Яблоко от яблони.

Глава первая.

Темнота сползла на дорогу резко и как-то неожиданно. Вечер только-только вступал в свои права, и, если судить по времени, темнеть еще не должно. Молодая супружеская пара в салоне «девятки» рассчитывала попасть в город засветло. Но свинцовые тучи, что заволокли небо, и вот-вот грозили пролиться дождём или грозой, решили по-своему. Из-за них, из-за лиловых туч, стемнело гораздо раньше.

Молодой мужчина за рулём лады нервничал. Его нога машинально давила на газ, и машина начала разгоняться. Алексею очень не нравился этот участок трассы. Дорога не освещена, с двух сторон лес, и время от времени в свете фар мелькают указатели, обозначающие съезд в лесной массив. Турхановский лес имел нехорошую славу, и Алексею уже приходилось в нем бывать, правда, не по своей воле. Его привозили сюда в багажнике автомобиля.
Иногда в этом лесу обнаруживались страшные находки, и в тот раз Леша очень боялся стать одной из таких находок. Вероятность такая была.

Турхановский лес полюбился бандитам. От города не очень далеко и в то же время глушь полная. Непроходимые заросли, валежник. Сюда не приезжают грибники, не по душе эти дебри любителям отдохнуть на природе. Мало вероятности наткнуться на случайных свидетелей.
В городе, среди определенного круга людей, часто употреблялось выражение — «прокатиться до Турхановского леса». Его повторяли с угрозой или страхом в голосе. Все зависело от того, кто говорит.

Когда Леше пришлось прокатиться до Тухановского леса ему было безумно страшно. Трясясь в багажнике чужой машины, под гогот братков из салона, он не знал, вернется ли назад. А жить так хотелось!
Леша вернулся, потому что выполнил все требования, отдал все, что скопил. Скопил неимоверным трудом и жесточайшей экономией. И вновь пришлось начинать практически с нуля.

Ну, не мог Алексей довольствоваться скромной жизнью простого обывателя. Ему всегда хотелось большего. Хотелось достатка, машины, уважения окружающих. Он не желал заискивать перед сильными мира сего, хотел, чтобы заискивали перед ним. А как это сделать, если ты сын деревенских алкашей и женат на детдомовке без роду и племени?

Алексей уехал из деревни давно. К тому времени его отца не было живых, а мать запила ещё сильнее. Вряд ли она вообще заметила, что уехавший учиться в город сын перестал ее навещать. В городе Леша встретил Наташу. Им было всего по восемнадцать лет, но даже детдомовка казалась Алексею благополучнее его самого. У нее, по крайней мере, была квартира от давно умершей матери, в которой они начали вместе жить практически с момента знакомства. Не было долгих ухаживаний, цветов, романтики. Наташка вниманием не избалована. Одно непонятно было Алексею — как, живя в детдоме, учась в обычном ПТУ, она умудрилась остаться «чистой»? Будто его ждала. Наташа так и сказала, когда случилась между ними первая близость.

— Ты мой, Леша, раз и навсегда! Ты мой, а я твоя.

В жене Алексей никогда не сомневался. Наташка любит его больше, чем себя. Сделает всё, что муж скажет. Она из тех, что за любимым на край света и жизнь отдать может. Всегда его поддерживает.

Турхановский лес чернел с двух сторон дороги, он будто сдвигался угрожающе. Навевал на Алексея ужас, ворошил нехорошие воспоминания. Сейчас снова было чего бояться. Леша машинально утапливал педаль газа, стремясь побыстрее миновать темный участок дороги и там, за поворотом, увидеть яркие огни огромного города.
Жена, сидевшая рядом, вытягивала шею, глядя на спидометр. Она положила тёплую ладонь на Алёшино запястье, легонько погладила, стремясь снять напряжение с руки впившейся в руль.

— Лешенька, не гони, страшно. Мы же с тобой не одни. Скоро приедем, тут чуть-чуть осталось.

— Ладно, хорошо.

Лёша кивнул, сбавил скорость и оглянулся на заднее сиденье автомобиля. Четырёхлетний Ромка спит в своём детском креслице. Уронил темноволосую головку на грудь и пускает пузыри из слюней.

Долго Алексей не поддавался на уговоры жены родить ребенка. Она очень хотела, а Леша был категоричен.

— Вот на ноги встанем, тогда и задумаемся о детях. Сейчас рано, Наташа, рано.

А Наташка схитрила. Забеременела и молчала до тех самых пор, пока не стало поздно что-либо предпринимать. Уж очень хотелось ей ребенка. Сына, хотелось. Именно сына, похожего на любимого мужа. И вот он есть! Ромка. Ромашка, как называла его Наталья. Она считала, что Ромашка на папу похож. А Лёша, хоть убей, особой схожести с собой не видел. Ну, разве только тёмные волосы.

Ромка сладко спал на заднем сиденье и Алексей сбавил скорость, как бы не хотелось ему поскорее увидеть городские огни.
Огни он увидел, но другие.

Яркий свет фар догнавшей их машины блеснул в зеркале заднего вида, на секунду ослепив Алексея. Машина не торопилась обгонять «девятку». Она пристроилась сзади, практически вплотную, и вдруг начала моргать фарами, призывая остановиться.

Холодный пот прошиб Алексея. Он уже понимал, что случилось именно то, чего так боялся, из-за чего утапливал педаль газа, стремясь побыстрее попасть в город. Наташа ещё ничего не поняла. Она смотрела в боковое зеркало, моргая, как сова, и до неё не доходило. Не успела она сообразить и испугаться, как муж заговорил хриплым, жутким голосом:

—Слушай меня внимательно. Что бы они ни сделали, как бы ни угрожали, про деньги ни слова. Нет у нас никаких денег. А ты ничего не знаешь. Что бы ни случилось, даже если будет очень страшно, молчи. Поняла? Я лучше сдохну, но деньги им в этот раз не отдам. Больше не отдам. Хватит!

Даже в темноте салона было видно, как побледнела Наташа. Ее щека, повернутая к мужу, стала белее белоснежного альбомного листа, а нижняя губа затряслась.

— А как же...

Она не договорила, обернулась на заднее сиденье.

— Ребенка не тронут, точно не тронут. Может, будут угрожать, а ты им не верь. Они не тронут, я это точно знаю.

Алексей врал. Не было в нем такой уверенности. Он уже давно понял, что для этих людей нет ничего святого. Чувствуют они, что их власть заканчивается, наступают другие времена, и с криминалом начинают серьезно бороться. Вот и озверели, пытаются больше нахапать, давят, нарушая собственные же правила. Раньше они называли себя «крышей», действовали хоть по каким-то принципам, забирали не всё. Хотя именно благодаря им, этой группировке Алексей уже разорился несколько лет назад. Тогда бандитами руководил криминальный авторитет по кличке Май. Романтичная кличка была дана словно в насмешку, ведь ее обладатель был жесток и беспощаден. Май давно отъехал на зону, и непонятно, кто сейчас стоит за группировкой, но их по-прежнему называют «майскими». Несколько лет назад майские вывезли Лешу в Турхановский лес, заподозрив, что он обманывает их и недоплачивает за «крышу».