонимающе глядя на меня.

— Что? Я на этом деле собаку съела.

— Я просто пошутил, да и в целом, проще. Просто проще! — Он покачал головой, пропуская меня вперед.

В ресторане было пусто, особенно, на контрасте с салоном платьев. На стенах висели фотографии котов, выполненные в ретро стиле, на полочках стояли пустые бутылки из-под молока. А на подоконнике лежал толстый, ленивый кот. Умилительная картина. Оливер тут же потянулся погладить его, на что кот не отреагировал вообще.

— Избалованный у вас котик, — присвистнул он, на что официантка лишь пожала плечами.

Мы сели у окна, завешенного красными ситцевыми шторками. Я уткнулась в меню, почувствовав резкий голод во всей красе. Оливер задумчиво покрутил губами:

— Знаешь, мы непременно должны заехать в «Пьяного моллюска», там самый вкус фиш энд чипс во всей Англии. Клянусь. По крайней мере, я много, где его ел, поэтому могу дать весьма точную оценку.

Я улыбнулась, слушать маленькие факты о чем-то незначимом, как самая вкусная тарелка с рыбой, самые теплые носки, самое свежее постельное белье или самые вкусные морские брызги, всегда приятно. Как будто эти факты становятся гораздо важнее, чем дата рождения или фамилия, что-то личное, настоящее кроется именно в незатейливых и простых словах «я люблю ромашки» или «это был самый ужасный суп в моей жизни».

— А мне кажется, ты просто не ел его в «Бешенном Джеке».

— Что? Нет такого места.

— А вот и есть! — Продолжала улыбаться я, наблюдая как меняется лицо Оливера: от подозрительно сдвинутых бровей, до морщинок смеха под глазами.

— Ага, как-нибудь сходим в твоего «Бешенного Джека».

К нам вернулась официантка. Она не особо хотела работать и быть приветливой, быть может, все ее мысли были устремлены в попытках быстрее сбежать на бал.

— Мне, пожалуйста, тыквенный суп и черный чай с чабрецом.

— А я буду стейк с пюре и, — Оливер пробежался глазами по меню, — черный кофе.

— Кофе – хорошая идея, особенно, если бал затянется.

— Что-то мне подсказывает, будто он ох, как затянется.

— Кстати, ты быстро нашел костюм?

— Да, минут десять и меня можно было представить ко двору. — Он повертел в руках ключ от машины, — ладно, расскажи мне, что бы ты делала, если бы и правда попала в то время?

Я задумалась:

— Знаешь, недавно я прочитала одну интересную книгу, в которой некоторые эпохи как бы объединялись старым домом, он хранил в себе отпечаток всех жильцов из трех эпох. И, пожалуй, викторианские жильцы были не самые безобидные, но это не важно. Важно то, что мы не выбираем времена. Мы можем только решать, как жить в те времена, которые выбрали нас.

— Толкиен?

Внутри я опешила, честно говоря. Наклонившись ближе, я откашлялась, сделав голос более серьезным:

— Я готова выйти за тебя прямо сейчас.

Оливер рассмеялся громко и раскатисто, — а ты оказывается решительная девушка.

— Только ради Толкиена.

— Что ж, я рад это слышать, кто знает, вдруг мы вернемся к этому разговору, — он подмигнул, а у меня внутри сердце очень сильно ударилось о грудную клетку. Ладно, забудем. Все это лишь шутки.

Перед нами возникли две тарелки и чашки. Оранжевая гладь супа была украшена зернышками тыквы, как будто осеннее зелье. Пожелав друг другу приятного аппетита, мы накинулись на еду, как изголодавшиеся волки, но о манерах можно было не думать еще пару часов.