Ядовитая ведьма и дракон без огня

Глава 3

– Но как же так?.. – Фо всё никак не могла поверить в услышанное.

Ведьмы взрослели раньше обычных людей, маги – примерно так же, а вот драконы… Драконы психологически созревали годам к пятидесяти.

– Откровенность за откровенность, – внезапно предложил Драун-Кронди. – Я кое-что расскажу вам о себе, а вы поведаете мне, с чего вдруг очаровательную и весьма талантливую столичную ведьму занесло в нашу глухую провинцию.

– Идет! – тут же согласилась Фо, боясь, что один из них успеет передумать.

Рассказывать о себе она не любила, но узнать тайну дракона ужасно хотелось. Водные ведьмы ненамного менее любопытны, чем огненные, а любопытнее огненных ведьм нет никого на свете.

– Только вы первый рассказывайте, – на всякий случай добавила Фо.

– Договорились! – не стал спорить Драун-Кронди. – Однако давайте совместим беседу с обедом, иначе наш привал может непозволительно затянуться.

Фо с готовностью закивала и начала доставать из рюкзаков припасы, а мужчина тем временем заговорил:

– Вам, разумеется, известно, что, хотя у каждого дракона есть ведущая стихия, мы владеем всеми четырьмя?

Фо кивнула, и он продолжил:

– Но иногда, вследствие какого-то травматического события или по иной причине дракон может утратить возможность пользоваться одной из стихий, порой даже двумя.

– А тремя?

– Нет, таких случаев зафиксировано не было.

Драун-Кронди перешел на сухой, какой-то протокольный слог, но Фо чувствовала – это оттого, что говорить на эту тему ему тяжело. И тем удивительнее было, что дракон на это решился. Да еще вот так – посреди леса, с малознакомой, пусть, возможно, и симпатичной ему девушкой.

– У вас нет огня, так? – сообразила Фо.

– Да, именно его, – печально улыбнулся Драун-Кронди.

– И нет никакой возможности восстановить стихию? – Фо посмотрела на него с искренним сочувствием.

«Сильный ход, – мысленно оценила Фо. – Если я ему действительно нравлюсь, и он ощущал мою неприязнь, а он ощущал – вода-то у него на месте, подобная откровенность – кратчайший путь к тому, чтобы изменить отношение, ведь водные ведьмы в глубине души сострадательны. А от сострадания до симпатии уже гораздо ближе».

– Она однажды вернется сама. Или не вернется. Вы поймете, когда я вам всё объясню до конца.

– Значит, вы расскажете о том, как лишились доступа к огню?

Когда дракон кивнул, Фо ужасно обрадовалась. Ей было немного стыдно за свое любопытство, но, честно говоря, совсем чуть-чуть.

– В пятнадцать лет я влюбился в нашу новую учительницу математики. – Взгляд Драун-Кронди затуманился от воспоминаний. – Она казалась мне самой прекрасной из женщин: красивой, умной, доброй.

– Казалась? – переспросила Фо, изо всех сил пытаясь скрыть, что услышанное неожиданно её задело.

– Тогда мне было сложно судить объективно. Но позже, когда всё уже… случилось, я понял, что не так уж она была хороша, хотя в целом, конечно, довольно привлекательна.

– Она не отвечала вам взаимностью, да? – со смесью сочувствия и не совсем уместного в данных обстоятельствах удовлетворения спросила Фо.

– Да, – покивал Драун-Кронди. – Что только я ни делал, чтобы привлечь её внимание! Простите, перечислять не буду, мне до сих пор не слишком приятно об этом вспоминать. Наверное, если бы она просто игнорировала мои жалкие потуги, ничего подобного и не случилось бы. Не знаю… Я много об этом думал, уже потом, гораздо позже, но так и не сумел на этот счет определиться.

– Не верю, что вы выглядели жалко! – выпалила Фо и смущенно потупилась, поймав на себе безмерно удивленный взгляд дракона.

– Ну… – задумчиво протянул Драун-Кронди. – Может, вы и правы, может, всё было не так уж прискорбно. Одноклассники, во всяком случае, надо мною не смеялись. Но в глазах предмета своего обожания я выглядел именно что жалко.

– Да с чего вы взяли? – недоуменно нахмурилась Фо.

– Она сама мне сказала, – криво усмехнулся Драун-Кронди. – Когда я решился на признание. Мне почему-то казалось, что, если я откроюсь, расскажу о своих чувствах, её отношение изменится. Но она… Она просто посмеялась надо мной. Назвала нелепым мальчишкой, который слишком много о себе воображает. Сказала, что мои жалкие попытки ей понравиться вызывают только презрение.

– Но это же непедагогично! – искренне возмутилась Фо. – Учитель не имеет права так обращаться с учеником! Она ведь не могла не понимать, как сильно вас ранят эти слова.

– О! Она понимала! – заверил Драун-Кронди. – Она очень хорошо понимала, что делает, и наслаждалась каждым мгновением моего унижения.

– Но почему? Это же просто… – У Фо не хватало слов. – Просто нелепо!

– Думаю, она имела что-то против драконов, – поделился догадкой Драун-Кронди. – Ни с кем из моих родных она знакома не была, так что дело могло быть только в этом.

– Какая гадость! – Фо брезгливо поджала губы. – Надеюсь, эту ужасную женщину с позором выгнали из школы!

– С чего бы? О нашей беседе никто не узнал. К счастью для меня, свидетелей у моего позора не было. А она… Она уволилась. Сама. Но не сразу, а только после того, как я… изменился. До этого же она сполна наслаждалась моими страданиями, буквально упивалась тем, как я, держась на одной лишь гордости, упорно посещал её уроки и пытался притворяться, что мне нисколько не больно её видеть.