Яблоневая слобода

Глава 17. Поздно шевелиться

Дом Ани стоял на самой окраине деревеньки, на порядочном расстоянии от ряда остальных избушек, и даже свет одинокого уличного фонаря до него не доставал. Видимо, тот слизняк в розовых штанишках нацелился не только на Анин дом. Скорее всего, мечтает заграбастать весь посёлок, снести его, понастроить уродливых «коробок для обуви», то есть гостевых домиков на скорую руку прямо за забором свалки автохлама и превратиться в местного царька, на которого местные будут батрачить за гроши, а туристы платить за всё втридорога. Вот тебе и благодать в провинции.

Аня провела Сергеева через деревянную калитку, закрытую на простенький крючок. Они пересекли небольшой садик, который из-за темноты было невозможно рассмотреть, и вошли в домик. Внутри пахло травами, деревом и ещё чем-то деревенским. Сергеев, у которого даже дачи никогда не было, запах не узнал.

Из сеней поднялись по лесенке и оказались в чистенькой кухне с низкими окнами. Откуда-то появился огромный чёрный кот и стал тереться об Анины ноги.

– Сейчас найдём для тебя что-нибудь, – пробормотала Аня, открывая холодильник. Она положила в кошачью мисочку варёную рыбину и сказала Сергееву: – Раздевайся, надо постираться.

– Топить будешь? – спросил Сергеев, разглядывая белую печку.

– Утром топила. Чувствуешь, ещё тепло? В русской печи оно долго сохраняется.

– Ну да. – Сергеев не торопился раздеваться при хозяйке. – А у тебя какая-нибудь одежда есть?

– Не знаю, посмотрим.

Пока Сергеев снимал мокрые вещи в кухне за занавеской возле умывальника, Аня отправилась на поиски подходящей одёжки. Она вернулась из комнаты с безразмерными трениками и клетчатой рубашкой.

– Держи. – Аня перекинула вещи через занавеску.

– А чьё это? – Сергеев не смог сдержать улыбки.

– Да какая разница. Ну, мама в этом камуфляже в огороде копается. Иногда. Когда ничего с собой не привозит.

– Ладно, спасибо. Душ бы принять.

– Душа нет, только баня, но её долго кочегарить. Здесь вообще из удобств – только электричество.

– Стало быть…

– Ага, во двор выйдешь. Там деревянная будка.

Сергеев, хмыкнув, надел сухую одежду. Несмотря на дурацкий вид, от вещей веяло теплом, особенно приятным после купания в ледяной речке, по которой плавали гробы, и пробежки по кишащему привидениями лесу.

Когда Сергеев вышел из-за занавески, Аня уже успела вскипятить чайник.

– Вон из того серванта чашки достань. – Аня кивнула на старый полированный ящик со стеклянными дверцами и скрылась за занавеской.

Сергеев подошёл к буфету. Сбоку, в щель между старыми досками оказалась воткнута булавка с металлической петелькой на конце. На ней, как на гвоздике, висел церковный календарь. Машинально просматривая числа, Сергеев вдруг замер. Булавка. Такими же булавками с петельками на кончиках было прикреплено к чучелу изображение злобной регистраторши. И точно такими же булавками она потом подавилась до смерти. И такая же булавка недавно вонзилась в подошву самого Сергеева. Это когда долговязый скелет тащил чьё-то тело к Чёрной речке.

Нет, ну это вполне может быть совпадение. Мало ли таких булавок. Кажется, о чём-то подобном Сергеев уже рассуждал. И потом, деваться-то всё равно некуда, он уже в гостях у ведьмы.

Открыв шкафчик, Сергеев отыскал среди рядов разномастной посуды две старые фарфоровые чашки и поставил их на стол, покрытый цветастой клеёнкой. Выглянув в окно, он с трудом различил тёмные невысокие кусты и деревца.

– Тебе не страшно здесь одной? – через плечо крикнул Сергеев.

– Так я же не одна. Я с котом. – Аня, судя по голосу, улыбалась.

Кот тем временем обнюхал ноги Сергеева в огромных старых тапках, и, моргнув огромными жёлтыми глазищами, будто прикидывая, стоило ли доверять гостю, всё-таки стал тереться об треники.

Аня куда-то сходила, принесла ведро воды и вылила в таз. Потом забросила туда всю их одежду и положила небольшой предмет, провод от которого воткнула в розетку. Штукенция тут же зажужжала, подняв пузырчатые волны.

– Что это? – спросил Сергеев, подходя.

– Вроде компактной стиральной машинки. Лучше, чем ничего.

Сергеев вдруг так смачно чихнул, что Аня чуть не подпрыгнула.

– Надо согреваться. – Она вернулась к холодильнику и достала тёмную бутылку с густой жидкостью. Налив загадочного зелья в столовую ложку, осторожно передала её Сергееву.

– Это что? – насторожился Сергеев.

– Настойка целебных корешков. Пей, согреешься. И не заболеешь.

Сергеев вдохнул поглубже и залпом проглотил настойку. Тут же закашлялся от ощущения жидкого огня в горле. Потом по телу разлилось приятное тепло, так что ноги-руки приятно размякли. Аня, проглотив свою порцию, только шумно выдохнула.

– Теперь чай. – Аня налила заварки из пузатого чайника, явно взятого не из набора с чашками.

– Почему ты здесь одна? – спросил Сергеев, быстро проглотив первую чашку.

– Вообще-то, я не всегда одна. – Аня налила ему ещё чаю и нарезала батон, который полагалось намазывать ягодным вареньем из стеклянной розеточки. – Мама приезжает на время отпуска, а сёстры – на каникулы. Просто они уже уехали. Я вот решила пока остаться. С твоим приездом приключений прибавилось.